В самом сердце дремучего леса, где сосны-великаны перешёптывались с берёзами-неженками, а воздух был густым и сладким, словно мёд, жила-была белочка по имени Ляля. Её рыжая шубка отливала золотом в лучах восходящего солнца, а большие глаза искрились озорными звёздочками. И был у неё самый лучший друг – соловей, крылатый поэт, чьё горлышко хранило всю музыку мира.
Каждое утро он дарил лесу свою трель, серебристую и свежую, как роса на паутинке. Она будила Лялю ласковее любого толчка: «Вставай, соня! Новый день стучится в твоё дупло!» А по вечерам его песни превращались в бархатные колыбельные, под которые лес засыпал, укутанный тёмным-тёмным покрывалом ночи.
Но однажды утром Ляля проснулась от непривычной тишины. Выглянула из дупла и увидела, что соловей сидит на ветке, а рядом с ним лежит маленький рюкзачок, набитый сушёными букашками и ягодами.
«Милая Ляля, – прошелестел он крыльями, – осень-чародейка раскрасила листья в багрянец и золото. Воздух стал холодным и колючим, и мои песенные струны могут замёрзнуть. Мне пора лететь туда, где солнце целует землю и нежит мои крылья».
Сердце белочки сжалось, будто от прикосновения ледяной иголки. «Улететь? – прошептала она. – Но как же мы будем просыпаться? Как будем засыпать? Лес опустеет без твоей музыки!»
«Я спою для вас прощальную песню, – ласково ответил соловей. – Не просто песню, а целое сокровище из нот. Мы спрячем его в ваших сердцах, и оно будет согревать вас холодными вечерами. Собирай всех на опушке!»
Ляля мигом помчалась по лесу. Первым она встретила ёжика Колючку, который с философским видом смотрел на гриб.
«Колючка, бежим! Соловей дарит нам свою последнюю песню!»
Ёжик нахмурил носик: «Песня? А она имеет практическую ценность? Вот мой гриб – да. А песня?»
«Она питает душу!» – ответила Ляля, и её голос прозвучал так торжественно, что ёжик, не раздумывая, покатился за ней.
Потом они встретили зайца Топота, который как раз тренировался в беге на месте, чтобы зимой не мёрзнуть.
«Топот, пойдём с нами! Соловей поёт прощальную песню!»
«Лечу! То есть, бегу! То есть, топочу!» – обрадовался заяц, и его лапки застучали по земле, как маленькие барабанные палочки.
У своего просторного дома, от которого тянуло тёплым хлебом и сушёными травами, они увидели лисёнка Рыжика и также предложили ему пойти послушать песню соловья.
«Прощальный концерт? — произнёс он, поправляя на носу очки. — Прекрасная возможность исследовать, как мелодия превращается в воспоминание.»
И вот все звери собрались на солнечной опушке. Соловей взлетел на самую высокую ветку рябины, откашлялся и сказал:
«Друзья мои! Эту песню я дарю вам. Слушайте не только ушами, но и сердцем. И тогда частичка лета останется с вами до самой весны».
Он закрыл глазки, набрал воздух в грудку и запел. Ой, что это была за песня! Она начиналась, как нежный ветерок, играющий с паутинкой, потом превращалась в весёлый ручеёк, звенящий камушками, а после – в танец солнечных зайчиков на траве. Казалось, сама природа затаила дыхание. Золотое осеннее солнце, которое уже собралось катиться за горизонт, вдруг остановилось и замерло, подставив щёку последним тёплым лучам, лишь бы послушать эту волшебную музыку.
Когда песня закончилась, воцарилась тишина. А потом…
Ёжик Колючка выдохнул: «Ляля... Это... это как будто я впервые увидел, как распускается цветок. Внутри стало так просторно и светло».
«Я целых три раза подпрыгнул от восторга и ни разу не устал!» – воскликнул заяц Топот.
Серьёзный лисёнок Рыжик вытер платочком запотевшие очки. «Гм… Научный факт: температура на опушке повысилась на два градуса. Песня действительно обладает согревающим эффектом! Рекомендую к применению в зимний период».
А белочка Ляля подбежала к соловью и прошептала: «Спасибо, дружок. Мы будем скучать».
«И я буду скучать, – ответил соловей. – Но моя песня теперь живёт в ваших сердцах. Достаточно вспомнить её, и станет теплее».
На следующее утро соловей улетел в тёплые края.
В скором времени выпал первый пушистый снег. Теперь каждая веточка, каждый пенёк и травинка щеголяли в ослепительно белых шубках. Воздух застыл, став хрустально-прозрачным и беззвучным, и в этой новой тишине поселилась лёгкая, тонкая, как паутинка, грусть.
Но однажды вечером, когда метель завывала за стенами норки, белочка Ляля сказала: «А помните песню соловья?»
Она закрыла глазки и начала тихонько насвистывать мотив. Заяц Топот тут же подхватил её, весело отстукивая замысловатый ритм своими быстрыми лапками, а лисёнок лишь улыбался, его голова невольно покачивалась в такт этому тихому, но такому тёплому напеву.
И тут произошло чудо. Грусть куда-то улетучилась! В тёплой норке лисёнка стало по-настоящему уютно и весело. Они вспоминали смешные слова, которые подходили под мелодию, смеялись и пели всю долгую зиму. Песня соловья, как и обещал он, согревала их своими нотами и напоминала, что дружба и добрые воспоминания – самое тёплое, что может быть на свете. А значит, весна и возвращение друга обязательно наступят!