Не могу молчать, мои дорогие читатели! Сегодня я открыла ленту новостей и просто не поверила своим глазам. Две истории, два известных мужчины, два абсолютно идентичных сценария, которые повторяются с завидной регулярностью. Константин Ивлев и Андрей Аршавин — люди, чьи лица постоянно мелькают на телеэкранах, чьи имена у всех на слуху, чьи доходы исчисляются миллионами, — и оба они всеми силами пытаются… уменьшить алименты на своих собственных детей.
У меня в голове это не укладывается! Давайте вместе разберемся в этой неприятной, но такой показательной истории, потому что проблема, увы, касается не только знаменитостей.
«А я не хочу»: шокирующая откровенность Константина Ивлева или как повар пытается «сэкономить» на собственной дочери
Ситуация, которая длится уже ПЯТЬ лет. Бывшая жена известного шеф-повара, мать его одиннадцатилетней дочери Маруси, пять лет бьется как рыба об лед, чтобы отец исполнял свои прямые родительские обязанности.
По заключенному соглашению он должен перечислять 200 тысяч рублей в месяц, но деньги приходят нерегулярно, а долг уже успел достичь астрономической суммы в 8 миллионов рублей! Хотя, стоит отдать должное, большую часть — порядка 9 миллионов — он все-таки погасил.
Но самое поразительное — это даже не суммы, а реакция и мотивация мужчины. Мария, первая жена Ивлева, задает ему прямой и справедливый вопрос: «Почему ты исправно не платишь алименты?». И слышит в ответ простую, как пять копеек, и шокирующую своей прямотой фразу: «А я не хочу».
«Я не хочу». Вот так просто. Не «не могу», не «испытываю финансовые трудности», а именно «не хочу». Это же надо так относиться к своему ребенку! При этом, как выяснилось, Ивлев надеется в законном порядке урезать и без того урезанные выплаты еще на 50%. И это при том, что он зарабатывает миллионы на своих шоу!
Как говорится, без комментариев.
Мария не скрывает своего возмущения: «Я хочу привлечь внимание общественности к этому вопросу. Он пять лет не платит нормально. У меня каждый год суды идут или приставы. Он отправляет 50% от того, что должен».
Андрей Аршавин и его математика любви: «Я отдаю им больше половины дохода» или почему футболисту не нравятся его же дети
История Андрея Аршавина развивается по похожему сценарию, но с иными, более «сложными» аргументами.
Футболист, у которого, если верить подсчетам, уже шестеро детей от разных женщин, подал иск к своим бывшим супругам. Он намерен снизить размер алиментов, и его главный аргумент звучит так: «Я плачу им более 50% своего дохода».
Знаете, когда я это читаю, у меня возникает один простой вопрос: а как вы думали, Андрей? Когда вы строили отношения, когда рождались дети, вы не предполагали, что их нужно будет содержать? Что ответственность за маленького человека не заканчивается в момент развода с его матерью?
Он так и заявил журналистам: «Я плачу им более 50% своего дохода. Сейчас просто использую свою возможность уменьшить алименты. Теперь я плачу еще и на последнего ребенка. Это все законно».
Особенно показателен его комментарий по поводу одного из детей: «Малыша она сама захотела». Эта фраза, словно индикатор, снимает всю ответственность с отца и перекладывает ее на мать.
Создается стойкое впечатление, что дети для этих мужчин — это не продолжение их самих, не любовь и забота, а некая обуза, финансовая статья расходов, которую хочется поскорее оптимизировать. Как метко заметил один из пользователей в комментариях: «Зачем только детей строгать, если по сути они ему не особо-то и нужны, он их не воспитывает и ничего он них не знает».
Что же происходит? Анализируем ситуацию: почему «не хочу» стало новой нормой?
Ситуации, увы, типичны и стали системной проблемой. В комментариях к этим новостям люди пишут вещи, от которых становится не по себе: «каждый третий мужик на работе просит не устраивать официально, чтобы не платить алименты».
Это не просто два частных случая — это симптом более глубокой болезни. Почему же успешные, казалось бы, взрослые мужчины ведут себя как капризные дети, когда речь заходит о финансовой ответственности?
- Восприятие детей как обузы, а не как продолжения себя. Ребенок из желанного члена семьи превращается в «статью расходов», которую нужно минимизировать. Вместо радости от возможности дать своему чаду лучшее образование, кружки и полноценное детство, включается калькулятор и желание сэкономить.
- Удобное перекладывание ответственности. Очень удобная психологическая уловка — считать, что «деньги идут не на детей, а на бывшую жену». Хотя по закону алименты — это целевые средства именно на содержание ребенка.
Как сказала одна из читательниц: «Разговоры "почему он должен" при себе оставить, родители должны, просто факту, по любви и возможностям, обеспечивать своих детей».
- Правовой нигилизм и чувство безнаказанности. Уверенность, что можно безнаказанно игнорировать решения судов и договоренности, как в случае с Ивлевым, который годами не платил, копя многомиллионный долг. Кажется, что слава и деньги ставят их выше закона.
- Полное отсутствие эмоциональной связи. Когда отец не участвует в повседневной жизни ребенка, не видит, как тот растет, не знает его проблем и радостей, ему психологически проще отказаться и от финансового участия. Ребенок становится абстракцией.
Не деньги, а отношение: почему финансовое участие — это вопрос уважения и любви
Я глубоко убеждена, мои дорогие читатели, что дело здесь не столько в деньгах, сколько в фундаментальном отношении. В уважении к женщине, которая родила тебе ребенка, и в безусловной любви и ответственности перед своим же сыном или дочерью. Ребенок не просил появляться на свет. Это решение двух взрослых людей. И ответственность за его благополучие, в том числе и финансовое, несут оба.
Когда известный, обеспеченный мужчина публично говорит «я не хочу» платить на содержание своего ребенка — это устанавливает страшную, разрушительную планку для всего общества. Это сигнал, что так можно. Что ответственность — это не про современного «успешного» мужчину. Это история не про деньги, а про честь, достоинство и зрелость.
А что вы думаете об этой ситуации, дорогие друзья? Почему, по-вашему, даже состоятельные мужчины часто стараются избежать финансовой ответственности за своих детей?
Что здесь первично — жадность, обида на бывшую супругу или что-то иное? И что, на ваш взгляд, может изменить эту печальную тенденцию — только ли ужесточение законов или что-то еще, может быть, на уровне семейного воспитания и общественного осуждения таких поступков?
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали: