В Большом дворце музея-заповедника «Царицыно» открылась масштабная выставка «Москва и москвичи в эпоху Николая I». Она охватывает три десятилетия — с 1825 по 1855 год, когда Москва, оправившись от пожара 1812 года, начала стремительно менять свой облик, балансируя между парадным образом современного европейского города и старомосковским укладом.
Экскурсию по выставке провёл куратор Александр Валькович.
Вид из XIX века: открытия Огюста Кадоля
«Выставка приурочена к двухсотлетию воцарения императора Николая, и это продолжение цикла выставок, посвящённых Москве и москвичам различных эпох. Три года назад была эпоха Александра I, теперь пришла пора другого императора», — объясняет куратор выставки Александр Валькович.
Открывают путешествие в эпоху работы французского художника Огюста Кадоля. Участвуя в походе Наполеона в Россию, он был пленён, но затем остался здесь на несколько лет. «Он был очарован Москвой и её бытом, и, я думаю, любовью к одной из москвичек», — поясняет куратор. На выставке литографии с его работ, раскрашенные акварелью, из собрания Русского музея. Например, «Пруды на Пресне» — излюбленное место гуляний москвичей. Сейчас осталось два пруда (на территории Московского зоопарка), и они по-прежнему очень популярны.
На литографиях Кадоля Москва — возродившийся после пожара город с дворянскими особняками в стиле ампир. «Москва хорошела, перестраивалась, расширялись улицы, появлялись новые площади, фонтаны, улучшалась логистика, инфраструктура. То есть из бывшей «большой деревни» Москва преображалась в европейский город», — отмечает Александр Валькович.
Коронация: рождение нового правления
Следующий зал рассказывает о коронации Николая I в Успенском соборе 22 августа 1826 года. Здесь портреты царской семьи, в том числе цесаревича Константина, старшего брата монарха, который отрёкся от престола. Это вызвало слухи о заговоре и даже убийстве Константина, стало одним из формальных поводов к восстанию декабристов. Брат приехал поддержать Николая I из Польши (он был наместником Царства Польского), доказав, что жив, здоров и добровольно отказывается от власти. Он присутствовал на коронации.
Император Николай I изображён на портрете Джорджа Доу в возрасте 30 лет в прекрасной физической форме, в расцвете сил. Таким он взошёл на престол.
Особое место в зале занимают изображения из коронационного альбома, изданного в 1828 году. «Николай заказал лучшим французским художникам коронационный альбом, где были отражены главные события торжеств: въезд в столицу под грохот колоколов, пушечные выстрелы и крики “Ура!”, церемония в Успенском соборе и народный праздник на Девичьем поле», — рассказывает куратор. Этот фолиант, рассылавшийся по европейским дворам, стал знаком утверждения новой власти.
Градостроительный рывок и лица эпохи
Эпоха Николая I стала для Москвы временем масштабного строительства. Возводились Большой Кремлёвский дворец, храм Христа Спасителя, закладывалось Садовое кольцо. Вершиной технологического прогресса стало открытие в 1851 году Николаевской железной дороги, связавшей Москву и Петербург. На выставке один из проходов в залы стилизован под вагон с видами из окна едущего поезда.
Но город — это не только здания, но и люди. Отдельный раздел выставки посвящён московским генерал-губернаторам. «Стоит обратить внимание на небольшой, но хорошего письма портрет князя Дмитрия Владимировича Голицына кисти неизвестного художника. За заслуги в управлении столицей и за благоустройство он был возведён в светлейшие князья. Почти 25 лет правил здесь», — отмечает Александр Валькович. При Голицыне построили Большой и Малый театры, начали облицовывать набережную реки Москвы гранитом.
Алексей Щербатов, сменивший Голицына, продолжает куратор: «Озаботился установкой очистных сооружений, потому что развивалась промышленность, Яуза загрязнялась. Кроме того, он сумел добиться императорского указа, где работа малолетних на фабриках и мануфактурах была запрещена в ночное время». Тогда это было передовое решение. На выставке тоже есть его портрет.
Москва в лицах и профессиях
Выставка погружает в повседневность, раскрывая Москву через быт, увлечения и характеры её обитателей. Работы Карла Гампельна, глухонемого художника, показывают жанровые сценки. «Благодаря императрице Марии Фёдоровне он обучался в Вене по определённой методике рисования и затем, живя в Москве, рисовал её жителей: торговца хлебом, разносчика цветов, почтальона с будочником — такие милые сцены», — рассказывает Валькович. Собака почти стащила булку хлеба. Разносчик цветов виртуозно удерживает на голове поднос с глиняными горшками. Москва двухсотлетней давности оживает в этих работах. Ещё секунда и в зале зазвучит собачий лай и ругань торговца. Рядом с ними — динамичная картина неизвестного художника из Третьяковской галереи. «Лихо несущийся на тройке с бубенцами выезд пожарной команды на Пречистенке. В Москве всё ещё было много деревянных домов, и пожарная служба была хорошо организована», — объясняет куратор.
Зал трактира: центр московского общения
Выставка реконструирует интерьер московского трактира. Из злачных мест многие трактиры стали превращаться в центры общения, где можно было вкусно и недорого поесть, почитать прессу и даже поиграть в шашки. Сюда ходили и дворяне, и разночинцы. В зале старинные самовары, вербилковский фарфор, обязательная для трактира того времени икона. За столами уже нельзя поесть молочных поросят, расстегаев и знаменитых московских калачей, зато можно поиграть в интерактивную игру и пообщаться с купцом и студентом николаевского времени.
«Новому поколению не хватает соучастия. Поэтому на нашей выставке дети могут заглядывать в Москву XIX века с помощью глазков, которые есть почти в каждом зале, и установлены они на уровне глаз ребёнка. В зале, где мы рассказываем о трактирах, можно посидеть за столом с зажиточным купцом или бедным студентом, а в зале про строительный бум николаевской эпохи — собрать архитектурный паззл», — подчёркивает Елизавета Фокина, генеральный директор музея-заповедника «Царицыно».
Зал дворянства: частная жизнь элиты
«Этот зал с зеркалами — образ бальной залы в московском особняке. После событий 1812-го года часть московских дворян разорилась», — говорит куратор. На картине Тимофея Мягкова изображено семейное чаепитие дворян. Александр Валькович поясняет: «Очень скромно, только чай и сахар. Это у купцов несколько вёдер чая, да с вареньем, и лимоны, но здесь главное — именно чай. Москвичи в эту пору очень его любили, пили часами». Ритуалы московского общения за чашкой чая пережили два столетия практически без изменений.
В зале есть предметы быта дворян. Детский пазл на тему Крымской войны по технике исполнения совсем похож на современный. Есть неоконченная вышивка бисером с трогательной надписью: «Ты один мне мил».
Центральными экспонатами зала стали работы московского художника Василия Тропинина. Его портреты композитора Александра Алябьева и драматурга Александра Сухово-Кобылина создают интимную галерею лиц знатных москвичей.
Зал купечества: новые хозяева жизни
«Московское купечество в эту пору богатеет. В основном это выходцы из крестьян — среди них Рябушинские, Морозовы», — делится Александр Валькович. Этот зал рассказывает о социальном лифте, характерном для николаевской эпохи. Среди купцов было много благотворителей и меценатов. «Вот портрет купца Крашенинникова. Он был миллионер и создал фонд для бедных невест. Им выдавали приданное, и они могли вести своё хозяйство на эти деньги», — добавляет куратор.
Зал театра: рождение московской сцены
Николаевская эпоха — это время расцвета театральной жизни. Строительство Малого и Большого театров превратило Москву в одну из театральных столиц Европы. Именно в Москве в Малом театре впервые целиком сыграли «Горе от ума» Грибоедова. На выставке — подлинные театральные афиши того времени. Есть офорт, где изображён Гоголь, который читает «Ревизора» писателям и артистам Малого театра. Среди слушателей — Тургенев, Щепкин, Садовский.
Промышленность, славянофилы и западники
В экспозиции представлен раздел о московской промышленности, посвящённый Всероссийской мануфактурной выставке 1831 года, устроенной по предложению Николая I в Благородном собрании (сейчас Дом Союзов). Здесь можно увидеть образцы фарфора, металла, стекла и тканей, демонстрирующие, что Москва была торговым и промышленным центром.
Отдельный зал посвящён спору славянофилов и западников. Есть зал, рассказывающий о Крымской войне 1853–56 годов и участии в ней москвичей.
«Даже на нашем веку Москва менялась уже не раз, и всякий раз к лучшему. Динамика — главная особенность города. При Николае I в нём произошли заметные внутренние перемены: театр стал важной составляющей общественной жизни, а трактиры — центрами, где люди разных сословий могли друг с другом встретиться и поговорить. Рассказывая на выставках о таких вещах, мы помогаем узнать Москву и понять её историю», — объясняет Елизавета Фокина, генеральный директор музея-заповедника «Царицыно».
Эпоха Николая I завершилась для Москвы в марте 1855 года трауром по императору, который умер от пневмонии (будучи больным гриппом, принимал парад в лёгком мундире). Москва, которая с ним прощалась, была уже другой. Благоустройство, строительный бум, развитие транспорта и производства — выставка, открытая до 1 февраля 2026 года, позволяет увидеть, как в течение трёх десятилетий формировалась та Москва, чей облик узнаваем и сегодня.
Автор текста — Виолетта Тамбия