ЧУДЕСА
- Вокруг нас много чудес, только мы их пока что не разгадали.
- Кто же их творит?
- Природа. Мы вроде бы дети: растём и постепенно прозреваем, открытия делаем.
- Ну, допустим…
- Я с малых лет верил, что родился на свет не зря, должен сделать какое-то чудо. - И он многозначительно посмотрел на меня.
- Вот как! Ну, и что же?
Он взглянул на горизонт, где ворчал гром, пощурился на солнце, видимо, определял, который час, не пора ли домой, и начал:
- Пошел однажды за ягодами, забрел в болото и вижу: в ложбине вода черная, как деготь. Набрал в пригоршни, понюхал. Нет, это не вода, а вроде бы автол, как он здесь оказался? Высыпал я из ведра ягоды на кочку, зачерпнул автола - и в деревню. Оказалось, я нашел нефть. Вот оно, чудо какое! Приезжала экспедиция. Вышку поставили. Скоро, говорят, добывать будут нефть.
- Это не чудеса, Тимофей Емельянович.
- А что ж, по-твоему?
- Счастливый случай.
- Ишь ты! Умен больно! - недовольно, по-стариковски проворчал он.
* * *
Этот рассказ озвучен мной в видео, текст ниже:
Ссылка на видео: https://youtu.be/1nQUWsqEcfc
Здесь можно слушать без тормозов и замедления:
https://boosty.to/webrasskaz - Веб Рассказ на Boosty
* * *
Тимофей Емельянович деловито заправил трубку табаком, всё о чем-то думая, и, закурив, спросил:
- Ну а, к примеру, такое чудо? Дело было в нашей деревне перед самой войной. Сидели бабы на завалинке, судачили. Откуда ни возьмись - тучка, закапал дождик. Бабы разошлись по домам, а мы с женой сели обедать. Я окно растворил, чтобы ветерком продувало. Жена и говорит: «Не надо бы, Тимофеюшка». - «Испугалась тучи!» - прикрикнул я. - «Не тучи, а гнева божьего».
И подошла к печке, чтобы вьюшку задвинуть.
«Что? - говорю. - Твой бог в трубе сидит, что ли?» - «Тьфу ты, безбожник!» - набросилась жена на меня.
И тут из трубы вынырнул огненный шар. Жена присела от испуга и кричит: «Пожар! Горим! Спасайся, Тимофеюшка».
Я оторопел и смотрю, как летит этот шар. На скамейке лежал мой картуз. Так он сел в него, как наседка в гнездо. Жена хотела накрыть фуфайкой, да я закричал, чтоб не шевелилась. Шар в горенке побывал, а потом около меня в окно выскользнул. По дороге шла из церкви старуха, соседка наша. Она только что причастие приняла. «Беги, бабуся!» - кричу.
Оглянулась, увидела и начала креститься: «Упаси, помилуй! Господи Иисусе! Смертынька моя».
Шар боднул её в лоб да так, что земля задрожала от взрыва. В окнах стекол - как не бывало. Ложка из моих рук выпала. В жизни не было, чтоб я крестился, а тут пришлось. Похоронили старуху. Видать, он, шар-то, её искал. Разве не чудо?
Тимофей Емельянович замолчал, ожидая, что я скажу.
- Несчастный случай. Это была шаровая молния. Она большой заряд несет.
- Кто же её заряжал? - недоверчиво, со злой усмешкой спросил он.
- Кто заряжает тучи?
- Вот и я хочу спросить об этом.
Я объяснил.
- Ишь ты! То счастливый случай, то несчастный. А я так думаю: всё предусмотрено в природе. Одному - родиться, другому - умереть. Меня шар-то этот не тронул, потому что мне предстояло найти нефть. Не улыбайся. Мы тоже кое в чем разбираемся.
- Всё равно кто-нибудь нашел бы нефть.
- Кто-нибудь! А я верил в своё чудо, и так свершилось. Понял?
- Вот ты, Тимофей Емельянович, кузнец, сорок лет около горна стоишь, а ведь ни разу не случилось такое, чтобы ты начал ковать железо, а оно вдруг в золото превратилось?
- Со мной не случалось. А раньше в соседней деревне было такое чудо с одним кузнецом. Разбогател мужик. Потом сослали в Нарым. Правда, болтали, что он ухлопал одного купца.
- Это, пожалуй, вернее…
ЧЕЛОВЕК ВСЁ МОЖЕТ
Тимофей Петрович Клёнов работал сторожем. Однажды в колхозной конторе во время наряда разгорелся спор «на арбузной почве». Сторож уверял всех, что и в Зауралье могут расти арбузы не хуже, чем в астраханских степях. За свой век он побывал на волжских, донских, иртышских и кубанских бахчах. И если станет рассказывать про арбузный мед - заслушаешься. Он знает, как разрезать и вынимать арбузную мякоть и как отпрессовывать от неё сок, а затем уваривать в чугунных котлах или медных тазах. Он утверждает, что тазовый мед лучше котлового: желтоватого цвета и очень сладкий.
Спорили долго. Уходя из конторы, Тимофей Петрович отдал председателю берданку.
- Получай вооружение.
- Ты что, Тимофей Петрович, наработался? - спросил председатель.
- Шабаш. Больше я вам не охранник. Займусь арбузами.
Он выбрал в глухом бору на берегу речушки Крутихи участок с южным склоном, выкорчевал пни, разработал как надо и посадил арбузы, дыни и тыкву. С тех пор это местечко люди называют Клёновской бахчей.
Крутиха, на берегу которой Тимофей Петрович построил свой шалаш, изобилует рыбой (особенно много щук, окуней и гольянов). Я нередко приезжаю сюда порыбачить.
Сорвав арбуз, Тимофей Петрович рассуждает:
- Вот это растун толстокорый. Шестнадцать вершков в окружности. Но на вкус уступает трескуну. Трескун же с виду белесый, корка тонкая, а мясо красное, как кровь, дюже сочное и пахучее, сладкое и очень вкусное.
Тимофей Петрович смачно чмокает губами. Он неравнодушен к сладостям. Это как будто не вяжется с его внешностью, с его образом жизни. Нелюдимый по натуре, весь свой век проживший на бахчах, отшельник, он, казалось бы, должен иметь пристрастие к грубой и простой пище. Но скажите, что в станционном магазине появились шоколадные конфеты, пирожное или халва, и он поплетется на станцию за десять километров. Поэтому я всякий раз, отправляясь к Тимофею Петровичу, покупаю сладости. Для него это - лучший подарок.
Как-то вечером мы сварили уху из гольянов и окуней. Сели ужинать. С нами был охотник на глухарей Бояринцев.
После ухи Тимофей Петрович достал конфеты, что я принес к чаю. И тут я почему-то первый…
...
Вы читали ознакомительный фрагмент статьи. Продолжить чтение можно на нашем сайте, перейдя по ссылке: https://www.razumei.ru/blog/webrasskaz/14751/chudesa
Подпишитесь на наш канал 'Мировоззрение Русской цивилизации' в Телеграм