В небольшом селе жила молодая женщина по имени Ксения, румяная и статная, с густой русой косой. Через три года после свадьбы она решила, что больше не может терпеть своего супруга. Накинув на плечи тёплый платок, она отправилась к местному старцу, отцу Серафиму, который когда-то благословил их союз.
«Батюшка», — начала она, едва переступив порог его дома и нервно теребя край платка, — «прошу тебя, расторгни наш брак. Я больше не могу так жить».
Старец внимательно посмотрел на неё из-под седых бровей и спросил о причине такого решения. Ксения горячо заговорила о том, как её муж постоянно приходит домой позже всех в деревне, как она устала от ежевечерних ссор и упрёков. Она рассказывала долго и подробно, то всплёскивая руками, то утирая слёзы, а отец Серафим слушал, не перебивая.
Когда она закончила, старец произнёс: «Я помогу тебе, дочь моя. Но сначала выполни одно поручение. Испеки для меня праздничный каравай, но с условием — все продукты для него ты должна взять у соседок. Ни щепотки соли, ни горсти муки из собственного дома. И когда будешь просить, обязательно расскажи, зачем тебе это нужно».
Удивлённая таким странным заданием, Ксения всё же согласилась. Первой она посетила соседку справа — Прасковью, худощавую женщину с вечно усталым лицом, которая как раз выбивала половики у крыльца. Та изумилась: «Неужели у тебя закончилась мука, Ксюша?»
Пришлось объяснить про визит к старцу и желание развестись. Прасковья тяжело вздохнула, присела на лавочку и начала свой рассказ о том, как тяжело ей живётся с собственным мужем, который совсем не помогает по хозяйству и грубит при детях. «Вчера опять кричал, что щи пересолены, а сам даже дров не наколет», — жаловалась она, передавая мешочек с мукой.
За яйцами Ксения пошла через дорогу к Варваре — полной, розовощёкой женщине, которая славилась своими курами. И там история повторилась — услышав о причине просьбы, Варвара всплеснула руками и принялась сетовать на своего супруга, который тратит деньги на пустяки и не думает о будущем семьи. «Опять сапоги новые купил, а у младшенького зипун весь в заплатках!» — возмущалась она, укладывая яйца в корзинку.
К тётке Федосье, сухонькой старушке с острым языком, Ксения зашла за солью. Та, услышав её историю, только махнула рукой: «Эх, милая, да твой-то хоть трезвый домой приходит! А мой Егор третий день из кабака не вылезает».
Дом за домом обходила Ксения, собирая ингредиенты для каравая. Молодая Настасья, недавно вышедшая замуж, уже плакалась на свекровь, которую муж защищает больше, чем жену. Пожилая Матрёна, мать троих сыновей, рассказывала, как муж её ревнует даже к собственной тени, не даёт на базар одной сходить.
К вечеру, когда золотистый каравай был готов и дом наполнился ароматом свежего хлеба, Ксения вернулась к отцу Серафиму. Она молча протянула ему тёплый хлеб, завёрнутый в чистое полотенце, и старец увидел, как изменилось выражение её лица — исчезла обида, появилась задумчивость.
«Благодарю тебя за хлеб», — сказал он. — «Что же насчёт развода?»
Ксения покачала головой, и русая коса скользнула по плечу: «Прости меня, батюшка. Я поняла, что мне повезло больше, чем я думала. Мой Степан просто задерживается на мельнице, работы много. Но он добрый и заботливый, детей не обижает, меня не бьёт, в дом всё несёт. У других-то вон как...»
Старец улыбнулся в седую бороду, понимая, что его урок достиг цели. Ксения ушла домой с лёгким сердцем, а вечером встретила мужа не упрёками, а тёплым ужином и ласковым словом.
© Оккультный Советник. Все права защищены. При цитировании или копировании данного материала обязательно указание авторства и размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное использование публикации будет преследоваться в соответствии с действующим законодательством.