Найти в Дзене
Живет дома Кот

Звездоцап и сырная луна

На самом старом чердаке самого старого дома в городе жил котенок по имени Мурзик. Он не был обычным котенком, гоняющимся за солнечными зайчиками. О нет! Мурзик был изобретателем. Его усы подрагивали не от запаха сметаны, а от предвкушения нового открытия. Весь чердак был его лабораторией: повсюду валялись шестеренки от старых часов, катушки ниток, пружинки и схемы, нацарапанные угольком на досках пола. Главной мечтой и главным проектом Мурзика было доказательство древней кошачьей истины, записанной в «Великой кошачьей энциклопедии»: Луна сделана из сыра. Взрослые коты посмеивались: — Глупости, Мурзик, это просто светящийся камень. Но котенок знал лучше. Он собирался доказать это всем. И вот, после многих недель труда, его шедевр был готов. Посреди чердака стоял «Звездоцап-1» — космический корабль, построенный из самой большой коробки из-под холодильника. Нос был сделан из консервной банки, иллюминаторы — из донышек стеклянных бутылок, а стабилизаторы — из старых линеек. Но сердцем кора
Мурзик  замер. Этот голос он узнал бы из тысячи. Голос его заклятого врага.
Мурзик замер. Этот голос он узнал бы из тысячи. Голос его заклятого врага.

На самом старом чердаке самого старого дома в городе жил котенок по имени Мурзик. Он не был обычным котенком, гоняющимся за солнечными зайчиками.

О нет! Мурзик был изобретателем. Его усы подрагивали не от запаха сметаны, а от предвкушения нового открытия.

Весь чердак был его лабораторией: повсюду валялись шестеренки от старых часов, катушки ниток, пружинки и схемы, нацарапанные угольком на досках пола.

Главной мечтой и главным проектом Мурзика было доказательство древней кошачьей истины, записанной в «Великой кошачьей энциклопедии»: Луна сделана из сыра.

Взрослые коты посмеивались: — Глупости, Мурзик, это просто светящийся камень.

Но котенок знал лучше. Он собирался доказать это всем.

И вот, после многих недель труда, его шедевр был готов. Посреди чердака стоял «Звездоцап-1» — космический корабль, построенный из самой большой коробки из-под холодильника.

Нос был сделан из консервной банки, иллюминаторы — из донышек стеклянных бутылок, а стабилизаторы — из старых линеек.

Но сердцем корабля был двигатель, работающий на концентрированном мурчании.

Мурзик несколько недель собирал свое самое громкое и довольное урчание в специальную банку из-под варенья, и теперь она вибрировала, полная космической энергии.

— Предстартовый отсчет! — торжественно прошептал Мурзик, надевая на голову дуршлаг с прикрученной к нему проволокой-антенной. — Десять… девять… восемь…

Он оглядел свою уютную лабораторию, предвкушая триумф. Скоро он вернется с кусочком лунного пармезана и утрет нос всем скептикам!

— Три… два… один… Пуск!

Мурзик нажал на большую красную пуговицу. Банка с мурчанием загудела, коробка задрожала, и «Звездоцап-1» плавно оторвался от пыльного пола, пролетел сквозь открытое чердачное окно и устремился в ночное небо.

Земля внизу становилась все меньше, превращаясь в пестрый коврик.

Звезды вокруг были не просто точками — они оказались сверкающими звездными мышками, которые разбегались от его корабля.

Мурзик прилип к иллюминатору, его сердце колотилось от восторга.

— Работает! Мой мур-двигатель работает! — воскликнул он.

Вдруг из-за ящика с припасами (в котором лежали три пакетика корма и бутылка молока) раздался странный звук.

Шорох, а затем громкий, нелепый чих.

— Апчхи! Ух ты, как пыльно!

Мурзик замер. Этот голос он узнал бы из тысячи. Голос его заклятого врага.

Он медленно обернулся. Из-за ящика, отряхиваясь, вылез Тяв — щенок из соседнего дома. Глуповатый, вечно веселый и невыносимо шумный щенок, который постоянно гонялся за хвостом Мурзика и мешал его экспериментам.

— Тяв?! — взвизгнул Мурзик. — Что ты здесь делаешь?!

— Привет, Мурзик! — радостно вильнул хвостом Тяв. — А я за своим мячиком полез. Он сюда закатился. А потом коробка вдруг… вжжжух! И мы летим! Классно! А куда мы летим?

— Это не «коробка»! — возмутился котенок, подбоченившись. — Это межпланетный корабль «Звездоцап-1»! И ты, безбилетный пассажир, сорвал мне величайшую научную экспедицию в истории!

— Ого! Экспедицию? А там будут палочки, которые можно грызть? — Тяв с любопытством обнюхал приборную панель из крышек от бутылок.

Мурзик схватился лапками за голову. Катастрофа! Вся его миссия была под угрозой. Он летел к Луне с самым некомпетентным и надоедливым существом во Вселенной.

— Мы летим на Луну! — строго сказал он. — И когда мы приземлимся, ты будешь сидеть в корабле. Тихо! Понял? Это слишком серьезно для… для щенков.

Пока они препирались, корабль приблизился к цели. Луна была огромной, сияющей и действительно… желтоватой, с дырочками, как настоящий сыр Маасдам. Мурзик затаил дыхание.

«Звездоцап-1» с мягким стуком прилунился на серебристую поверхность.

— Я сделал это… Я на Луне! — прошептал Мурзик. Он открыл люк-створку и осторожно ступил на лунный грунт. Под лапами хрустел не песок, а мелкие, сверкающие крошки. А запах! Пахло чем-то сливочным, нежным и невероятно аппетитным.

— Сыр! — закричал он от радости.

Тяв тут же выскочил следом, нарушив приказ.

— Ух ты! Пахнет вкусняшкой! — он тявкнул, и его лай прозвучал в безвоздушном пространстве странно, глухо, как будто из-под подушки.

Мурзик хотел было отругать щенка, но тут они оба увидели нечто удивительное.

Поверхность Луны была покрыта не твердым сыром, а светящимся, пористым камнем, который источал сырный аромат.

Из кратеров росли кристальные цветы, а в тени скал спали маленькие лунные барсуки, свернувшись серебристыми клубками.

— Она… она не совсем из сыра, — разочарованно протянул Мурзик, ковыряя лапкой светящийся камень. — Она просто пахнет сыром.

— Зато как пахнет! — Тяв лизнул камень и зажмурился от удовольствия. — Мм, солененькая!

Внезапно лунная поверхность под ними задрожала. Неподалеку из большого кратера с шипением ударил фонтан сверкающей пыли — лунный гейзер!

Несколько особенно крупных и острых кристаллических пылинок ударили в борт «Звездоцапа-1», и Мурзик услышал ужасный звук рвущегося картона.

— Пробоина! — закричал он, бросаясь к кораблю. В боку зияла небольшая, но опасная дыра. — Мы не сможем взлететь! Все мурчание выйдет наружу!

Паника охватила котенка. Он один, на Луне, с дырявым кораблем и бесполезным щенком.

Но Тяв не паниковал. Он подбежал к дыре, посмотрел на нее, потом на Мурзика, и в его глазах блеснула мысль.

Он начал отчаянно рыться в ящике, откуда недавно вылез, и вытащил оттуда… свой резиновый, немного пожеванный мячик.

— Вот! — он ткнул мячик Мурзику. — Он липкий! От слюней! Давай заткнем им дырку!

Мурзик посмотрел на мячик, потом на щенка. Идея была абсурдной, нелепой, ненаучной… и гениальной.

— Давай! — скомандовал он.

Они вместе подтащили мячик к пробоине. Мурзик изнутри, а Тяв снаружи, они с силой втиснули липкую резину в дыру. Она держалась!

— Получилось! Тяв, ты… ты спас нас! — выдохнул Мурзик, глядя на щенка с непривычным уважением.

Тяв гордо вильнул хвостом.

— Мы — команда! — радостно тявкнул он.

Обратный путь прошел в тишине, но это была уже не враждебная, а дружеская тишина.

Они вместе смотрели в иллюминатор на проплывающие мимо кометы с хвостами из сметаны и туманности, похожие на клубки шерсти.

Они приземлились на чердаке как раз к рассвету. Уставшие, но довольные.

— Ну что ж, — сказал Мурзик, вылезая из коробки. — Луна оказалась не совсем сырной. Моя теория провалилась.

— Зато она вкусная! И красивая! — ответил Тяв. — И полет был веселый!

Мурзик посмотрел на щенка. Может, он и не доказал свою правоту всему миру. Но он побывал на Луне, увидел кристальные цветы и подружился со своим врагом.

А еще у него был сувенир. Он протянул Тяву маленький, светящийся камушек, который пах пармезаном.

— Это тебе. За спасение корабля.

— Спасибо! — Тяв осторожно взял камушек в зубы. — Знаешь, а летать с тобой здорово. Полетим еще куда-нибудь? Может, на Марс? Говорят, он сделан из колбасы!

Мурзик фыркнул, но в его глазах зажегся знакомый огонек изобретателя.

— Из колбасы, говоришь? Хм… Это требует тщательного изучения!

И, сидя на старом чердаке, кот и пес, два отважных космонавта, начали вместе чертить на пыльном полу схему нового корабля — «Колбасолета-1».

Их великое приключение только начиналось.