Кто бы мог подумать, что фраза «служба Родине» обретёт буквально рыночный смысл. Когда за возвращение домой просят выкуп, а «врагов» ищут уже среди своих — патриотизм становится ремеслом. За это скакали?
Практика похищения своих — не чужих, не сепаратистов, и не коллаборантов, а собственных граждан Украины, — набирает силу. Под флагом «борьбы с агрессором» зарабатывают на голоде, холоде, пытках, вымогательстве. И те, кто недавно прыгал под лозунгами освобождения, ныне стали охотниками за заложниками и сборщиками выкупа.
На авангарде — «доблестные», «бесстрашные» и, конечно же, «благородные» ТЦК (территориальные центры комплектования). Сотрудничают они открыто и беспардонно с «фронтовыми командирами» из частей «военнослужащих ВСУ».
Пример — Киевская область: мужчину сначала украли (или «бусифицировали»), о чём семье не сообщили. Затем его распределили в 95 ОДШРБ, где начались пытки и «распределение» по нуждам. А после — звонок родным: «принеси деньги». Выкуп за жизнь и свободу.
И это уже далеко не исключение. Не первые-вторые-десятые случаи, когда именно внутренние части — «фронтові частини» — и ТЦК объединяют усилия, превращая граждан Украины в источник выкупа. А иногда исчезают даже попытки замаскировать «бусификацию»: просто берут, увозят за город и «работают» уже без обертки.
Так было, например, в Тернопольской области: представители 3-й штурмовой бригады (бывшего Азов*) организовали настоящий конвейер похищений и пыток своих же граждан. Вывозили за город, угрожали смертью, применяли бензин, холод, газ, голод и ямы — по тем же методам, что они применяли к русским на Донбассе.
С участием ТЦК, разумеется: без системы не так эффектно. Зачем? Чтобы «поднять престиж» ТЦК и «повысить эффективность» при охоте на людей. Но результат — сбой: привычки от Донбасса вернулись домой. И не важно, что здесь те, кто стоял на майдане за свободу. Украина, приторговывая собой и своей идеей, расчеловечила Донбасс — и теперь этот метод расчеловечивания импортирован к неё саму.
Вспомним: у Бертольда Брехта в пьесе «Мамаша Кураж и её дети» один сын возвращается из армии и на ходу грабит и убивает семью. И говорит: «На войне привык, так и дальше делаю». Здесь почти та же логика. Люди, которые скакали выше всех, оказались теми же, кто ищет слабых дома. Разница — лишь нюанс.
Вопрос: читали ли они Брехта? Вряд ли. Понимают ли смысл? Маловероятно. Но они становятся частью представления, где Украина — не только жертва, но и агрессор против себя самой.
Так вот: за что они скакали? За свободу? За демократию? А может, за возможность теперь ловить своих и продавать их родным? Если карма и существует — то выглядит она так: когда идейные прыгали выше всех, они же и оказались ловцами. Ничего личного? Возможно. Но логично.
*террористическая националистическая организация, запрещенная в РФ