Сегодня, 26 декабря 2025 года отмечается двухсотлетняя годовщина восстания декабристов на Сенатской площади 14 декабря (по старому стилю) 1825 года.
А мы с вами продолжаем гулять по Кургану. Ниже ссылка на предыдущую прогулку:
И сегодняшняя прогулка будет посвящена одному из непосредственных участников событий на Сенатской площади.
В центре Кургана, в доме номер 19 по улице Куйбышева действует один уникальный в своем роде дом-музей. Музей посвящен жизни человека, о котором все слышали, но лично я ничего не знал о нем кроме того, что он однокурсник Александра Сергеевича Пушкина по Царскосельскому лицею.
Я приглашаю вас в дом-музей Вильгельма Карловича Кюхельбекера.
Изучая жизнь Вильгельма Карловича (что я начал делать после посещения этого музея) и читая его дневники, я невольно проникся огромным уважением к этому решительному, бескомпромиссному и, в то же время ранимому человеку.
Кюхельбекер был воспитателем Миши Глинки, ставшего в последствии великим композитором и Лёвушки Пушкина (брата А.С. Пушкина).
Сам же Александр Сергеевич посвящал Вильгельму стихи, и, по мнению некоторых исследователей, Пушкин обессмертил своего друга в образе мятежника и поэта Ленского. А этот "Ленский" вызвал "Наше Все" на настоящую дуэль.
С Кюхельбекером дружил и Александр Сергеевич Грибоедов, который как-то сказал ему о литературном образе Чацкого: "От меня немного, от тебя побольше".
Во время восстания на Сенатской площади наш "Чацкий" покушался на убийство великого князя Михаила Павловича (брата претендентов на престол Константина и Николая) и стрелял в генерала Воинова. За это был приговорен к казни "отсечением головы", но в результате смягчения приговора получил "10 лет крепостей" и ссылку в Сибирь, которая стала для него пожизненной.
Вильгельм Карлович первым перевел на русский язык шекспировского "Макбета" и встречался с Гете, с которым, в свое время дружил его отец Карл Кюхельбекер.
Можно продолжать этот список, но не будем растягивать вступление и перейдем к нашему повествованию.
2 фотографии (листайте галерею):
В.К. Кюхельбекер находился в курганской ссылке с марта 1845-го по февраль 1846 года. Дом в котором он жил с семьей с сентября 1845 года до самого отъезда из Кургана, занимает в наши дни музей, посвященный жизни Вильгельма Карловича. Между прочим, это единственный в России музей, посвященный этому человеку. Давайте заглянем в этот уникальный музей и, прогулявшись по нему, вспомним биографию человека, которому он посвящен.
Вильгельм Карлович Кюхельбекер родился 10 июня 1797 года в Петербурге. Его отец - саксонский дворянин, Карл Генрих Кюхельбекер, выпускник Лейпцигского университета. Во время учебы в университете Карл Кюхельбекер подружился с великим Гете, а в 1772 году по приглашению Екатерины Великой прибыл в Россию.
В России он служил при дворе великого князя, а позднее императора Павла I, управлял его имениями в Петербурге и Павловске, был первым в истории Павловска градоначальником. За верную службу он был жалован гербом и имением Авинорм в Эстляндии ("врагопедия" пишет, что в Лифляндии).
После дворцового переворота в марте 1801 года и гибели Императора Павла I, Карл Кюхельбекер оказался в опале и доживал свой век в имении, где умер в 1809 году от туберкулеза.
Вильгельму было 12 лет, когда он потерял отца. Эта психологическая травма, по моему личному мнению, повлияла на характер мальчика, а в последствии послужила одним из побудительных мотивов к вступлению в тайное общество, ставившее своей целью свержение императорской фамилии.
Вильгельм в 1810 году с серебряной медалью окончил частный пансион Бринкмана в Верро (современный город Выру в Эстонии), куда в 1808 году был определен по рекомендации Барклая де-Толли (сестра его матери была женой Михаила Богдановича), а в 1811 году по рекомендации того же Барклая де-Толли был принят в Императорский Царскосельский лицей.
Во время учебы в лицее Кюхля (как называли его однокурсники) сблизился и через всю жизнь пронес дружбу с Антоном Дельвигом, Иваном Пущиным и Сашей Пушкиным.
3 фотографии (листайте галерею):
8 июня 1817 года, за день до выпуска из лицея, Александр Сергеевич прочел посвященную другу Вильгельму "Разлуку":
Разлука (Кюхельбекеру).
В последний раз в сени уединенья
Моим стихам внимает наш пенат.
Лицейской жизни милый брат,
Делю с тобой последние мгновенья!
Прошли лета соединенья;
Разорван он, наш верный круг.
Прости! Хранимый небом
Не разлучайся, друг,
С свободою и Фебом.
Узнай любовь неведомую мне,
Любовь надежд, восторгов упоенья,
И дни твои полетом сновиденья
Да пролетят в счастливой тишине.
Прости. Где б ни был я: в огне ли смертной битвы,
При мирных ли брегах родимого ручья,
Святому братству верен я.
И пусть (услышит ли судьба мои молитвы?),
Пусть будут счастливы все, все твои друзья.
А.С. Пушкин, 1817 год.
По окончании Лицея, Вильгельм Кюхельбекер поступает на службу в Главный архив Иностранной коллегии, где уже служил А.С. Грибоедов. Туда же, кстати, поступил и Александр Пушкин.
Одновременно с этим, наш герой устраивается преподавателем русской словесности в младших классах благородного пансиона при главном педагогическом институте.
Директор Царскосельского лицея Е.А. Энгельгардт, внимательно следивший за своими выпускниками, с нескрываемым удовольствием писал в письме к Есакову:
"Кюхельбекер живет как сыр в масле; он преподает русскую словесность в меньших классах вновь учрежденного благородного пансиона при Педагогическом институте и читает восьмилетним детям свои гекзаметры*; притом исправляет он должность гувернера; притом воспитывает он Мишу Глинку (лентяй, но очень способный к музыке мальчик) и еще двух других; <...> притом присутствует очень прилежно в Обществе любителей словесности и при всем при этом еще в каждый почти номер "Сына отечества" срабатывает целую кучу гекзаметров."
*Гекзаметр - стихотворный размер античной эпической поэзии. Простым языком - шестистишие. Примечание автора канала "Приключения Тома Сойера".
Зимой 1818 года Кюхельбекер вызвал на дуэль своего товарища по лицею А.С. Пушкина. Поводом послужила едкая эпиграмма, героем которой стал он сам. Дело в том, что Василий Андреевич Жуковский, к которому наш Вильгельм довольно часто заходил, как-то посетовал Пушкину, что не пошел на один из великосветских ужинов по причине расстройства желудка. В добавок в это время к нему пришел Кюхельбекер и в его обществе Жуковский был вынужден провести весь вечер из-за оплошности слуги, который запер их в квартире и ушел куда-то.
В этот же день, вся "тусовка" потешалась над новой эпиграммой Пушкина:
За ужином объелся я,
Да Яков запер дверь оплошно.
Так было мне, мои друзья,
И кюхельбекерно и тошно.
Кюхля был вне себя. Он вызвал Пушкина на дуэль. Секундантами были приглашены Пущин и Дельвиг.
Не буду цитировать Юрия Тынянова, который подробно описал этот эпизод. Добавлю только, что дуэль закончилась объятиями Саши и Вили.
Энгельгардт упоминает, что Вильгельм Карлович - член Вольного общества любителей словесности. 22 марта 1820 года Вильгельм прочел на собрании Общества стихи в честь высылаемого из столицы Пушкина и попал "на карандаш" к министру внутренних дел Кочубею. По совету В.А. Жуковского Кюхельбекер подает в отставку из Иностранной коллегии и оставляет Благородный пансион. А по совету Антона Дельвига, он устраивается секретарем к Александру Львовичу Нарышкину, богатому вельможе, отправлявшемуся за границу. В течение года с сентября 1820-го по август 1821 года Вильгельм Карлович посетил Берлин, Дрезден, Веймар, Лейпциг, Страсбург, Лион и Париж. В Веймаре он встретился с Гете, а в Дрездене познакомился с Александром Одоевским. Это знакомство постепенно переросло в крепкую многолетнюю дружбу.
В Лейпциге Вильгельм встречался с единомышленниками Карла Занда, студента, убившего Августа фон Коцебу (я упоминал о Коцебу в предыдущих публикациях о Кургане).
Они подарили нашему герою портрет Карла Занда, поступком которого он восхищался. Во время одного из обысков, чтобы портрет Занда у него не изъяли, Вильгельм сказал жандарму, что это портрет его брата Михаила.
В Париже Кюхельбекер провел с Нарышкиным всю зиму. Он бродил по улицам, посещал Лувр и даже прочел несколько лекций о русской литературе. Эти лекции, в которых он рассуждал не только о литературе, но и о тиранах и рабах, о деспотизме русских царей и о задавленной вольности Новгородской республики, были невероятно популярны среди парижской публики. Не остались они без внимания и парижских властей. Коллежскому асессору Кюхельбекеру было предписано покинуть Париж. Вильгельм покинул не только Париж, но и Европу, вернувшись в Петербург.
В столице дела Кюхельбекера шли не очень хорошо. Несмотря на то, что конспект его парижских лекций нарасхват брали читать его знакомые, средств у Вильгельма не было и ему грозил голод. Выражаясь современным языком, он был слишком токсичен, чтобы найти себе в Петербурге хорошее место.
Влиятельные друзья добились царского разрешения для опального поэта на его службу в штабе Алексея Петровича Ермолова, всесильного "проконсула" на Кавказе. В сентябре 1821 года Вильгельм Карлович уже мчался в Тифлис.
На Кавказе Кюхельбекер возобновил знакомство с Александром Сергеевичем Грибоедовым, которое быстро переросло в горячую дружбу. Грибоедов создал "Горе от ума" практически на глазах Вильгельма и признался ему, что тот стал прототипом его Чацкого. А Вильгельм Карлович в дальнейшем с гордостью констатировал, что стал первым читателем бессмертной пьесы.
Пребывание нашего героя на Кавказе тоже оказалось непродолжительным. За это время Кюхельбекер обзавелся новым прозвищем "хлебопекарь" (ироничный перевод его фамилии с немецкого языка, говорят, что сам Ермолов придумал этот каламбур) и стрелялся на дуэли с адъютантом А.П. Ермолова Похвистневым (который вдобавок приходился наместнику Кавказа дальним родственником). "Пикуло человекуло"**, как называл Похвистнева Александр Грибоедов. В апреле 1822 года Вильгельм Кюхельбекер покинул Кавказ.
**(маленький человек, в этом каламбуре обыграно слово "piccolo" в переводе с итальянского "маленький")
2 фотографии (листайте галерею):
По возвращении с Кавказа, Вильгельм какое-то время провел в имении Закуп Смоленской губернии у своей сестры Устиньи (Юстины) Карловны.
В 1823 году поэт приезжает в Москву. Здесь он издает альманах "Мнемозина" и преподает.
В 1824 году Вильгельм опубликовал в альманахе "Мнемозина" свое стихотворение "Смерть Байрона", которое состоит из 31 (!!!) шестистишия. Не зря Энгельгардт в процитированном мною выше отрывке из письма Есакову с иронией и сочувствием к детям упоминает о том, что Кюхельбекер читает им свои стихи. Два гекзаметра из "Смерти Байрона" считаются первым прижизненным литературным изображением А.С. Пушкина, находившегося в то время в ссылке:
В.К. Кюхельбекер "Смерть Байрона" (отрывок)
...Кто же в сей священный час
Один не мыслит о покое,
Один, в безмолвие ночное
В прозрачный сумрак погружась,
Над морем и над звездным хором
Блуждает вдохновенным взором?
Певец, любимец россиян.
В стране Назонова изгнанья
Немым восторгом обуян,
С очами, полными мечтанья,
Сидит на крутизне один,
У ног его шумит Евксин...
(Мнемозина, 1824 г., 3 часть)
1825 год не прервал череду серьезных финансовых проблем, которые не отпускали нашего героя. В апреле он прибывает в Петербург.
Журналистская деятельность по-прежнему не приносила ему больших доходов, а государственная служба была недосягаема для опального поэта. В это время он сближается с Кондратием Федоровичем Рылеевым и Александром Александровичем Бестужевым-Марлинским. "Что за прелестный человек этот Кюхельбекер", писал Рылеев Пушкину в апреле 1825 года.
Сначала Вильгельм жил у своего брата Михаила Карловича в Гвардейском экипаже, а в октябре перебрался на квартиру своего друга Александра Одоевского. Пылкий, восторженный, республикански настроенный Вильгельм Карлович за несколько дней до восстания на Сенатской площади вступает в "Северное общество", членом которого Саша Одоевский был с мая 1825 года.
14 декабря Кюхельбекер находился в самой гуще событий. Сначала он по заданию Рылеева посетил Морской гвардейский экипаж и казармы Московского полка, а затем оказался в рядах революционеров на Сенатской площади.
Еще утром Одоевский дал другу свой караульный пистолет. С ним Кюхельбекер и пришел на площадь.
Все мы помним, что Петр Григорьевич Каховский (уволенный из гвардии за «…шум и разные неблагопристойности в доме коллежской асессорши Вангерсгейм, неплатеж денег в кондитерскую лавку и леность к службе») выстрелил в петербургского генерал-губернатора М.А. Милорадовича и смертельно его ранил. Мало кто из нас помнит, что Каховский смертельно ранил еще и командира лейб-гвардии гренадерского полка полковника Стюрлера.
И почти никто не помнит, что Вильгельм Карлович Кюхельбекер пытался убить члена императорской фамилии великого князя Михаила Павловича. Правда из-за небрежного обращения с пистолетом, который Вили несколько раз уронил в снег, пистолет не выстрелил. По этой же причине не удалось Вильгельму выстрелить и в генерала Воинова.
Тем не менее, эти "покушения" были замечены и в допросах участников восстания часто упоминались. А первым фамилию Кюхельбекера в числе заговорщиков назвал Кондратий Федорович Рылеев, признавший на первом же допросе существование тайного общества.
При попытке по подложным документам покинуть пределы Российской империи, Вильгельм Карлович был задержан в Праге (предместье Варшавы) и доставлен в Петропавловскую крепость.
Дорогие друзья, повинуясь формату дзеновской публикации, я вынужден здесь поставить многоточие, а о дальнейшей судьбе нашего героя мы продолжим разговор в следующей публикации.
А на сегодня у меня все.
Спасибо за внимание!
Все фотографии сделаны мною лично в разные годы: петербургские в 2012 г., курганские в 2024 г., кавказские в 2025 году.
Буду рад и критике и лайкам.
Эта публикация сохранена в подборках "По России с любовью" и "Где эта улица? Где этот дом?" на моем канале.