Жил-был Павлин, краше которого свет не видывал. Хвост у него был – каждая пёрышко, как роса на солнце, сияла! И ходил он по лесу, словно царь, головы не наклоняя, на других птиц свысока поглядывая. Основная часть, или Как Павлин зазнался дальше некуда: Однажды прилетела в лес скромная Сорока. Не чета она была павлиньей красоте – пёрышки серые, голосок скрипучий. Увидела Сорока Павлина и восхитилась его нарядом. "Ах, какой ты красавец!" – воскликнула она. "Наверное, и поёшь ты, как ангел!" Павлину только этого и надо было! Распушил он хвост ещё больше, да как заорёт… А голос у него, надо сказать, был совсем не ангельский – скорее как у старой телеги. Сорока аж подпрыгнула от неожиданности. "Да… – промолвила она, – Не всё то золото, что блестит". Павлин же, ослеплённый своей гордостью, не понял намёка. "Не тебе меня судить! – закричал он. – Ты, серая мышь! Ты можешь только завидовать моей красоте!
Разозлилась тут Сорока не на шутку. "Ах, так! – крикнула она. – Тогда слушай! Я знаю, где растёт волшебная ягода. Кто её съест, тот станет самым красивым во всём мире!" У Павлина аж глаза загорелись. "Где?! Где эта ягода?!" – закричал он. Сорока назвала ему дорогу – прямиком через топкое болото. "Но будь осторожен, – предупредила она, – Там очень опасно. И не забудь – скромность украшает!" Павлин, опьянённый жаждой ещё большей красоты, пропустил слова Сороки мимо ушей. Гордо вскинув голову, он бросился в болото. Конечно же, он завяз! И чем больше он барахтался, тем глубже уходил в грязь. А хвост его, драгоценный хвост, так он и вовсе под тяжестью перьев чуть совсем не утопил его!
Еле-еле вытащили его из болота другие птицы. Весь он был в грязи, хвост поломан, а гордости – ни на грош. С тех пор Павлин стал скромнее и понял, что истинная красота – не во внешности, а в добром сердце и умении дружить. А Сорока? Сорока улыбнулась и полетела дальше, мудрая и справедливая.
Мораль:
Не задирай нос, как Павлин, а то и сам можешь в болоте оказаться. Красота – это хорошо, но скромность и доброта – ещё лучше.