Мороженое пахла ванилью и сладким холодком. Пока мама-кошка разговаривала по телефону, отважный исследователь Имбирчик провёл операцию «Три порции счастья». Бездонная пасть, липкие усы, безумное счастье в глазах. Он был королём дня, покорителем холодильника, повелителем эскимо.
⠀
Но королевство оказалось хрупким. К вечеру сладкая вата превратилась в колючий комок в горле. Радость сменилась вялостью, а нос, обычно холодный и любопытный, стал сухим и горячим. Мир сузился до размеров дивана и маминых тревожных глаз.
⠀
Дальше — карусель из чужих рук, резкий запах больницы и серьёзный взгляд доктора в очках. «Переохладил горло, — сказал доктор. — И иммунитет подорвал». Была капельница, от которой рука становилась тяжёлой и чужой. Имбирчик испуганно жмурился, но мамина лапа на его голове была якорем в этом море неприятностей.
⠀
Дома стало тише. Болезнь — это когда прыгать нельзя, а можно только лежать, укутанным в одеяло, и слушать, как на кухне стучит кастрюля. Это волшебные звуки и запахи: мама готовила суп. Не простой, а заговорённый, с шампиньонами, плавающими как кораблики, и изумрудными островками шпината. И кормила она его с ложки, осторожно, как совсем маленького. В этой заботе была какая-то тихая, горьковатая радость.
⠀
Силы возвращались медленно, как солнце после долгого дождя. А вместе с ними пришло и понимание. Однажды утром Имбирчик взял свои самые яркие карандаши. Он выводил не просто рисунок, он выводил своё «прости» и «спасибо». На листе бумаги он, уже здоровый и пушистый, обнимал свою маму-кошку. А внизу, корявыми буквами, которые ему помогла написать сама мама, было выведено самое сильное заклинание в мире: «Мама, я тебя люблю».
⠀
Мороженое, конечно, всё ещё было вкусным. Но оно не могло сравниться с теплом маминых объятий и вкусом того самого, самого лучшего в мире супа.