Обычно, читая книжку, Юрка вёл себя тише воды, ниже травы. Но в тот день он сидел за столом, уткнувшись в какую-то старую книгу, и вёл себя совсем не как обычно. Он то хватал себя за голову, то замирал с открытым ртом, то бормотал что-то под нос. Казалось, он держал в руках не книгу, а самую настоящую карту сокровищ — древнюю, потрёпанную, на которой чётким крестиком было отмечено место, где зарыт клад, способный перевернуть весь мир.
— Сашка! Макс! — прошептал он. — Оказывается, бабочка, махнувшая крылышком в Бразилии, может вызвать торнадо в Техасе! Это же теория хаоса!
Сашка в тот момент был занят делом государственной важности — в углу комнаты он собирал своё гениальное изобретение под названием «реактивный тапок». Скрестив ноги по-турецки и высунув от усердия кончик языка, он обматывал скотчем батарейки и папин старый тапок, но когда до его уха долетели слова брата, он так резко поднял голову, что его чёлка взлетела, словно испуганная ворона.
— Ты хочешь сказать, — широко раскрыл глаза Сашка, — что если я сейчас чихну…
— Теоретически твой чих может через полгода привести к тому, что в Австралии с дерева упадет коала, — с полной серьезностью ответил Юрка.
В глазах Сашки вспыхнули знакомые искорки.
— КРУТО! — завопил он. — Значит, я могу управлять миром! Надо это срочно проверить!
— Это не управление, а непредсказуемость, — попытался образумить его Юрка. — Ты же не знаешь, к каким последствиям приведет твое действие.
— Тем интереснее! — глаза Сашки сияли. — Я стану той самой бабочкой! Совершу маленькое-премаленькое действие и посмотрю, как мир перевернётся!
Объектом для эксперимента Сашка избрал нашу учительницу математики Ольгу Васильевну. Его план был до гениальности прост: стащить перед уроком единственный кусочек мела из класса.
— Понимаете? — взахлёб объяснял он нам на перемене. — Нет мела — нет урока! Она будет искать его, побежит в учительскую, и контрольная отменяется! Я спасу весь класс!
— Твоя логика, — заметил Юрка, — напоминает полет той самой бабочки: вроде бы летит, а куда — неизвестно.
Но Сашка уже не слушал. Улучив подходящий момент, он юркнул в пустой кабинет и через секунду выскочил обратно, сжимая в кулаке белый кусочек мела.
Эффект превзошёл все ожидания.
— Ну что ж, — Ольга Васильевна с улыбкой провела рукой по пустой полке для мела, — раз наш непоседливый мел отправился в путешествие, придется нам проявить изобретательность! Сегодня включаем воображение и все задачи решаем в уме!
И вместо скучных записей в тетрадях она начала рассказывать про математические парадоксы.
— А задачу про «скорость поезда из пункта А в пункт Б» будем решать на практике! — улыбнулась Ольга Васильевна. — Завтра едем в музей изучать старинные средства передвижения и рассчитывать их маршруты!
Класс взорвался от восторга.
Сашка ухватил Юрку за локоть и принялся трясти его с неподдельным восторгом.
— Я же говорил — я та самая бабочка! Один кусочек мела — и вот он, торнадо!
На следующий день мы поехали в музей. Сашка был на седьмом небе от счастья.
— Это всё я! — расхаживал он по залам. — Я устроил эту экскурсию! Я — повелитель ураганов!
И тут началась теория хаоса, о которой он так восторженно твердил.
Сашка, увлечённо жестикулируя во время рассказа о своём «эффекте бабочки», неловко взмахнул локтем и задел маленький латунный рычаг на макете старинного паровоза. Хрупкая деталь, будто оскорблённая таким вторжением, с печальным перезвоном отскочила на пол и покатилась, оставляя за собой тонкую блестящую полоску на тёмном, идеально натёртом паркете — словно первый шрам от начавшейся цепи катастроф.
Тут же по всему музею разнёсся оглушительный вой сирены, от которого у всех заложило уши.
В зал вбежали взволнованные смотрители, а следом появился директор музея — мужчина в безупречно отутюженном костюме и строгих очках. Его холодный, изучающий взгляд скользнул по залу, и стало ясно: сейчас начнётся серьёзный разговор.
Сашка стоял бледный, как полотно. Его лицо покрылось мелкими капельками пота; тот самый «торнадо», который он так хотел устроить, обернулся самым настоящим кошмаром.
И тут неожиданно для всех вперёд вышел Юрка.
— Извините, это я случайно, оступился и задел этот рычаг, — проговорил он, опустив глаза.
— Нет, это я виноват! — тут же выдохнул Сашка, очнувшись от оцепенения.
— Нет, я, — настаивал Юрка. — Я слишком близко подошёл, когда разглядывал, как крепится эта деталь.
Директор музея смотрел то на одного, то на другого брата. В конце концов он тяжело вздохнул и, покачав головой, отчитал их строгим голосом, но без особой злобы, скорее с досадой.
Вечером мы сидели на лавочке у подъезда.
— Всё из-за теории хаоса, — мрачно говорил Сашка. — Хотел торнадо в Техасе, а получился в музее.
— Теория хаоса не виновата, — философски заметил Юрка. — Виноват тот, кто машет руками, не глядя по сторонам.
И я понял, что даже самая маленькая бабочка может вызвать ураган. Но настоящее чудо не в этом. Чудо — это когда у тебя есть брат, который не отступит, даже если твои эксперименты приводят к катастрофам.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ скорее на мой канал, а то всё самое интересное пролетит, как тот мой воздушный шарик!
А ещё...Вы можете ЛАЙКНУТЬ! Я один раз ткнул пальцем в экран от радости, а папа сказал: «Вот это да! Этот лайк каналу — как мотор ракете! Помог развитию!». Вот так-то!
