— А мне не обидно, думаешь? — говорит Елизавета, вспоминая слова матери, что дочь у нее выросла такой черствой.
Взаимным претензиям уже довольно много лет. Все идет из прошлого, из юности Лизы, когда она только-только вышла замуж и юные супруги вставали на ноги. Сами, потому что мужу помогать было некому, а Лизе мама в помощи отказала.
Замуж Елизавета вышла в 24 года, сейчас ей 46. Муж мать потерял довольно рано, а отцу, который жил то ли с четвертой, то ли с пятой по счету женой, было не до сына от первого брака. Парень уехал учиться в большой город. Сначала ПТУ, потом вечернее отделение института. Когда был на втором курсе, встретил Лизу, они ровесники.
— У мужа дом бабушки в деревне, который, как он понимал, ему не достанется, были еще и тетка с дядькой. Койка в общаге и все, — вспоминает Лиза. — И у меня примерно так же. Только вместо общаги — комната в родительской квартире.
Родители Лизы были, по меркам того времени, людьми довольно состоятельными: мать ушла из института, где преподавала, торговала на рынке, отец занимал должность средней руки в муниципалитете. Трехкомнатная квартира, неплохие доходы, машина, престиж.
Зятю родители были совершенно не рады и все время кивали Лизе на пример старшей сестры, которая вышла замуж за мужчину старше себя на 12 лет, с положением. То, что по этому самому положению муж сестры практически криминальный элемент, родители не понимали: в 90-е сильно сдвинулись понятия. Но сестра жила хорошо, а Лиза выбрала в мужья человека "без роду и племени".
— Конечно, нам могли помочь, но не помогали, — говорит женщина. — Как я понимаю, принципиально. Потому что мама все равно как соперничала со мной, что ли. Почему именно со мной, а не с сестрой? Для меня загадка, видимо, любить одинаково обеих дочерей мама так и не смогла.
И был в жизни Лизы момент, когда она родила ребенка, ему было всего 2 года, а она забеременела вторым, когда хоть в петлю. Квартира съемная, накоплено на первый взнос, но мало накоплено, а тут неожиданная беременность и муж, который работу потерял, а ведь только-только устроился по новой специальности, в соответствии со своим высшим уже образованием. Последним устроился — первым и сократили.
— Беременность 7 недель, декрет, муж тут же пошел на самую простую работу, чтобы хоть с голода не умерли, но был такой момент, когда просрочили плату за квартиру, а деньги, которые копили, лежали на депозите, снимать — терять проценты, а для нас это были большие деньги, — продолжает Лиза.
Молодая женщина раз попросила у мамы денег. В долг, не просто так. Мама с тяжелым вздохом дала, потом с каменным лицом приняла возвращенную сумму. Через полтора месяца снова обратилась, а мама неожиданно зло и раздраженно начала поучать младшую дочь.
— Знаешь, Лиза, ты сама свою судьбу выбрала, мы тебя не заставляли. Но раз выбрала, то надо учиться жить на те деньги, которые у тебя есть. Рассчитывай, пусть маленькие средства, но занимать — это дно, понимаешь?
И протянула дочери с усмешкой несколько купюр. Лиза тогда расплакалась, но денег не взяла. Как они с мужем жили и выживали — отдельная тема. Второго ребенка Лиза потеряла на сроке 10 недель, мама, к счастью, о второй беременности вообще не знала, иначе бы неприятных минут Лизе выпало еще больше.
С тех пор давно все наладилось. Сыну 22 года, младшей дочери всего 8. Она родилась уже в благополучные для родителей времена. У женщины с мужем трехкомнатная, есть дача, супруг занимается бизнесом, зарабатывает, Лиза — чиновник средней руки, почти как отец когда-то.
Отца давно нет, инфаркт случился, когда зятя застрелили в какой-то разборке. Сестра с тех пор жила одна и потихонечку спивалась. Три года назад ее не стало, а наследовать дочери сестры оказалось нечего — у сестры была куча кредитов, проще оказалось отказаться от двушки, которая осталась ей после выплаты долгов (реальных и мнимых) покойного мужа.
У племянницы Лизы личная жизнь не задалась, живет с бабушкой и двумя детьми. Дети совсем маленькие, работает племянница из дома, но получается у нее это плохо. Лиза все эти годы с мамой держалась отстраненно. Денег больше не просила, а помогать мама не рвалась.
— А теперь уже и не с чего ей помогать, бизнеса давно нет, она на пенсии. Пенсия совсем маленькая, она же торговала, там стаж небольшой совсем, — говорит Лиза. — То, что было накоплено — давно или прожито, или пошло на то, чтобы выручать, а потом и лечить мою сестру. И вот теперь мама почему-то решила, что раз я хорошо живу, то должна им помогать. Ага, всем: ей, ее внучке и ее правнукам.
— У нас одна коммуналка такая, что с ума сойти можно, — причитает мама. — А еще дети. Двое, ведь их двое! Ой, не смешите меня, какие алименты, копейки это! А детей и одеть, и накормить… Ты в курсе, сколько лекарства стоят? Внучка зарабатывает, конечно, но нам не хватает. Дай денег в долг? А сколько можешь?
Лиза дала раз, дала второй. Несколько тысяч, они с мужем не разорятся. Но… в памяти те самые слова о том, что надо учиться жить на те деньги, которые есть. Маленькие? Ну что ж, на них и надо учиться жить.
Отдавать Лизе долги никто не спешит и не обещает. Женщина уже и не заикается по поводу того, что мамина квартира достанется не ей, а дочери сестры. Ей бы тоже пригодилось, но своих детей они с мужем рассчитывают обеспечить сами.
— Каждый раз, когда мама ноет и намекает, что у нее нет денег, что им с племянницей не хватает, я вспоминаю ее слова, — признается Лиза. — Такая злость берет, потом хожу и до вечера переживаю. Нет, не жадность меня берет, а именно злость, что когда мама была "на коне", хрен мне, а не помощь. А сейчас, оказывается, дети — это дорого и в жизни бывают ситуации, когда денег нет. Не резиновые, не растянешь. Один раз сказала, что у меня тоже дети, а меня черствой обозвали.
— А чего даешь? — не понимает подруга. — Просто повтори ей ее же слова и все.
Лиза и сама задумывается: а почему она дает? Ответ — жалость, ну и… может, зачтется плюсом в карму?
Историю обсуждают на сайте злючка.рф.
"ПОДПИСКА на Телеграм" и в MAX