Ну что, присаживайся поудобнее и не моргай, а то пропустишь самое сочное. Речь пойдет об одном парне, которому на всех было плевать с высокой колокольни. Назовем его, скажем, Вольдемар. Да, звучит вычурно, но этот тип именно таков.
Итак, наш Вольдемар не рождался в рубашке. Он родился, скорее, в рваной майке, с татуировкой «недоволен» на лице и с фигой в кармане. Пока другие дети учились ходить, он учился давать сдачи. Пока они зубрили таблицу умножения, он постигал главный закон жизни: хочешь есть — бери вилку и иди туда, где жарят мясо. А лучше — забери и мясо, и сковородку.
К двадцати годам он уже знал, что все эти «социальные лифты» и «карьерные лестницы» — бред для тех, кто боится прыгать с крыши на крышу. Он не искал работу. Работа — это для наемных плебеев, которые с утра до ночи перекладывают бумажки в ожидании пятницы. Вольдемар создавал дела. Не бизнес, нет. Бизнес — это скучно, с бизнес-планами и отчетами. Его предприятия были похожи на налет: быстрый, дерзкий и с солидной добычей.
Однажды он решил, что ему нужен свой замок. Ну, не замок, а лофт в самом дорогом районе города. Смотрел он на эти стеклянные многоэтажки, где обитают сытые коты и их еще более сытые хозяева, и плевался.
«И что,— думал он, — я должен брать ипотеку на тридцать лет, как последний лузер, чтобы потом до пенсии отдавать банку кровные? Смешно».
Его способ был элегантен и прост. Он не пошел просить. Он пришел забирать. Нашел одного такого мажора, у которого папочка купил три этажа, но который сам был пустышкой с накачанными губами и нулевыми мозгами. Вольдемар за пару недель обыграл его в покер, поставив на кон свои, честно скажем, сомнительные активы против ключей от апартаментов. Мажор, уверенный, что он бог зеленого сукна, даже не понял, как остался в одних трусах и с долгом в полмиллиона. Вольдемар просто взял ключи со стола, щелкнул тому по лбу и сказал: «Спасибо за игру. Выносить свое барахло отсюда у тебя есть до завтратра. Опоздаешь — выброшу с балкона. Он у меня, кстати, теперь».
Он не признавал авторитетов. Начальник полиции? Скучный дядька в униформе. Банкиры? Жадные торгаши, дрожащие над своими сейфами. Он покупал их всех, не тратя ни копейки. Одних — шантажом, других — компроматом, третьих — просто неотразимым предложением, от которого нельзя отказаться. Его боялись и ненавидели, но при встрече улыбались и жали руку. А он смотрел на их вымученные улыбки и думал: «Шестерки. Вселенная состоит из королей и шестерок. И я явно не шестерка».
Любовь? Ха! Любовь для него была таким же ресурсом, как деньги или власть. Он окружал себя красотками с обложек, но смотрел на них как на дорогие картины — приятно глазу, но не более. Пока не встретил ту, что была его копией. Такую же дерзкую, циничную и с таким же огнем презрения во взгляде. Их первый диалог был шедевром.
«Твое место в моей жизни уже занято», — сказал он, оценивая ее с ног до головы.
«Кем?»— спросила она, не моргнув глазом.
«Самовлюбленным мудаком.И он не собирается уступать».
Она усмехнулась.«Не проблема. Я его вышвырну, а на освободившееся место поставлю зеркало. Чтобы видеть единственного достойного человека в этой комнате».
Вольдемар впервые в жизни улыбнулся по-настоящему.
Чем закончилась его история? А кто сказал, что она закончилась? Такие, как Вольдемар, не заканчиваются. Они либо сгорают в ослепительной вспышке, успев перед этим плюнуть в лицо самой Смерти, либо тихо покупают остров и правят своим миром, наблюдая за суетой плебеев в бинокль.
Мораль? Какая, на хрен, мораль? Это не сказка для идеалистов. Это история для тех, кто понимает: мир не делится на хороших и плохих. Он делится на тех, кто ест, и тех, кого едят. И наш герой явно сидел во главе стола. И приправлял все это дело перцем чили.
Р.S.: Кто встречал на своём жизненном пути таких Вольдемаров? Или может это ты?