У любого организма есть иммунитет. Он включается, когда в организм попадает нечто вредоносное. Человек в таком случае заболевает: температура, сопли, пот, головные боли и так далее.
Но каждый из нас знает, что если болеть сильно некогда и заботу о здоровье можно отложить на потом, есть куча лекарств на базе парацетамола, которые давят симптомы. Выпил и на другой день побежал по делам.
Некоторые уважаемые военные блогеры и волонтеры, которые безусловно ощущают себя иммунной системой нашего общества, пытаются привлечь внимание путем «повышения температуры» общественной дискуссии, в надежде, что организм такой: «кажется я заболел, пойду прилягу, попью чая с лимоном».
Но «организм» все все эти симптомы предпочитает давить парацетамолом. Потому что негоже болеть, дел не в приворот.
Что же до широкой общественной дискуссии по острым и значимым темам, то она у нас как бы не принята. Дискуссия подразумевает, что существуют две стороны, ни одна из которых не может безнаказанно навредить другой - садятся, спорят, разговаривают и так далее. В нашем же обществе все публичные дискуссии имеют формат: «Товарищ начальник, гляньте что творится!». Или: «Товарищ начальник, произошла чудовищная ошибка!» Но такая форма общения не является диалогом и дискуссией. И не приведет к формированию нового понимания.
Иначе говоря, дискуссия невозможна там, где одна сторона способна физически, юридически, организационно раздавить другую, как муху. Мухе сложно дискутировать с мухобойкой. И вся дискуссия превращается в нытье. Причем, нытье очень осторожное, ведь мухобойка всегда с собой.
Почему весь народившийся нынче «общественный иммунитет» и моральные камертоны не являются для России системным явлением, и даже осознаются таковыми. Но существуют по милости и до поры. Попытки же всерьез претендовать на дискуссию «о болезнях и способах их лечения» со временем приведут лишь к отзыву охранной грамоты.
Российское государство, кстати, в таком отношении к «моральным камертонам» вполне стабильно в веках, ибо не терпит дискуссий, на которых могут задавать немодерируемые неудобные вопросы. И это не столько проблема нашего государства, сколько само по себе традиционное восприятие власти русским человеком.