Фильм «Дракула: история любви» режиссера Люка Бессона обречен на сравнение сразу и бесповоротно и при первом беглом взгляде абсолютно не в свою пользу. После первого просмотра я осталась со смешанным послевкусием, но через две неделе мои ноги сами понесли меня на второй сеанс – что-то в этой истории зацепило и смутило меня, требовало осознания и повторного переживания.
Обратимся к возникновению сюжета. В 18-19 вв. готический роман, в частности «Дракула» Брэма Стокера, давал возможность думающим и чувствующим писателям выразить теневое содержание, отрицаемое чопорным обществом. На примере фантастических сюжетов можно было рассказать про все то, что приличные люди отрицали в себе, загоняя в фрейдистский подвал. Роман про князя, ставшего вампиром, стал абсолютным бестселлером 1897 года. С изобретением кино роман тут же был взят за основу Кристофером Мурнау, мастером экспрессионизма. «Носферату» Мурнау стал каноническим фильмом ужасов. С каждой новой экранизацией в изображении Дракулы появлялось что-то свое – и трагическая, и комедийная, и фантастическая линия.
Пожалуй, самая известная и современная экранизация романа была сделана Фрэнсисом Копполой в 1992 году, где отчетливо проявилась любовная тема. Недавняя экранизация «Носферату» 2024 года будто бы подхватывает тему переживаний героев, но более сфокусирована на женской линии – истории скуки и однообразия жизни главной героини, которую оживляли долгие годы встречи с неведомым любовником, вызывающие ужас и припадки истерии (героиня Лили-Роуз Депп показывает «истерическую дугу», не хуже истеричек доктора Шарко).
«Дракула» Люка Бессона скорее показывает мужскую линию, историю самого графа Дракулы, – как историю европейского мужчины, в его влечении к женщине, романтической любви и категорическим несогласием с ее утратой. За что и был обречен Богом на вечную жизнь в тени смерти.
Фильм будто ставит вопросы - Кто решает, человек или Бог? Можно ли оспорить решение Бога? Что ждет за это? Как часто мы не согласны с событиями нашей жизни - уходом партнера, своей профессией, местом рождения, внешностью и пр. Мы не меньше, чем Дракула пытаемся спорить с Богом, настаивая на своем, поэтому ответы на эти вопросы мы будем искать вмести с главным героем фильма.
Что такое жизнь без смерти? Цикличность, повторяемость, невозможность удовлетворения и изолированность от мира (чудесный фильм «День сурка» отлично это показывает, ведь там герой тоже, по сути, наказан вечностью). Только смерть дает обновление и вносит изменения в жизнь. Освобождение Дракулы и его долгожданная смерть случается, только тогда, когда он отказался от своей цели и тем самым отказался от иллюзии о вечной романтической любви.
Люк Бессон рассказывает миф о романтической любви как прожжённый актер балаганного театра – не церемонясь и сально ухмыляясь. Первые кадры фильма настолько приторны и стереотипны, что это принимает форму гротеска. Если в «9 ½ недель» сцена любви героев у холодильника не забудется никогда, то при виде сексуальных игр наших героев с использованием еды немного подташнивает. Ну и сборы на войну с постоянными порывами к возлюбленной в одном пеньюаре кажутся не менее гротескными.
Собственно, это кино постмодерна, где жанры смешиваются, а в основе лежит цитатность и важность авторского прочтения. Люк Бессон, очевидно, в начале цитирует экранизацию Фрэнсиса Копполы, но превращает все в фарс. Концентрируясь на любовной линии, режиссер начинает с гротеска, сменяя трагифарсом (что стоят многочисленные выпрыгивания из окна замка), уходя в приключенческий роман, когда наш герой рассказывает о 400 лет поисках, где главная метафора на мой взгляд - создания элексира, что приворожит всех дам (привет «Парфюмеру» Зюскинда и ассоциативному ряду из этого эпохального романа и фильма). Все свои ресурсы и таланты Дракула использует для достижения личной цели, используя других людей. Неудивительно, что в итоге он почувствовал себя одиноким и отверженным миром, заперся в своем замке, кляня Бога во всех своих несчастьях, и вот тут наступает черед жанру ужасов в сцене приезда жениха Мины к Дракуле.
В последней трети фильма приходит очередь рассказать о возлюбленной Влада II, о его «Княгине» в новом воплощении Мине. Знакомство с ней начинается с того, что она признается, что совершенно не знает зачем выходит замуж, что с подругой своей знакома всего лишь два дня. Кажется, что Мина не понимает ни свои поступки, ни саму себя. Мы видим ее на ярмарке среди силачей, уродцев и скелетов. Мина носится от одного аттракциона к другому, зачем? Для чего? Она смеется и оглядывается на Дракулу. Героиня довольно быстро забывает о плане выйти замуж и молниеносно впадает в созависимые отношения.
Наконец-то случилась «любовь» между героями - он ее дождался, выиграл в своем споре с Богом, Мина обрела те отношения, о которых она смутно тосковала все это время - страстные, одержимые, где он восторгается ею, меняет ее жизнь - увозит в свой замок, где ее ждет платье Елизабеты (ей уже отведена определенная роль, из которой она не сможет выйти, не утратив отношения с возлюбленным). Вроде бы на этом можно и закончить, и этого финала ждали многие рецензентки инстаграма… Но что значит оставить их в этом состоянии? Как можно представить себе их жизнь? Концентрация на друг друге и тот образ жизни, что мы видели в начале? И так вечность? Парадокс в том, что так в нашем мире и выглядит иллюзия любви. И Люк Бессон не может с этим согласится, как и с оригинальной концовкой романа – коллективными усилиями уничтожить Дракулу как зло.
Финал Бессона основан на личной готовности героя прервать эту цикличность, освободить себя и свою любимую женщину добровольно. И в этом важное расхождение с романом - он осознанно выбирает смерть, чтобы изменить ситуацию. Он отказывается продолжать быть мучеником и богоборцем и берет ответственность за свою жизнь и смерть. Он согласен утратить иллюзию, отказаться от того, к чему так жадно стремился. Остается только надеятся, что его жертва не напрасна и она принесет пользу и нам, и что мы сможем следовать пути нашей жизни, веря и соглашаясь с жизнью.