Я когда-то услышала фразу: «Комментатор не влияет на исход матча» (с). Это про то, что можно думать что угодно, а делать только то, что для тебя полезно. Но иногда мыслям удается тебя перехитрить.
«Надь, покажи себе, что дефицита нет. Ты можешь есть сколько угодно и когда угодно. И когда ты это прочувствуешь, тяга к вкусняшкам исчезнет навсегда» — мысль, которая сломала мой многомесячный ЗОЖ как детскую поделку. И не ясно, как вернуться назад.
Обжираловка как развлечение
Обжираловка, кстати, мощнейшее развлечение. Очень острые эмоции. Кайф от вкусной еды. Радость, что все это изобилие для тебя. Чувство свободы, ведь тебе все можно. Жесткий ужас, ведь теперь ты не можешь себя остановить.
Что? Испытывать ужас — не лучшее развлечение? Это на уровне сознания, а подсознательно вы можете получать профиты и от ужаса. Как говорит Оля: «За адреналином идут эндорфины». Побыло тебе СИЛЬНО фиговенько, организм, чтобы ты не крякнулась от боли, дает эндорфинов. И тебе становится СИЛЬНО хорошо. Ты такой: ого, такого кайфа я давно не испытывал! И всё, механизм зависимости от страданий запущен.
Но на уровне сознания ощущается, что жизнь — боль и «за что мне все это?»
Стыд и самообвинения
Каждый раз, объедаясь вредной едой, я чувствовала себя очень плохо. Морально. Я больше не смогу остановиться. Умру под забором. Мне стыдно рассказывать об этом Оле. Я ее подвела. Я и себя подвела.
Желание съесть вредного — болезненная навязчивая мысль, которая не отпускает тебя, пока… пока ты не начнешь есть, что хотела. Пищевая зависимость похожа на наркоманию: ломка-доза-кайф-страх-ломка-доза.
Цикл срывов
Так начался период моей жизни, когда я несколько дней держусь, а потом вдруг срываюсь и ем все. Это вам не тирамису пару раз в неделю.
Прогулка по Москве превратилась в пищевой марафон
Поехала оформлять дочку на работу. Думаю: «Я в центре Москвы, прогулка будет неполной, если мы не зайдем в Мак». А я еще вчера мечтала о сладком твороге. И вот я покупаю дочке еду в Маке, себе латте, беру в магазине большую упаковку творога с курагой и ем.
Оттуда решаем поехать на Бауманскую — погулять вдоль Яузы, но я уже мечтаю о шаурме. После шаурмы мы сидим у реки, смотрим на трафик ближайшего шоссе, а я только и думаю о том, что без мороженого и молочного коктейля мне не жить. И мне прям плохо, не могу дождаться, когда уйдем с набережной и вернемся к Маку.
Ем мороженое и пью молочный коктейль. Еще один день без дефицита. Поздравляю, мать твою!
Ашан как храм удовольствий
Неделю держусь какими-то дикими усилиями. Потому что страшно не суметь вернуться к ЗОЖу. И снова срыв. Лаваш, 2 ватрушки, хачапури из тандыра… на этот раз в большом Ашане. Там столько выпечки, и это так дешево. Я просто купаюсь в этом удовольствии.
Пока не приходит расплата: осознание, что я опять объелась, что порчу здоровье, что не могу контролировать себя. Если бы про это сняли фильм, он назывался бы «Булочки и боль».
А завтра снова навязчивые мысли о булочках из Ашана и молочных коктейлях из Мака.
Помощь психолога и сопротивление
На сессиях по средам Оля ругает меня, прорабатывает причины зажоров, и мне становится легче. Я выхожу с сессии и думаю: «Все, я победила пищевую зависимость», но проходит несколько часов или дней, и я снова мечтаю о каком-нибудь халвичном рафе.
Оля дает мне техники, чтобы снять страсть по еде. Я их не делаю! Наоборот, как можно скорее бегу за булками, пока никто не запретил. Пока король не решил казнить шута.
А впрочем, причина, по которой я бежала за булками сломя голову, была несколько иная. Ее я осознала на сессии, расскажу в следующей статье.