Начало текста о том, как наличие родителя с алкогольной зависимостью влияет на человека, тут.
Я сейчас рассказываю о том, как этот тяжелый опыт может повлиять на человека, но я также уверена, что он человека не определяет. Дети, растущие в семьях взрослых с зависимостью, демонстрируют и признаки стресса, и потрясающую жизнестойкость. Также и во взрослом возрасте, наряду с пережитым и его последствиями, у нас есть ресурсы, навыки и ценности, на которые мы можем опираться; у нас позади путь, который мы все-таки смогли пройти, несмотря на травматичный опыт, и все это вместе с нашей личностью в целом — гораздо больше, чем травма.
Также исследования показывают, что, к счастью, не все ДА имеют дело с выраженными последствиями неблагоприятного опыта (особенно во взрослом возрасте, когда перестают жить с родителями).
Но пока вернемся к теме.
О так называемой парентификации. В некоторых семьях наблюдается смена ролей родитель-ребенок: детям приходится брать на себя обязанности взрослых. Они выполняют домашние дела, заботятся о родителях, братьях и сестрах и даже защищают других членов семьи, когда родитель-алкоголик становится пьяным и агрессивным. Это тоже огромный стресс, который может, например, привести к трудностям в обучении (ребенку не хватает ресурсов, снижается концентрация и другие функции), к социальной изоляции или трудностях в общении, а также к сниженной самооценке.
О паттернах. Одна из последних попыток выявить типы ДА — на этот раз, среди подростков и взрослых, а не детей — была относительно успешной, но не то чтобы получила активное развитие, и данных по-прежнему недостаточно, чтобы экстраполировать результаты.
Но думаю, что полезно бывает взглянуть на отдельные паттерны, появление которых может быть связано с влиянием неблагоприятного опыта (но лучше при этом не пытаться жестко типировать себя, клиентов и окружающих):
— Неловкость/сдержанность:
Для этого паттерна характерны выраженные депрессивно-тревожные переживания и сложности в социальном взаимодействии. Подростки и взрослые с такими особенностями склонны быть пассивными, избегающими и подавленными. Они часто чувствуют себя неполноценными или хуже других, им трудно признавать и выражать гнев по отношению к другим, испытывать страх отвержения или покинутости.
— Гнев/экстернализация:
При этом паттерне человек склонен действовать импульсивно, не предвидя и не задумываясь о последствиях. Люди с таким паттерном проявляют раздражительность и гнев, несоразмерные ситуации. Возможно также проявление жесткости к людям, сниженная эмпатия или склонность использовать людей в своих интересах (но далеко не всегда, конечно).
— Гипердобросовестность/высокофункциональность:
Тенденция к добросовестности и ответственности. Такие люди обычно научились реализовывать свои способности, хорошо учатся, позже — чаще преуспевают в других сферах. Также они проницательны, способны понимать свои чувства и сопереживать другим. Но еще для этого паттерна характерны высокие моральные стандарты (иногда довольно жесткие), перфекционизм, среди подростков — склонность испытывать чувство вины, высокая самокритика (к взрослому возрасту, согласно упомянутому выше исследованию, последние две вещи склонны снижаться).
— Эмоциональная дисрегуляция:
При этом паттерне для человека характерны интенсивные эмоциональные переживания и нестабильные отношения. Такие подростки и взрослые демонстрируют высокие показатели пограничных черт личности. Это склонность испытывать крайности всех эмоций, которые еще и быстро и непредсказуемо меняются. Также может часто появляться чувство пустоты и страх быть отвергнутым или покинутым. Самооценка тоже часто нестабильная, опирается на внешние факторы.
— Саморазрушение (паттерн выявлен среди подростков):
Это склонность действовать импульсивно и заниматься поиском острых ощущений, в том числе, опасными для себя или окружающих способами (алкоголь, незащищенный случайный секс и т.п.).