Одной из самых неприятных черт характера, безусловно, является лицемерие. Я не говорю сейчас о большой лжи политического масштаба или даже о повседневном вранье для получения сиюминутной выгоды. Сегодня о притворной заботе и лицемерном сочувствии.
Мне постоянно встречаются в жизни люди, которые почему-то считают себя выше и лучше, чем я. Таким людям нужно постоянное подтверждение своего высокого статуса и, соответственно, моего низкого. Вот от них в основном и исходят волны этого притворного сочувствия. Такие знакомые обязательно спрашивают, как мои дела и как моё здоровье, тут же забывая, что я сказала. Главное — у меня есть какие-то болезни и неприятности, которых нет у них.
Притворная забота часто выражается в настойчивом, даже насильственном, причинении добра. Бывает небольшое «добро» — одна бывшая подруга звонила и требовала, чтобы я немедленно приехала к ней, потому что она хочет отдать мне туфли, которые ей не подходят, а мне обязательно подойдут. Мой отказ вызвал бурю возмущения и глубокую обиду. Когда я выписывалась из больницы после операции мои подруги-автомобилистки настойчиво спрашивали, когда за мной приехать, чтобы помочь доехать до дома. Моё сообщение, что больница в четырёх автобусных остановках от дома, и вообще, в Москве существует служба такси, вызвало полное недоумение.
Из этой же серии история от моей подруги о том, как она хотела, чтобы её отец после операции на колене жил у неё в загородном доме. Она очень возмущалась, что он не хочет ехать, при этом совершенно не учитывая, что ему предстоят регулярные частые визиты к врачу, и придётся каждый раз выезжать из пригорода в Москву на такси, тратить время и силы.
Сюда же можно отнести «полезные советы». Однажды одна из подружек решила мне объяснить, что в такой квартире, как моя, следует обязательно сделать перепланировку. Вот эту маленькую комнату нужно объединить с кухней, чтобы получилась большая кухня-столовая. Мои слова о том, что это комната моего ребёнка, ему нужно личное пространство, вызвали у неё бурную злобную реакцию, у её ребёнка на тот момент не было своей комнаты, значит, у меня что-то лучше, а это невозможно вынести. Я уже молчу о том, что следуя этому совету, можно налететь на неслабые такие штрафы, такая перепланировка запрещена законом.
«Полезные советы» бывают и более токсичные, например, до моего замужества одна из подруг настойчиво советовала родить ребёнка просто от кого-нибудь, что нет мужа, а из родственников только отец — неважно, отец же поможет. Буквально через несколько месяцев после этого разговора мой отец скончался. Последуй я этому совету, меня бы ждала весёленькая жизнь матери-одиночки без средств к существованию, в конце 90-х пособия были, мягко говоря, небольшие.
Самым токсичным советом в моей жизни является постоянно поступающее от многих «доброжелателей» требование немедленно уезжать в Израиль. Я не буду обсуждать здесь политическую обстановку, достаточно даже чисто бытовых трудностей — невыносимого климата, необходимости учить язык, трудностей с получением нормальной работы. Видимо, когда на меня свалятся все эти трудности, доброжелатели будут с удовольствием меня жалеть.
Обратной, относительно безобидной, стороной этого бытового лицемерия является навязывание своих жизненный историй с обязательным требованием их запоминания. Если я вдруг забываю имя чьей-то троюродной тёти или племянницы, о которой мне рассказывали как-то в прошлом или позапрошлом году, следует глубокая обида.
Более опасным проявлением обратной стороны является уверенность в том, что я обязана помогать этим людям, обычно в ущерб себе. Никакой благодарности за помощь, конечно, не предполагается. Последует только недовольство, что помощь оказана недостаточно быстро, в недостаточном объёме, и вообще без должного пиетета.
Приведу небольшой, но характерный пример. Одна из бывших подруг, попросила достать детскую прогулочную коляску, у другой подруги как раз была ненужная. Я предупредила, что коляска не новая, у неё испорчена одна кнопочка, получила в ответ: «ничего, мне лишь бы была коляска, денег на новую совсем нет». Я тащила коляску из центра на Щёлковскую, сесть в переполненный автобус на Щёлковской с коляской — то ещё удовольствие, кто помнит старые автобусы с дверью-гармошкой, не открывающейся до конца, тот поймёт. Притащилась из последних сил и что услышала? «Ой, она какая-то старая, и кнопочка сломана, и как-то вообще я другого ожидала». Вот так...
Пишите в комментах, есть у вас такие знакомые? Как вы справляетесь с подобными ситуациями?