Парусный поход. День 3. Тишина на Вихревом.
Остров Вихревой — это отполированная ледником скала, по краям обросшая карельским лесом. Поднимаемся на холм. Среди сосен — каменные ребра старых финских укреплений. Господствующая высота, добраться на этот безмолвный остров сейчас можно либо на яхте, либо на лодке.
Сегодня дневка, а это значит сегодня отдыхаем на острове. Как только позавтракали, я выбираюсь на пирс и пускаюсь в исследования острова. Со мной почти вся команда, кроме капитана. Он уже сто раз тут был, и ему интересней погрузиться в чтение очередной приключенческой книжки в свой каюте под плеск волн.
Спускаемся к морю. По пути повсюду следы войны, которые уже почти стали частью пейзажа: рвы, заросшие траншеи, ряды колючей проволоки, медленно врезающейся в землю.
«Серьёзное укрепление, — ловлю себя на мысли. — Попробуй, выбей отсюда кого-нибудь».
На берегу замечаем белую башню с чёрными провалами окон. Бывшая лоцманская станция. Конечно, идём внутрь.
Первый этаж — полуподвал. Повсюду следы огня и разрухи. Лестница наверх почти сгнила. Стою и представляю: у окна в башенке — лоцман в белом кителе, в бинокль следит за кораблём. Теперь здесь только ветер и тишина. Природа медленно забирает своё.
Рядом с башней — огромный валун, в рост КамАЗа. На нём — табличка: «60 лыжный батальон. Командир роты Молчанов А.Г. 1907–1940. Погиб 02.03.40...»
Под табличкой — страшные дары памяти: проржавевшие гильзы, обломки штыков.
«Лыжный батальон... Надеюсь, не весь он здесь остался», — тихо говорит кто-то из нас. Летом к этому берегу не подойти. А зимой сорокового...
Встречаем капитана. Он в шортах и тапочках, словно и не было этой давящей истории вокруг.
«Ну, как вам?» — «Тишина», — отвечаем ему.
«Надеюсь, эта тишина навсегда», — говорит капитан, и его взгляд упёрся в пограничную вышку на скале.
Я ухожу один. Мне нужно побыть наедине с этим местом. Мыслями возвращаюсь к серым шинелям в ледяных траншеях и белым призракам-лыжникам в зимних сумерках.
Нет, не то место для размышлений о своём. Слишком много чужой боли.
Возвращаюсь к яхте. На пирсе наша команда пьёт чай и смеётся. Я прислушиваюсь к обрывкам морских баек о штормах и регатах, но сегодня не готов их слушать. Спускаюсь в каюту.
После ужина долго сидим, гоняем чаи. Слушаем истории бывалого капитана. А завтра на рассвете — в обратный путь.