– Спасибо, что приехали, сыновья. Не долго мне осталось. – сказал Анатолий Григорьевич.
– Пап, да ладно тебе, ты еще всех нас переживешь. – сказал Андрей.
– Да, пап. Поживешь еще. Еще на рыбалку нас свозишь, как в детстве. – сказал Петр.
– Нет, дети. Я чувствую. Перед смертью хочу вам свою тайну открыть. Клад я спрятал, когда шахтером работал. Наткнулся на него в шахте. Вынести при всех не мог – отнимут. В стену я его замуровал, да немецкую свастику мелом на том месте начертил. А на следующий день шахту нашу закрыли, а бригаду на другой объект. Сунулся я потом за кладом, а территорию огородили, стройка там началась, не пускали никого. Теперь там торговый центр. Я ждал, когда стройка кончится, нервничал, переживал, что клад найдут, да и на этом меня и прихватил инсульт. Никому я не говорил о кладе. А теперь в могилу нести жалко. Может, хоть вы по-человечески поживете. Там золота целый сундук.
Братья еще погостили у отца, узнали подробнее, где эта шахта находится, да и собрались по домам.
– Клад мне должен достаться, – сказал Андрей, выйдя из подъезда.
– С чего это?
– Я старший. Значит и клад мой.
– Да? А я младший и всю жизнь за тобой вещи донашивал. У тебя вон квартира в центре, а я в общаге живу. Клад моим должен быть по справедливости. – сказал Петр.
Андрей толкнул его.
– Что? Драться? Я теперь не сопля зеленая, как раньше. Ты постоянно меня лупил. Получай! – Петр с размаху ударил Андрея в бровь.
Братья стали драться, повалились на землю, долго боролись. Мимо проходила соседка.
– Ну вы как в детстве, ей Богу. Хватит, – сказала женщина.
– Здравствуйте, Светлана Леонидовна, – сказал Андрей, поднимаясь и отряхиваясь.
– Драсьте, – сказал Петр, лежа на земле и держась за челюсть.
– Ох, взрослые уже мужики, а все туда же, – сказала она, махнув рукой, и зашла в подъезд.
– Что мы делим шкуру неубитого медведя? – сказал Андрей.
– Это ты делишь! – выкрикнул Петр.
– Да пошел ты!
– Сам пошел!
Братья разошлись по своим машинам.
«Козел, – подумал Петр.»
«Сопляк, – подумал Андрей.»
Петр делил комнату в общежитии с другом – цыганом Рамиром. Он не выдержал и рассказал ему о кладе.
– Возьмите меня в долю, я помогу вам клад искать, – сказал Рамир.
– Это надо с братом посоветоваться. Тем более, это наш семейный клад, – ответил Петр.
– Ты же знаешь, у меня способности есть. Я все нахожу. Я вам помогу.
– Ладно. Скажу Андрюхе.
Так прошла неделя. За это время Рамир исследовал всю территорию торгового центра и нашел вход в шахту.
Вечером к Петру пришел Андрей с тортом.
– Давай мириться, Петька, – сказал он.
– Проходи.
Рамира в это время не было.
Они пили чай, болтали ни о чем.
– Слушай, а клад то мы будем искать? – спросил Андрей.
– Так надо подготовиться. Закупить снаряжение, – ответил Петр.
– Какое снаряжение? Зачем?
– Как какое? А если там заночевать придется? Палатку надо взять, мешки спальные, фонарики, как у шахтеров, там же темно, рюкзаки, еду.
– У меня денег нет, – сказал Андрей.
– У тебя их никогда нет. Зато квартиру купил и тачку дорогую, по морям разъезжаешь каждый год.
– А ты мое не считай.
– Да знал я, что у тебя денег нет. Я все заказал уже. Через неделю доставят. Короче, тут еще… В общем, Рамир с нами идет.
– Чего? Ты что уже растрепал? Так и знал, разболтаешь. Ну ты и тупица! Слов нет. Не берем мы с собой никого и точка! Пошел твой цыган на фиг.
– А что ты решаешь, кого брать, а кого нет? Ты тут за главного что ли?
– Я всегда за главного! Я старший! И это безумие брать третьего в долю. Зачем он сдался?
– Значит ты тут такой решала? А ну получай! – Петр кинул кусок торта в лицо Андрею.
Андрей толкнул Петра, тот упал со стула. Они снова разодрались. В этот момент пришел Рамир. Он разнял братьев. Андрей взглянул на брата бешенными глазами, плюнул ему в ноги и вышел из комнаты.
– Что вы все деретесь? Вы же братья родные, – сказал Рамир.
– Это он все. Я главный, я старший. Главнюк, короче. Не хочет тебя в долю брать.
– Да и ладно. Я уже и сам не хочу. Мне к матери нужно ехать.
– Не идешь с нами? Ты же хотел.
– Мать просила приехать. Завтра уезжаю. Не знаю, когда вернусь. Может, на пару дней, может, дольше.
– Я уже снаряжение на троих заказал. Хотя, ладно. Босс-Главнюк все равно против.
– Это ваш клад. Так что, без меня.
Сам Рамир давно уже приготовил все необходимое для того, чтобы отправиться на поиски клада. На самом деле ему не нужно было ехать к матери, он собрался в одиночку отыскать клад, чтобы вообще не делить его, а забрать все себе.
Пока торговый центр работал, Рамир пробрался через его подвал в шахту. Запах плесени и гнили сначала казался невыносимым, но через час активных поисков заветной немецкой свастики цыган перестал замечать это зловоние.
Шахта была странной, не типичной. Она больше напоминала помещение с множеством комнат, вроде больницы. Может быть, когда шахта закрылась, здесь тоже была стройка, возможно, это помещение служило секретной лабораторией или чем-то вроде нее.
В одной из комнат Рамир обнаружил человеческие кости и черепа.
– Черт! Это что еще такое? – сказал он, пятясь назад. – Мне здесь не нравится.
Он блуждал по длинному петляющему коридору с множеством комнат по обе стороны, заходя все дальше и дальше и тщательно осматривая все вокруг.
В так называемой шахте было темно, но из одной из комнат струился голубоватый приглушенный свет. Рамиру хоть и было страшно, интерес взял верх, и парень заглянул в эту комнату.
Посередине комнаты стояла большая старинная кровать с балдахином, на стенах висели лампы синего цвета, от которых и шел свет.
Рамир обошел кровать, боясь заглянуть за балдахин. Немного помешкав, он все же отодвинул его. На кровати лежала худощавая старуха в коричневом обветшалом балахоне, изогнутые желтые пальцы с длинными когтями, большой горбатый нос, огромный рот с тонкими губами, из-под которых торчали длинные клыки. Рамир не мог понять, жива она или нет, и наклонился над ней, чтобы послушать дыхание. В этот момент бабка схватила его своими костлявыми руками и потянула к себе с неимоверной силой, так что цыган не мог пошевелиться. От страха перехватило дыхание, он не мог даже закричать. Старуха впилась клыками в его шею и, причмокивая, стала высасывать кровь. Рамир был словно парализован, он ничего не мог сделать, лишь открывал рот, вытаращив обезумевшие от ужаса глаза.
Через две недели Андрей вновь приехал к брату.
– Ну что? Пришло твое снаряжение? – сказал он, только войдя в комнату.
– Пришло.
– Так может не будем тянуть резину и поищем клад? Мне деньги нужны.
– Ой, бедный нашелся. Ты зарабатываешь в месяц, сколько я за год. Деньги нужны… Жадность фраера сгубила – слыхал?
– А надо, как ты к деньгам относиться? Транжирить все до копейки? У тебя ни гроша за душой, живешь в мусорном контейнере, да еще и с соседом сомнительного происхождения.
– Чего опять пришел меня жизни учить, папашка?
– Да что тебя учить? Ты всегда был бестолковым лоботрясом.
– Ах ты гад! – сказал Петр и толкнул брата.
Снова завязалась драка. Прибежали соседи, разняли братьев.
Андрей приходил еще через две недели, и снова братья подрались. Потом еще через две. Так прошло три месяца.
На этот раз Петр позвонил Андрею сам.
– Ладно, хватит дурака валять. Встречаемся у торгового центра сегодня вечером, я возьму все необходимое, а ты возьми продукты дня на три, – сказал он.
– Драться не будешь в этот раз?
– Потерплю.
– Ну, посмотрим.
– Так ты придешь?
– Приду.
Вечером братья встретились около торгового центра.
– Смотри, начнешь драку, никогда меня больше не увидишь, – сказал Андрей.
– Я бы рад тебя никогда не видеть.
– Хорошо, давай так. Терпим друг друга, пока ищем клад. А потом делим и забываем друг о друге навсегда. Ты мне тоже надоел, видеть тебя не могу.
– Вот и отлично! Я согласен.
Братья пробрались в шахту.
– Фу! Ну и вонь, – сказал Петр, зажав пальцами нос.
– Да уж, запах отвратительный. Так идем вместе, ты по левой стороне, я по правой. Ты осматриваешь все со своей стороны, я со своей.
Братья шли по коридору несколько часов.
Осматривая одну из комнат Петр заметил в углу человека. Он подошел поближе и посветил на него.
– Рамир? Что ты здесь делаешь? – сказал Петр.
Цыган улыбнулся, лицо его было непривычно злобным, улыбка жуткой, изо рта торчали два огромных клыка. Он накинулся на Петра. Тот закричал во весь голос. Услышав крик брата, Андрей со скоростью света примчался к нему. Увидев, что Петра пытается укусить в шею Рамир, он втиснулся между ними и стал бить цыгана по лицу, раня кулаки о клыки Рамира.
Петр, придя в себя, стал помогать брату. Он достал из своего рюкзака веревку, и они с Андреем связали цыгана.
– Смотри, твой цыган без нас пришел. Только что с ним стало, интересно. Похож на вампира, – сказал Андрей, когда все закончилось.
– Андрюха, давай свалим отсюда. Мне страшно. Здесь что-то не то, я тебе не сказал, но я видел комнату, наполненную человеческими скелетами, – сказал Петр, озираясь по сторонам.
– А с этим что будем делать?
– Потащим с собой, он все-таки мой друг, может, врачи ему помогут. Кажется, он свихнулся.
Рамир сидел на полу, дергаясь и скаля зубы.
Они взяли Рамира под руки и потащили с собой к выходу. Из одной из комнат на Андрея выскочила старуха, она пыталась вцепиться зубами в его шею. Петр достал из рюкзака топорик и стал прыгать вокруг, размахивая им, боясь нанести удар.
– Бей! – крикнул Андрей. – Бей, а то эта тварь меня укусит.
Петр размахнулся и ударил, но не попал, так как зажмурил глаза.
– Дай мне топор! – крикнул Андрей.
Петр дал ему топор.
Андрей с силой стал бить топором старуху по голове. Наконец она отстала от него и побежала прочь, исчезнув вскоре в темной глубине коридора.
– Андрюха, Андрюха, ты живой? – сказал Петр и обнял брата.
– Что-то происходит с моей рукой, смотри, – показал Андрей руку, которая начинала синеть и эта синева ползла вверх по руке. – Я поранился об зубы Рамира. Руби руку, а то я стану вампиром, как он.
– Чего?
– Руби руку, – Андрей приложил руку к стене. – Давай!
– Андрюха, я не смогу!
– Руби, – крикнул Андрей.
Петр размахнулся и ударил не сильно, лезвие топора воткнулось в руку, но не разрубило ее.
– А-а-а-а! – заорал Андрей. – Руби еще!
– Андрюха, Андрюха, прости, – Петр снова ударил топором.
– Бей со всей силы, сопляк!
Петр ударил в третий раз, и рука упала на пол.
– Прости, – стонал Петр.
– Пошли, пошли скорее. Мало ли какая еще тварь вылезет.
– А Рамир?
– Его уже не спасти. Он больше не человек. Оставь его.
Петр достал полотенце из рюкзака и обмотал брату руку. Они поспешили к выходу.
С левой стороны у самой двери выхода на стене Петр увидел немецкую свастику.
– Андрюха, смотри! Клад был в самом начале. А мы не оглядывались, вперед шли.
Петр стал рубить стену под свастикой, та обвалилась, братья увидели сундук. Петр волоком вытащил его из шахты.
Когда они выбрались, Петр сразу же отвез Андрея в больницу. Там Андрей пробыл неделю. Без брата Петр не открывал сундук. Когда же Андрей выписался, они вместе открыли его. Но там лежали лишь разбитые куски глиняных горшков.
– Вот так клад, – сказал Петр, качая головой. – Я чуть единственного брата не потерял.
– А я единственного брата нашел, – сказал Андрей и обнял Петра.