Вы когда-нибудь слышали о кинцуги? Вот я до недавнего времени не слышала. А кинцуги — это древнее японское искусство реставрации с помощью лака со смесью золотого, серебряного или платинового порошка. Так часто реставрируют посуду или вазы, при этом не скрывают трещины, а, наоборот, подчеркивают их. В итоге, виден каждый недостаток, но при этом он в буквальном смысле залит золотом.
Об этом на одном из посещений мне рассказала подопечная, когда мы вместе плели ей косы. Это было забавно, потому что у нас не нашлось лент, но мы заплели ей небольшие косы нитками мулине, которые обычно используем для фенечек и браслетов. Посмотрев на прическу, девочка сказала, что в этом мире не всё обязано быть идеальным, чтобы быть ценным. И рассказала про кинцуги.
Довольно долгое вступление для такой, казалось бы, простой, но красивой мысли. Но в этот раз мне хочется рассказать не о подопечных, которые заставляют нас по-другому смотреть на давно известные истины, а о своих волонтерах. Можно назвать это моим своеобразным признанием в любви каждому, кто по воскресеньям приходит в 7-е отделение Центра психического здоровья детей и подростков им. Сухаревой.
Как координатор я часто задумываюсь, какие люди идут в волонтерство, зачем им это, что им это дает. Просто представьте: сегодня - ваш единственный выходной, а вы выбираете в 10 утра уже выходить из дома, чтобы через весь город ехать на посещение в Центр, причем, абсолютно безвозмездно. Для себя я когда-то давно, когда еще не была координатором, решила, что моя цель как волонтера — показать подросткам пример надежного взрослого. Знаете, кто-то каждое воскресенье ходит в церковь, кто-то - медитирует, у кого-то есть ритуал длительной утренней прогулки, а у меня уже несколько лет — приходить к подопечным.
И каждое воскресенье я вижу своих волонтеров. Со своими переживаниями, проблемами, мыслями, которые накопились за рабочую неделю. Одно время я даже удивлялась, насколько они все разные. Кому-то нравится приходить чуть заранее, чтобы послушать музыку перед посещением в одиночестве и настроиться, а кто-то вечно прибегает в последнюю минуту и сразу спешит поделиться новостями с учебы.
Мои волонтеры все разные. Я видела, как волонтер в депрессии впервые за несколько дней искренне улыбается, когда подопечный благодарит его за новое умение — лепить розы из пластилина. Как волонтер, который не может принять свою внешность, расцветает, когда подросток робко протягивает ему его же портрет. Как волонтер после шестирабочих дней подряд с энтузиазмом и так, будто и не устал вовсе, поддерживает разговор о динозаврах и обитателях Марианской впадины.
А теперь – мои признания.
Признание №1.
Если меня попросят составить топ самых красивых вещей в этом мире, на первое место я без сомнений поставлю горящие глаза и улыбку моего волонтера, когда он слушал от 9-летнего мальчика лекцию про разницу между кобылками и кузнечиками. И я прекрасно знаю, что в ночь до этого волонтер практически не спал, а утром сомневался, есть ли у него силы поехать в Центр. Но на посещении он искренне смеется и удивляется умению пародировать стрекот кузнечика.
Признание №2.
Никогда не забуду шок воспитателей, когда одна из моих волонтерок принесла огромный холст, сказала убирать столы из зала и на коленях вместе с детьми стала раскатывать лист по полу. Это было в начале лета, и она писала диплом, но тем не менее придумала мастер-класс, который до сих пор я считаю одним из самых успешных. Дети давно не рисовали с таким энтузиазмом.
Признание №3.
Ещё один яркий эпизод — первое посещение Центра моей самой младшей волонтеркой. Для неё мы сделали исключение и приняли в группу в 16 лет, заручившись согласием родителей и тем фактом, что она предварительно прошла обучение волонтерству от самого Центра. Честно, я тогда не сильно знала, чего ожидать от столь юной волонтерки. Оказалось, что она во многом мудрее и терпеливее волонтеров постарше. Вы бы видели, как увлеченно она может по 10 или 20 раз за посещение повторять детям, как плести фенечки и делать те или иные узоры. И это все несмотря на весь стресс в период её выпускного класса и поступления в университет.
Таких эпизодов я могу перечислить несколько десятков, если не сотню. Помню, как волонтеры приходили на посещение после ночных веломарафонов, едва сойдя с трапа самолета после командировки, в самый разгар сессии, на следующий день после расставания с девушкой, в восходящей фазе депрессии.
Так вот, о чем это я: если вы думаете, что волонтеры — сверхлюди, у которых всегда хорошее настроение и в их жизни не случаются проблемы, а волонтерство - это лишь способ убить скуку, это не так. Мои волонтеры не идеальны. Они устают, злятся, ошибаются, ругаются с близкими. Иногда они приходят на посещение будто «сломанными». Но каждый раз рядом с детьми они улыбаются, искренне обнимаются с ними и много-много смеются. И мне нравится, какой пример волонтеры подают подросткам: ты не обязан быть идеальным и всегда в хорошем настроении. Пример того, что быть живым — значит, иногда ломаться, и это абсолютно нормально. Это – кинцуги. И я благодарна каждому своему волонтеру за то, какой пример они подают детям и показывают, что человек может быть не всегда идеальным, но при этом добрым, надежным, умеющим слушать и поддержать.
Вика, Ира, Тай, Надя, Вилена, Инна, Даня, Карина, Олеся, Полина, Вова, Ксения, Маша — я вас люблю, вы потрясающие! Спасибо, что когда-то доверились мне и стали частью большой волонтерской семьи.
-
Хотите попасть в это облако любви? Пишите вот сюда на сайт "Даниловцев" и проситесь в группу Кристины.
-
Материал подготовлен в рамках проекта "Система последовательного и устойчивого волонтёрства в социальной сфере г. Москвы, реализуемого на средства гранта Департамента труда и социальной защиты населения г. Москвы".