- Мирон, отвали от Сани!
Мирон танцевал под Мираж в самом центре круга на сельской дискотеке. Дёргался, словно пьян. Громко смеялся с парнями, не скрывая, над кем. Лене это порядком надоело! Она пришла на танцы не смотреть на них. Впервые после той его выходки у моста она здесь. Она не боялась его, просто не хотела появляться в селе. Видеть Егора, который по её глубокому убеждению обязан был проводить, а он даже не заметил, как Лена ушла одна.
Сегодня его вообще не было, присматривать за девчатами было не кому. Местные девочки донесли Лене, что у Егора серьёзные отношения с некой Валей из соседнего села.
- Мирон! - злилась и толкала его Лена. - Саня сегодня был с тобой?
- А ты у него спроси, - продолжая дёргаться, ответил Мирон, наклонившись к самому её нежному ушку. Она попятилась от него, словно что-то склизкое её сейчас коснётся. А Мирон улыбается, руками машет - веселиться.
- Пойдём, выйдем! - потребовала Лена.
- О! Ты готова на всё? - и повернулся к своим дружкам, подмигнув так, чтобы все заметили.
- Мирон - ты идиот! Пойдём на крыльцо, надо поговорить.
- Может, сразу за клуб?
Толпа ребят вокруг них заржала, заглушив смехом громкую музыку в клубе. Лене стало не по себе, но с Мироном надо всё выяснить. Брат очень изменился, ведёт себя непонятно, не слушается ни её, ни маму. Сбегает из дома, шантажирует, врёт.
Лена со всей силы толкнула Мирона в грудь, он повалился на своих товарищей, те его оттолкнули прямо на неё. Она успела отбежать и уже уходила.
- Беги! Беги! Сама прибежишь, - кричал ей вслед Мирон.
Она вышла на ступеньки клуба, постояла, немного, недовольно поглядывая на влюблённые парочки, ходят тут за ручки держаться. Смотрела на парней у мотоцикла, кажется, около Мирона мотоцикла собрались, рассматривают и мусолят его ИЖ-Планету, будто впервые видят.
Лена собралась домой одна, но у дороги передумала, вернулась, предупредила девочек и попросила её проводить, хотя бы до моста. Подружкам не хотелось уходить, сейчас медленные танцы пойдут, музыка заграничная, а надо куда-то брести в потёмках, чтобы капризную Леночку проводить. Зачем приходила, если сразу собралась обратно?
- Тебя проводить? - проходя мимо, снова с подковыркой, чтобы все видели, спросил её Мирон. Лена не ответила.
Взяла за руку брата своей подружки. Прыщавого, высокого и носатого Игоря и повела на выход. Он её и проводил в тот вечер до самой станции. Лена спасибо ему сказала, только когда была за калиткой у себя во дворе. Игорь стоял и ждал чего-то ещё, она тоже стояла и смотрела на него в недоумении.
- Иди домой, Игорь.
- А?.. Лен, можно я тебя ещё раз провожу?
Лена тихонько вздохнула и скривилась.
- Ну, если увидимся... В следующий раз! Потом когда-нибудь, - и убежала от него скорей.
Сразу закрылась изнутри и ещё немного постояла, послушала в прихожей, вдруг постучится. Не постучал. И в окно не видно, ушёл он или нет. Ну и чёрт с ним! - подумал Лена. И пошла к брату. Тот опять что-то мастерил, на этот раз разбирался с какой-то промасленной железякой, совсем не похожей на бытовой прибор.
- Что это?
- Это от мотороллера, - не отрываясь от важного дела, пыхтел над деталью Саня.
- Опять Мирон попросил сделать?
- Ага, посмотреть. Их «Муравей» сто лет стоит в гараже...
- Откуда у них гараж? - поморщилась Лена, вспомнив дом Сашкиного друга и несостоявшегося ухажёра.
- На бригаде стоит. Уго уже и завалили деталями от трактора. Мне стало интересно, мы с Мироном...
- Опять Мирон?! - Лена присела рядом с братом на пол. - Зачем ты с ним ходишь? Что у вас общего? Он же туп, как тутовое дерево в лесополосе. Настоящий болван и неряха. Только и умеет в новые шмотки наряжаться.
Саня отвлёкся от железяки и внимательно наблюдал за сестрой, повернув голову к ней. Как она говорит о его друге с завистью, или это ревность? Он хотел разобрать по лицу, прочитать, хотя он и так давно знал, что Мирон ей какое-то время нравился, пока не дал от ворот поворот. Затем она и бегала в сельский клуб, чтобы перед ним вертеться в короткой юбочке.
Мирон ему всё рассказал. А его друзья, взрослые пацаны, один даже на бригаде уже работал, остальные старшеклассники и студенты городские, сто раз обсуждали Лену, да так, что Саня белел от злости, хотел набить им всем морду, но нельзя было. Мирон ввёл его в свою взрослую компанию с одним условием, что он не выдаст себя и своего возраста. Друг сразу всем сказал: это его младший брат. Тем, кто знал, что Саня с разъезда, пояснял: троюродный брат через двоюродного дядю.
Это лето Саня проводил не только в компании Мирона, но и его взрослых друзей. Слушал их разговоры, как обсуждают они девушек. Про порядочных, конечно, не говорили, а про остальных... В числе остальных была и его сестра.
Она это лето просидела дома, на дискотеки не ходила, кроме этого раза. Ездила с мамой на работу, пыталась помогать. А Саша менялся на глазах, стал хамить сестре. Сам поражался, что так мог. Он мог не убрать за собой, встать и выйти. Послать Лену подальше, если она пыталась сделать замечание, припечатать к стенке одной из сплетен, услышанной от старших ребят, когда она требовала от него быть дома, слыша рокот мотоциклетного мотора за лесополосой.
- Не водись с ним! Я маме скажу, она отправит тебя к тётке!
- А если я скажу? С кем ты зажималась за клубом в селе? И вообще! Ты кто такая мне запрещать?
И убегал от неё. Стыдно было, конечно. Обижать сестру не хотелось, но почему она лезет к нему? Обвинила в тот раз во лжи, когда он сказал, что кормил на лодке рыбу с рыбаками. Конечно, он соврал! Но ведь и она тоже, постоянно обманывала. Пусть на себя посмотрит.
Брат и сестра запутались в вязкой паутине мелкого вранья, каждому есть что скрывать от мамы, есть чего бояться. Спорят, ругаются, обозвать Саню могла Лена, а у него язык пока не поворачивался, сказать о ней так, как говорили о ней в селе. Четверо крепких, не очень умных, симпатичных ребят во главе с с пятым, сельским мажором — Мироном. Для Сани они были всем посёлком. С ними он проводил больше времени, чем иногда дома.
- Ты столько для него делаешь... - грустно сказала Лена. - Не водись с ним! Маме это не понравится. Она ненавидит их семью. Их всё село недолюбливает. Там очень странная семейка.
- Я ничего не делаю за него! Мне просто интересно.
- В тот раз велосипед ему собрал, потом камеру латал, ещё какие-то детали притаскивал домой.
- Это подшипник от телеги.
- Тебе же другая техника была интересна.
- Она мне и сейчас интересна.
Оба посмотрели на груду пластика, микросхем и проводов под кроватью у Саши.
- Будет время, разберусь, - и снова согнулся над грязной железякой.
- Тебе остался один год и поступать, - чуть веселее, сказала Лена, только бы он отвлёкся.
- 10 классов буду учиться, потом в физтех поступать.
- Институт?
- Да, а что такого? Я соображаю в этом, - он вновь кивнул на груду хлама под кроватью.
- Немножечко разбирать ещё не понимать.
- А Мирон сказал: я умный! Мне в институт надо обязательно. Это у вас с мамой одно на уме...
Саня резко опустил голову, мочки ушей покраснели.
- И что же у нас такого на уме? Мама работает, хочет поскорее переехать отсюда, нас забрать. А я...
- А ты за своим Егором бегаешь. Думаешь, я не знаю?
Лена поднялась с пола, осмотрела комнату брата - она превратилась в чулан для хлама.
- Не за кем я не бегаю! У Егора свадьба этой осенью.
- А ты думала, он влюблён в тебя? Ха-ха! Нормальные пацаны хороших девчонок на дискотеках не ищут.
Лена усмехнулась в ответ на его рассуждения: «нормальные пацаны!» Это кто же по мнению Сани нормальные пацаны? Она догадывалась, чьё мнение для него сейчас громче остальных.
И снова Лена увидела Мирона, на этот раз днём в электричке. Оба возвращались из города. Она с мамой, он один. Она вышла в тамбур за две остановки до своей. Её мама так увлечена была болтовнёй с мало знакомой ей женщиной, не могла остановиться. Зина даже не обратила внимание, с кем болтала её дочь за её спиной в тамбуре.
Мирон, как обычно, важничал, и не собирался просить её о свидании, падать перед ней на колени, помогать ей с сумками, провожать под луной. Она ещё побегает за ним. Он облокотился на дверь, хотя там было написано: «Не прислоняться», и любовался, какая же она миленькая, при этом дерзкая, нагловатая.
- Мирон, оставь Саню! У него восьмой класс... Потом поступать, а он думает только о мотоцикле, мотороллере, о твоих плеерах и магнитофоне.
- Он толковый парень! Пусть учиться, от меня чего ты хочешь?
- Зачем ты ему внушаешь всякие гадости обо мне и о маме?
- Я твою маму знать не знаю.
Мирон отлепился от двери, электричка сбавляла ход, скоро остановка. Из-за угла, через стекло в двери вагона посмотрел на маму Лены, она сидела спиной к ним, её пышная причёска постоянно двигалась, она очень оживлённо разговаривала.
- Так ты о брате думаешь или о себе? Я его не обижаю, с дурной компанией он не связался. Ничего плохого мы не делаем.
- Твоя компания... твои ребята... я знаю их.
- А ты, оказывается, многих знаешь, - скалился Мирон, хотел подойти к девчонке ближе, но тут потянулись из вагона люди, которым сейчас выходить.
Лена и Мирон стояли друг напротив друга, он смотрел на неё, покусывая свои тонкие алые губы. Она смотрела на выходящих людей, но не на него. Наконец, объявили следующую станцию и двери закрылись, они вновь вдвоём.
- Мирон, Саня младше тебя, у него своя компания...
- Да нет у него никакой компании! С такой сестрой и матерью, и не будет! Нет у него друзей, - рассмеялся деревенский повеса, - кроме меня.
- Мирон, мать убьёт его, если узнает.
- Да за что?! - вертелся перед ней Мирон. - Почему она запрещает сыну со мной общаться? И ты... - он встал прямо перед ней, очень близко, она оттолкнула его. - И ты не разбираешься в друзьях - не туда смотришь! - показала он на себя.
- Ты мстишь мне?
Он качал головой.
- Ну, извини, я была не права насчёт пастуха и остального...
- Забей! - махнул рукой Мирон. - А брата твоего просто тянет к порядочным людям, - улыбался он ей исподлобья. - Мы с ним как братья, - он заглянул в вагон с пассажирами. Мама его друга по-прежнему трещала как сорока на весь вагон.
Снова к Лене, а её уже нет. Она перешла в другой вагон, осознав, что с Мироном разговаривать бесполезно.
Лена надеялась, лето закончится и дружба брата с эти скотником тоже, или хотя бы прекратиться на время. Но Саша торопился домой обеденной электричкой, зная, что дома никого в это время нет. На станции его уже поджидал Мирон, в хорошую погоду на мотоцикле, в слякоть пешком. И они уезжали или уходили в село, на пастбище пасти коров.
Книги автора: "Из одной деревни" и "Валька, хватит плодить нищету!" на ЛИТРЕС
Мирон так и не вышел на работу после учёбы. Электромонтёр из него никакой, и отец злился на него. Трактористом не пустил: дома своя ферма и свои поля. Вся семья Мирона трудилась на домашнем подворье и огороде, только отец работал в колхозе с утра до вечера.
Ослушаться отца Мирон не смел. Никто в этой семье не смел. Саня ни разу не видел этого мужчину, иногда трактор у дома приятеля, а самого грозного дядьку не удавалось. Зато наслышан был от друга. Когда с обидой в голосе рассказывал о нём Мирон, когда с гордостью. Но чаще с обычной ненавистью.
Добегался Саня! Вызвали маму в школу в конце первой четверти, рассказали про пропуски сына.
- Сбегает практически каждый день с последних уроков!
И Зина сообразила, что сын у неё уже не маленький - ремнём не выпорешь. Особенно неприглядно было для неё это осознавать, когда она спросила у него: где он бывает? Куда сбегает? Саша не стал отпираться и во всём признался.
А что такого?
Она как будто проснулась и поняла, что они её дети ещё дети, хотя и выросли.
Лена поступила в этом году в торговый техникум, жила в общежитии. И Саша был предоставлен сам себе дома.
- Мне надоело каждый день мотаться в город и толкаться в электричке! - кричал Саша на маму, когда она хотела запретить ему, но не объяснить, почему.
- Мне тоже не нравится вставать в пять утра, чтобы к семи быть в городе. Скоро мы переедем, я обещаю! - Зина решила, дети тоже устали от жизни на станции и хотели в город, в цивилизацию.
Но Саня убил её следующим признанием:
- Я хочу закончить школу в селе!
- Что-о-о? Но это так далеко и пешком. В грязь, в снег. Саш, ты со своим этим другом совсем отупел? Хочешь, как они жить?
Зина запретила и думать об этом.
- Пойдёшь у меня, как Лена! Этот год только закончи и сразу в училище! Чтобы в городе, у меня перед глазами быть.
Домой возвращаться стала Зина каждый день после работы. В выходные тоже дома. Проверять дневник сына, уроки, при этом всем соседям на разъезде жаловалась, что жизнь у неё кончена. Загублена здесь, на этой станции. И во всём виноват её первый муж.
Снова начались посиделки по выходным. Глафира тут как тут, всегда со шкаликом или трёхлитровочкой полной. Когда одна, а когда с родственником каким-нибудь из села неженатым или разведённым.
И если Мирон втихую ненавидел своего отца, с этого года Саня не мог смотреть на свою мать без презрения, открыто. Особенно по выходным, когда у них собирались мамины гости и верная, проверенная временем подруга.
продолжение_____________