Глава 3 — «Забытые станции»

Мы двигались по лесу, следуя за Хибари, не замечая, как пространство вокруг нас постепенно меняется. Туман, как и раньше, тянулся вперёд, поглощая всё, что попадало в его область. Мы миновали старую дорогу, проросшую мхом, которая когда-то вела к Арти, и наткнулись на ржавую железнодорожную станцию, которая была забыта всем миром. Ее обломки и следы времени говорили о том, что когда-то здесь жизнь кипела, а теперь она стала частью леса, частью Зоны.

Вдоль рельсов, обросших травой, вела дорога в никуда, и я чувствовал, как воздух наполняется напряжением. С каждым шагом туман становился всё гуще, и мы словно ступали в будущее, которое ещё не было нам понятно. Я не мог сказать, что мне нравится это место. Все его тени, все эти полузаброшенные объекты вызывали странное чувство, как будто мы были здесь не случайно, а по какому-то зову, который я не мог объяснить.

— Кшися, ты чувствуешь это? — спросил я, не оборачиваясь. Мы шли вдоль рельсов, её шаги были тихими, почти невесомыми.

Она немного отстала, и я услышал, как её дыхание становится тяжёлым. Возможно, её чувства были такими же, как и у меня. Этот мир был не просто пустым. Он был живым, но не в том смысле, как мы привыкли его понимать.

— Да, я чувствую. Как будто здесь всё не так, как должно быть. И всё вокруг хочет нам что-то сказать, — ответила Кшися, её голос был тихим, но уверенным.

Внезапно, в этом напряжённом молчании, мы услышали шаги. Не наши, не Хибари, а кто-то ещё двигался по земле. Я моментально остановился, положив руку на рукоятку ножа. Это было странно. Мы должны были быть единственными, кто мог попасть в эту часть Зоны.

Хибари остановился рядом, его глаза, светящиеся в темноте, взметнулись вверх, и он тихо произнес:

— Это не ваши шаги.

Я почувствовал, как внутреннее напряжение возрастает. Зона не любит, когда кто-то идёт по её следам. Она не терпит чужих.

— Кто это? — спросила Кшися, её голос был полон тревоги, но она пыталась сдержаться.

Мы шли в сторону звуков, и когда в тумане появился силуэт, я мгновенно узнал его — это был Эребус, наш верный пес. Я замер, не веря своим глазам.

— Эребус? — прошептала Кшися, её глаза наполнились слезами, а голос дрожал от волнения.

Эребус был жив. Он стоял в тени, его глаза сверкали в темноте, а его дыхание было тяжёлым, как будто он был на грани сил. Он смотрел на нас так, как если бы не знал, что нам делать, но в его взгляде была искренняя привязанность.

Я сделал шаг вперёд, но не знал, что сказать. Мой верный друг вернулся. Но как и почему? Это было не просто удивление, это было чувство, что мы теперь по-настоящему вошли в Зону, где грани между миром живых и мёртвых могут быть очень зыбкими.

— Ты жив, Эребус, — я наконец сказал это вслух, не веря собственным словам. — Ты вернулся.

Эребус слегка отступил, а затем подошёл ближе, его хвост начал покачиваться, но что-то в его поведении было не таким, как раньше. Он был другим. И это настораживало.

— Он не такой, как раньше, — сказала Кшися, подойдя к нему, но всё ещё осторожно. — Что с ним? Почему он так… неуверенно смотрит?

Хибари молчал, наблюдая за происходящим. Его внимание было сосредоточено на Эребусе, но он не вмешивался. Он стоял рядом, как всегда, готовый к любому развитию событий.

— Мы все меняемся, — сказал Хибари, наконец нарушив молчание. — Но не всегда в том направлении, в котором нам бы этого хотелось.

Я посмотрел на Эребуса, и он снова взглянул на меня, но в его глазах была не просто признательность. Там была печаль и недосказанность. Мы не знали, что именно изменилось, но было ясно одно — вернувшийся Эребус несёт с собой что-то большее, чем просто прошлое.

Мы продолжили двигаться, но теперь, с возвращением Эребуса, в воздухе витала тяжёлая тень. Зона, похоже, была готова раскрыть нам ещё больше тайн.