Страшный рассказ.

КУКЛА В ЛЕСУ. Лес был старым, немым и глубоким. Его прозвали «Шепчущим» не потому, что он шептал, а потому, что звуки в нем затихали, будто поглощенные ватой. Именно в эту звенящую тишину забрела маленькая Алиса, убежав от ссоры родителей.

Она шла, утирая слезы грязными кулаками, и споткнулась. Не о корень, а о что-то мягкое и пушистое. Это была кукла. Сидящая под дубом, как будто ждала ее.

Кукла была старомодной, тряпичной, в выцветшем ситцевом платьице. Ее лицо, вышитое коричневыми нитками, хранило простодушную улыбку, а вместо глаз были пришиты две запонки из тусклого перламутра. Они смотрели в никуда и одновременно прямо в душу. Алиса подобрала ее. Кукла пахла пылью, влажной землей и чем-то сладковато-приторным, как увядшие ландыши.

«Я назову тебя Мисс Эмили», — прошептала девочка, прижимая находку к груди. Она не заметила, как одна из перламутровых запонок повернулась, словно зрачок, и на мгновение поймала отблеск угасающего солнца.

Алиса вернулась домой, где родители, обезумев от страха, уже забыли про ссору. Куклу она спрятала в старый чемодан на антресолях. Но той же ночью девочка проснулась от звука. Негромкого, ритмичного. Ш-ш-шурх… ш-ш-шурх…

Словно кто-то в бархатных туфельках неспешно бродил по коридору.

Она высунула голову из комнаты. В темноте, в конце коридора, мелькнула тень. Невысокая, в пышном платьице. Сердце Алисы заколотилось. Она включила свет — коридор был пуст. Решив, что это сон, она вернулась в кровать.

Наутро Мисс Эмили лежала на своем месте в чемодане. Но ноги ее бархатных туфелек были в комьях влажной, темной земли.

С этого дня в доме начали происходить странности. Вещи перемещались. По ночам слышалось тихое, беззвучное напевание старого вальса. Родители списывали это на сквозняки и нервы. Но Алиса знала. Она чувствовала на себе взгляд — тяжелый, безжизненный, будто две перламутровые пуговицы.

Однажды ночью она не выдержала. Забравшись на антресоль, она схватила чемодан, выбежала из дома и помчалась в Шепчущий лес. Она бежала без оглядки, сжимая ручку чемодана, чувствуя, как из него струится ледяной холод.

Она добежала до того самого дуба. Задыхаясь, в слезах, она швырнула чемодан на землю.

«Забери ее обратно!— закричала она в немое пространство леса. — Я не хочу ее! Она не моя!»

Чемодан упал, и замок со щелчком расстегнулся. Крышка откинулась. Из темноты внутри медпенно показалась голова Мисс Эмили. Ее перламутровые глаза блестели в лунном свете. А потом кукла, двигаясь рывками, как марионетка, выбралась наружу и села, уставившись на Алису.

И лес вокруг изменился.

Из-за деревьев вышли другие. Тени. Бледные, полупрозрачные очертания детей. Мальчики и девочки в старинных костюмах. Их лица были пустыми, а глаза — такими же перламутровыми запонками. Они молча окружили Алису. Они были повсюду.

Алиса поняла. Она была не первой. Лес собирал их. Мисс Эмили была лишь приманкой, ключом, который открывал дверь в их мир.

Один из призраков, мальчик в коротких штанишках, медленно поднял руку и указал на нее пальцем. Затем то же самое сделала девочка в кружевном платье. Еще одна. Все они, десятки пар пустых глаз, смотрели на Алису, протягивая к ней руки.

Она попыталась бежать, но ноги приросли к земле, будую обвитые плющом. Она закричала, но звук затерялся в знаменитой тишине Шепчущего леса.

Мисс Эмили лежала в траве, и ее вышитая улыбка казалась теперь широкой и довольной. Ее перламутровый глаз медленно повернулся, поймав отражение бледного, перекошенного ужасом лица Алисы.

Призрачные детские руки, холодные, как зимний ветер, коснулись Алисы. Они не причиняли боли. Они просто тянули ее. Вглубь. В темноту между деревьями. В их вечную, безмолвную игру.

На следующее утро поисковый отряд нашел лишь пустой чемодан под старым дубом. Рядом с ним, в грязи, лежала тряпичная кукла в ситцевом платье. Один из спасателей поднял ее.

«Странная игрушка, — сказал он, — и глаза какие живые».

Он сунул куклу в карман своего рюкзака, чтобы показать психологам. Может быть, это была последняя ниточка к пропавшей девочке.

А ночью, когда он вернулся домой и повесил рюкзак в прихожей, его маленькая дочь, проснувшись, услышала тихий звук. Ш-ш-шурх… ш-ш-шурх…

Будто кто-то в бархатных туфельках неспешно бродил по коридору.