ТАЛАНТЫ И ДОЛЖНОСТИ ПОНОМАРЯ ДАЙСА
Если бы я мог галантно
Должности и все таланты
Описать пономаря,
Мой читатель в изумленьи
Рот раскрыл бы втихаря.
Есть ли должность тяжелее
Пономарской? Не елеем
Дайс помазан был, а всем –
Органист, звонарь, учитель,
Кантор, секретарь, хранитель,
Архивариус и фельдшер,
Он – решенье всех проблем.
Голос был небесным просто.
Он – решенье всех вопросов,
Громкий, властный голос Дайса,
Это чудо из чудес.
Призывающий: покайся!
Пел любыми голосами,
Был известен чудесами:
Если о дожде молился –
Хлынул дождь из облаков,
Пел иначе – для горшков
Глиняных – чтоб сохла глина
Если дождь казался длинным.
Сочинял он их украдкой,
Но растрепана тетрадка,
И листы унесены
Драгоценных песнопений,
Ветром северных селений.
Дайс не в целом был аскетом
И курил он сигареты,
Но как призраков гонял!
Как-то Шепперу он Глитше
Духов всех в дому унял.
Составлял он древо рода,
Календарь для встречи года
Рисовал, подумать только!
Был мужчиной настоящим,
Невысоким, но изящным.
Маленьким и с шеей тонкой,
Вспыльчивым как спичка, звонко
Говорящим. У людей
Был в чести – в селе и в школе,
Строгости уча детей.
От природы был он добрым,
Всё шутил, и не был злобным,
С бедняками был любезен,
Лишь с одним из всех сельчан
Был не ласков и не весел.
Дайс, как можно здесь понять,
Всех людей хотел обнять.
Лишь богатый целовальник,
Хитрый Касейн был немил –
Злоречивый богохульник.
Дайс его терпеть не мог,
И старался дать урок,
Видя, как тот принуждает
К выпивке, людей прельщает,
Чтобы взять с них свой оброк.
Это Дайсу приносило
Много боли, что есть силы
Он пытался отвратить
Проповедью от таверны
И сельчане меньше пить
Стали. Дайс учил селян,
Кто в таверне – будет пьян,
И на пьяницах несчастьи
Целовальник деньги, платье
Получает в одночасье.
Ведь кабак – предместье ада,
Заходить туда не надо!
Здесь – источник всех пороков
Касейн здесь – слуга Маммоны,
В ад сошёл еще до срока!
И ужасные картины
Показал, все муки ада
Описал, как некрасиво
Выглядит сам Сатана,
Напиваясь допьяна.
Испугались все селяне
В ад таверны вход по пьяни
Ужаснул их, как стена
Побледнели, отшатнувшись,
Дайса похвалив сполна.
Он желает благодати
Божьей, и её всем хватит,
Кто идёт путём порока –
Дайс им ласково внушает,
Тот поплатится жестоко.
Также Дайс наш волновался,
Видя как берут в займы
Вещи у скупца, что рвался
Треть себе оставить, жадный
Касейн – до страданья хладный.
По-отечески пытался
Людям Дайс наш дать совет.
Но как он тут ни старался,
Брали те в кредит, всех бед
Корень. «Дети, неужели,
Так глупы вы в самом деле,
Адский чтоб платить процент!
Осень – время лишних денег,
Купите себе в момент
В городе ассортимент
Без печали и обмана».
Или жертвою тирана
Станете – ростовщика!»
Люди, умудрены Дайсом,
Призадумались слегка
И вздохнули с облегченьем,
Он им шлёт благословенья,
И любезно объясняет,
Как вести себя в делах,
Поощряет, ободряет.