Новаторское исследование показывает, как астрономы майя разработали и усовершенствовали систему предсказания солнечных затмений с поразительной точностью, опровергая вековые неверные толкования Дрезденского кодекса.
На протяжении столетий загадка оставалась скрытой на страницах Дрезденского кодекса, одной из немногих драгоценных книг майя, переживших европейское завоевание. На её страницах сложная таблица чисел и глифов была идентифицирована как механизм предсказания затмений. Но как это работало на самом деле? Как древним астрономам майя — «хранителям времени» — удавалось предвидеть эти драматические небесные события без современных технологий?
Статья исследователей Джона Джастесона и Джастина Лоури, опубликованная в журнале Science Advances, предлагает наиболее полное и убедительное объяснение на сегодняшний день. Их исследование расшифровывает внутренние механизмы таблицы и реконструирует её эволюционную историю, открывая перед нами глубокое понимание лунных циклов, которое оставалось точным на протяжении более 700 лет.
Традиционная интерпретация, сохранявшаяся более века, предполагала, что для создания новой таблицы затмений майя просто брали последнюю дату предыдущего и начинали новый цикл с неё. Исследование Джастесона и Лоури показывает, что такой метод был бы ошибкой с предсказуемыми последствиями.
Авторы объясняют, что в предыдущих работах с таблицей затмений последовательно предполагалось, что последующая таблица той же структуры будет рассчитываться на основе последней станции предыдущей таблицы. Однако их анализ показывает, что если бы это было сделано, при использовании одной или двух последующих таблиц могли бы происходить непредвиденные затмения… и с каждым последующим перезапуском их число увеличивалось.
Вместо этого «хранители времени» майя использовали гораздо более разумную и надежную процедуру.
Таблица затмений Дрезденского кодекса охватывает 405 лунаций (циклов новолуний). Число 405 было выбрано для затмений не случайно; оно оказалось ключевым элементом более обширной календарной головоломки.
Майя, среди прочего, использовали священный, или «гадательный», календарь из 260 дней. Исследователи предполагают, что изначально астрономы майя разработали общую лунную таблицу из 405 месяцев, чтобы связать лунный цикл с этим 260-дневным календарём. В этой длинной последовательности 405-месячный цикл был первым, который практически идеально совпал с числом, кратным 260 дням (11 960 дней), создав глубоко значимую календарную связь.
Именно в рамках этого периода в 405 месяцев, после многократного наблюдения за небом, майя начали выявлять закономерности в интервалах между наблюдаемыми солнечными затмениями. Таким образом, таблица затмений появилась как специализированная адаптация более общего лунного альманаха.
В таблице перечислены не все 405 месяцев, а 69 конкретных дат новолуний, называемых «станциями». Из них 55 были предназначены для наблюдения солнечного затмения на территории майя. Это «реальные» или «предполагаемые» станции.
Оставшиеся 14 станций — «искусственные». В это время затмений не ожидалось, поскольку Луна находилась слишком далеко от требуемого идеального положения. Зачем их включать? Их функция была чисто структурной: поддерживать последовательность таблицы. Станции затмений, как реальные, так и искусственные, представлены группами, разделёнными интервалами в 5, 6, 11 или 17 месяцев. Искусственные станции служили разделителями между этими группами, обеспечивая формальную целостность таблицы и её связь с 260-дневным календарём.
Важнейшим открытием исследования стала процедура «обнуления» таблицы для сохранения её точности на протяжении веков. Вместо того, чтобы начинать новую таблицу с 405-го месяца предыдущей, астрономы майя перезапускали её в одной из двух ключевых точек текущей таблицы: в 358-м или 223-м месяце.
Почему именно эти точки? Потому что это станции, которые в среднем меньше всего отклоняются от точного момента идеального совмещения Солнца, Луны и Земли (узла). Месяц 358 отклоняется всего на 2 часа 20 минут, а месяц 223 — примерно на 10 часов 10 минут.
Стратегия была элегантной: большую часть времени новая таблица начиналась с 358-го месяца предыдущей — минимальная коррекция. Но иногда, чтобы компенсировать накопленные отклонения, перезапуск производился с 223-го месяца — более крупная коррекция в противоположном направлении.
Авторы объясняют это следующим образом: в данной статье предлагается, чтобы первая дата новой таблицы обычно устанавливалась на 358-й месяц существующей таблицы... Эта процедура также подразумевает, что иногда первая дата в последующей таблице устанавливалась на 223-й месяц... для корректировки отклонений, которые постепенно накапливаются.
Согласно исследованию, оптимальной комбинацией было использование четырёх перезапусков в 358-м месяце на каждый перезапуск в 223-м месяце. Этот 1655-месячный цикл (4×358 + 223) составляет почти 134 года и демонстрирует среднее отклонение менее 51 минуты — чрезвычайно низкий предел погрешности для древней цивилизации. Такая система могла бы поддерживать жизнеспособность таблицы «бесконечно долго».
Исследование также прослеживает историю таблицы вплоть до её истоков. Данные, основанные на накопленных данных наблюдений за затмениями, свидетельствуют о том, что предыдущая структура могла использоваться около 550 года н.э. Анализируя затмения, наблюдавшиеся в регионе майя между 356 и 1148 годами н.э., исследователи выделили четыре предполагаемые даты для основания таблицы Дрезденского кодекса: 1043, 1076, 1083 и 1116 годы н.э.
После детального анализа они пришли к выводу, что наиболее вероятные даты размещения — 1083 или 1116 годы н. э. Ключевым моментом является то, что для этих оснований таблица начиналась и заканчивалась во время солнечного затмения, наблюдаемого в Юкатане, — примечательного и редкого события, которое могло побудить сохранить эту конкретную таблицу в кодексе.
Исследование рисует картину живой и развивающейся астрономической традиции. Хранители времени майя были не просто хроникерами событий; они были учёными, которые создавали и совершенствовали прогностические модели, основанные на многовековых скрупулезных наблюдениях. Их главным инструментом был не телескоп, а календарь – пример исключительного владения арифметикой и многолетнего терпения.
«В данной статье представлены доказательства развития лунной теории среди специалистов по календарю майя, начиная примерно с 350 года н. э. Их работа опровергает вековое заблуждение и приближает нас к пониманию истинного величия астрономов майя, чьё благоговение перед тёмным небом превратилось в одну из самых устойчивых и точных предсказательных систем древнего мира», - резюмируется в исследовании.