СССР не подписала Женевскую конвенцию «Об обращении с военнопленными» от 27 июля 1929 года, но в общем был готов придерживаться её, что нашло свое отражение и в «Положении о военнопленных» от 19 марта 1931 года, и в «Временной инструкции о порядке содержания военнопленных в лагерях НКВД» от 28 сентября 1939 года, и в «Положение о военнопленных», утвержденном 1 июля 1941 года. Нормы, связанные с почтовым обслуживанием военнопленных, в Положении полностью соответствовали положениям Конвенции (максимум в первую неделю после прибытия в лагерь сообщение семье о пленении; установление ежемесячной нормы отправлений, которые могут посылать военнопленные, переписка на родном языке; получение продуктовых посылок; денежные переводы; освобождение от всех почтовых сборов всех видов отправлений; подарки военнопленным освобождаются от таможенных и провозных сборов), но на практике отсутствовала любая возможность переписки во время боевых действий и после их прекращения соблюдались выборочно и непостоянно. «Положение…» 1931 года устанавливало право отправки и получения не менее одного открытого письма в неделю и одного закрытого письма в месяц; 1939 года «одно письмо в месяц»;1941 года вообще не устанавливало нормы, но оговаривается право ограничения переписки в качестве наказания. Соблюдение норм зависело от страны военнопленного (или интернированного) и в конкретный период для пленных из разных стран определялось отдельно. В той или иной мере возможность переписки с семьей в 1939-1950 годах имели военнопленные армий Польши, Финляндии, Германии (как отдельная группа граждане Австрии), Румынии, Венгрии и Японии. Военнопленные не менее чем из двадцати других стран такой возможности не имели в принципе; их отправления и отправления в их адрес после проверки уничтожались.
Первыми военнопленными в СССР Второй мировой войны были военнослужащие польской армии, около 130 тысяч. Первоначально они были лишены возможности переписки, но 20 ноября 1939 года она была разрешена до марта 1940 года. Повторно переписку разрешили в конце сентября 1940 года, но получение писем, включая заказные, телеграмм, посылок и переводов военнопленными не прекращалось. С началом войны почтовый обмен был прекращен, но после договора с польским правительством в изгнании была разрешена переписка польских граждан с адресатами в любой стране.
Второй страной, военнослужащие, которые были в плену в СССР, были финские военнослужащие, около тысячи человек в Зимнюю войну 1939-1940 гг., возможность переписки которым предоставлялась выборочно. Такая же практика редкого и выборочного предоставления возможности переписки была у военнопленных финской армии и в 1941-1944 годах.
Пленные военнослужащие вермахта в первый год войны не имели права на переписку. В 1942 году, в целях пропагандистской деятельности, в некоторых лагерях НКВД военнопленным немцам разрешили написать на родину открытые почтовые открытки, из которых затем тщательно отобрали наиболее подходящие для поставленной цели. До конца 1942 г. из числа отсортированных 312 писем были направлены в сектор иностранного радиовещания отдела агитации и пропаганды ЦК ВЛКСМ, а 3096 писем — обычной почтой, через почтовые станции Международного комитета Красного Креста в Стокгольме и Анкаре. С января 1943 г. переписка была разрешена военнопленным во всех лагерях, но так и не была организована. Всего до конца войны военнопленные вермахта смогли направить на родину чуть более 28,5 тыс. писем, 8676 писем было передано Главному политическому управлению РККА для разбрасывания их с самолетов над Германией, Румынией и Венгрией. За это же время в адрес военнопленных поступило 10 914 писем.
Определенное соблюдение Конвенций имело место только для итальянских военнопленных (пленение 1942-1943 годов), которые могли отправить одну открытку после пленения. Формуляров не хватало, по воспоминаниям пленных выдавался один бланк на четверых. Переписка была возобновлена в июле 1945 года (Приказ НКВД №00768 от 28 июня 1945 года), по норме одна карточка в месяц, но реализация разрешения столкнулась с отсутствием соответствующих формуляров. Обратный адрес устанавливался «СССР, Москва, Красный Крест, почтовый ящик №NN (номер лагеря)». Репатриация итальянских военнопленных была завершена весной 1946 года пароходами из Одессы, но регулярная переписка так и не была организована.
Только 13 июля 1945 года была разрешена переписка военнопленных вермахта и армий союзников Третьего Рейха с семьями в Германии, Австрии, Венгрии и Румынии; японские военнопленные получили такую возможность только в конце 1946 года (решение Совета Министров 27 июля, приказ МВД 22 октября 1946 года). Письма на немецком языке цензурировалась в каждом лагере, на венгерском и румынском языках в лагере №27 (Красногорск Московской области), на японском во Владивостоке. Отправка в западном направлении осуществлялась через 8-ю экспедицию Московского почтамта (был создан отдел для работы с корреспонденцией военнопленных с штатом в 60 человек), в Японию через Владивостокский почтамт.
Вопросы переписки венгерских военнопленных советские власти максимально политизировали, создав Центральное бюро по делам военнопленных при ЦК Венгерской коммунистической партии. В декабре 1945 года были отправлены по первым 3000 адресам открытки и стали публиковаться списки пленных. Бюро издавала открытки для переписки и продавало по 100 пенгё, в 1946 году за 40 филлеров; при том открытки, распространяемые Красным Крестом, были бесплатными.
Японских военнопленных на территории СССР было около 530 тысяч, к концу 1946 года было около 500 тыс., 1947 - около 300 тыс., 1948 - около 100 тысяч, к концу 1950 года оставалось около 1,5 тысяч человек, практически все осужденные за военные преступления. Переписка была разрешена только 22 октября 1946 года по адресам в Японию, Маньчжурию и Корею, на специальных бланках, 1 письмо в 3 месяца, писать разрешалось только ката-кана, цензура осуществлялась во Владивостоке (18 человек, в т.ч. 15 переводчиков; за 1947 год было задержано около 40000 писем). В 1946 году было отправлено 194 тысячи писем, за 9 месяцев 1947 года было отправлено 547233 письма, получено 258908 (в т.ч. из Маньчжурии, Кореи и Южного Сахалина всего 1789). До января 1948 года имели право писать один раз в 3 месяца. За 1948 год было отправлено 441436 и получено 339357 отправлений. В апреле 1952 года японским военнопленным, осужденным в СССР, была разрешена переписка в объеме одного отправления в месяц на специальных формулярах, получение продовольственных посылок и переводов до 150 рублей в месяц. Пунктом обмен был назначен Хабаровский почтамт, адреса для лагеря № 16 в Хабаровском крае «Почтовый ящик №6125/1», для лагеря №48 в Ивановской области «Почтовый ящик №6125/2».
Распоряжением МВД СССР №447 от 30 июля 1947 года было разрешено получение переводов от частных лиц, они поступали преимущественно из Америки. С 26 января 1948 года был разрешен банковский перевод денег в Германию, но уже с 10 мая 1948 прием переводов в западные зоны Германии был прекращен. За первый квартал 1948 года переводы послали 4505 военнопленных на сумму 432700 рублей; в т.ч. 692 военнопленных лагеря №99 Казахской ССР перевели 254884 рубля, а из лагерей Латвийской ССР послано 65000 рублей. Очевидно, что подобная неравномерность связана с саботажем приема переводов администрациями подавляющего большинства лагерей.
Порядок приема из-за границы и выдача посылок военнопленным была установлена директивой МВД и Министерства связи от 19 января 1949 года.
К 1 сентября 1946 года пленными было отправлено (получено) 11824460 (10463100) открыток, из них в Германию 90617160 (7847700), Венгрию 1153600 (1255632), Румынию 928900 (671634), Австрию 674800 (688134). Тираж бланков за июль 1945-сентябрь 1946 года составил 17,681 млн. бланков. Перед выборами в советской оккупационной зоне Германии ЦК ВКП (б) переписка военнопленных была упорядочена, в том числе, наконец, была решена проблема дефицита формуляров, в Германии было напечатано 7 млн бланков карточек, а цензурирование проводилось в пределах 48 часов. В результате за сентябрь-декабрь 1946 года оборот составил 8 млн. отправленных и 15 млн. полученных открыток, в том числе из Германии около 12 млн. За летние месяцы 1947 года объем переписки составил у немецких военнопленных 4060850 отправленных и 12520165 полученных; австрийскими 242220 и 745689; венгерскими 449739 и 1385081 и румынскими 180916 и 558450 соответственно. В 1948 году немецкими, румынскими и венгерскими военнопленными было отправлено 12552915 открыток, получено 33932620; политконтролем было изъято 64236 исходящих (0,5%) и 114188 входящих (0,3%) отправлений, включая переписку японских военнопленных.
Письма разрешили посылать военнопленным 1 раз в квартал в 1948 году. За первый квартал было отправлено 333 628 писем (без японских военнопленных).
Общий объем корреспонденции военнопленных за 1945-апрель 1950 года составил 59,5 млн отправленных и почти 132 млн полученных отправлений. С мая 1950 года в СССР остались только военнопленные, осужденные за военные и другие преступления, и интернированные граждане многих государств, которым переписка была запрещена еще распоряжением МВД СССР от 12 июня 1947 года №370-сс, а с 23 ноября 1949 был введен запрет на переписку всех категорий не только осужденных, но и подследственных военнопленных. Переписка осужденным немецким и австрийским военнопленным, содержащимся в лагерях МВД для военнопленных, была разрешена в октябре 1950 г., итальянским военнопленным — в июне 1951 г., австрийским военнопленным, содержащимся в лагерях ГУЛАГа — в августе 1951 г., японским — 11 апреля 1952 г., всех других национальностей — лишь 24 июля 1953 г. Последние военнопленные, осужденные за военные преступления, были амнистированы и репатриированы в 1956 году.
ПЕРЕПИСКА СОВЕТСКИХ ВОЕННОПЛЕННЫХ в 1939-1945 гг.
Первые военнопленные, ставшие «советскими», были военнослужащие армии Польши, взятые в плен вермахтом в сентябре 1939 года, призванные с территорий, отошедшим к СССР («Западная Украина» и «Западная Белоруссия»). Они пользовались всеми правами переписки военнопленных, в том числе в 1941-1945 годах с родственниками на оккупированных Германией и её союзниками территориях. Во время ВОВ советские военнопленные, семьи которых проживали на оккупированных территориях с немецкой гражданской администрацией, также имели возможность переписки через Dienspost, но объем её был невелик.
Первые советские военнопленные появились у Финляндии во время Зимней войны 1939-1940 годов. Финская сторона предоставляла бланки для переписки, но военнопленные часто отказывались от их использования из-за опасений репрессий по отношению к семьям, что предусматривалось советскими законами, но реально применялась в исключительных случаях, преимущественно в отношении членов семей офицеров, добровольная сдача в плен или сотрудничество с врагом которых была документирована. В 1942-1943 годах было принято ряд решений, резко уменьшивших количество «членов семей изменников Родины» в лагерях НКВД, в том числе осужденных в довоенный период, и в целом нормы по уголовному преследованию членов семей военнопленных не имели практического применения (что не исключало общественного давления на членов семей).
Поступающие из Финляндии в СССР формуляры военнопленных не доставлялись семьям, как и в последствии отправления советских военнопленных из Германии, Румынии и Венгрии. Советским пленным в Румынии МКК было передано более 2000 открыток, в том числе до 1 июля 1942 – 200 (на более, чем 80000 пленных). Также не поступили письма советских военнопленных, освобождаемых из лагерей союзниками в 1944-1945 годах, во время ожидания репатриации, в том числе из лагерей интернированных лиц в Великобритании, США и Канады. Поступающая переписка использовалась для учета потерь и на начало 2000-х годов хранилась в архивах Министерства обороны.