Однажды на гастролях Людмила Гурченко была в особенно хорошем настроении и рассказала актрисе Наталье Селезневой о трагикомическом эпизоде, который произошел с ней на одном из концертов.
Только представьте: Начало 2000-х годов, Дворец Спорта в одном из Российских городов- миллионников и... Людмила Марковна, как всегда безупречно одетая, с затянутой осиной талией, роскошной укладкой волос и наращёнными ресницами, медленно идет на высоченных шпильках по длинному помосту за кулисами для того, чтобы выйти к зрителям.
Актриса уже была в предвкушении от того эффекта, который должно было произвести ее появление на сцене.
Однако в этот момент из какого-то дальнего угла навстречу Людмиле Гурченко буквально выскочила седая старуха с всклокоченными волосами, по виду уборщица, и щербатым ртом, в котором не было нескольких зубов, прошепелявила:
Ах! Людмила Марковна вы моя молодость!
Не трудно представить, какая гамма чувств возникла в этот момент в душе Гурченко, т.к. эта неухоженная пожилая женщина напомнила ей о собственном возрасте.
Конечно, от былой уверенности Людмилы Марковны не осталось и следа.
Людмила Гурченко с грустным смехом даже посетовала Наталье Селезневой на мгновенную смену настроения в этот момент:
И вот вот в этом стоянии я должна была петь! Ты можешь себе представить?
Впрочем, несмотря на все свое внешнее жизнелюбие, Людмила Марковна нередко предавалась пессимистическим размышлениям о превратностях собственной судьбы.
Например, Гурченко воспоминала, как в 1979 году в США в составе группы кинематографистов на "Неделе Советского кино" она посетила один из мюзиклов на Бродвее, который вызвал у нее самый настоящий шок:
Только что мы посмотрели мюзикл. Первый мюзикл, который я увидела на Бродвее. Иду и тихо сама себе плачу. Почему? Жизнь моя для этого жанра прошла. Совсем прошла. Поздно. Все уже поздно. А ведь именно для того, чтобы играть в этом жанре, я и приехала из Харькова в Москву в Институт кинематографии. О драматических ролях я никогда не мечтала.
Понятно, что Людмила Марковна сожалела здесь о том жизненном периоде, когда после фильма "Девушка с гитарой" 1958 года ее перестали снимать в музыкальных фильмах...
При этом звезда Людмилы Гурченко засияла вновь только в мелодраме 1973 года "Старые стены" (т.е. с 23 до 38 лет актриса оставалась, по сути, мало востребованной).
Тем не менее в 1979 году звезду "Карнавальной ночи" еще только ждали многие из ее лучших ролей.
Так, в фильме "Любимая женщина механика Гаврилова" Гурченко снялась спустя еще только пару лет - в 1981 году. В "Вокзале для двоих" - через три года в 1982 году, а в "Любовь и голуби" - вообще через 5 лет, в 1984 году!
Кроме того, я уверен, что многие из тех поразивших советскую актрису в 1979 году бродвейских звезд могли только мечтать о подлинных драматических ролях!
Кто вспомнит об этих ярко вспыхнувших и также быстро погасших (после утраты первой молодости) звездах Бродвея через 20-30 лет? В то время как настоящее искусство кино будет жить вечно!
Но вот поди ж ты...
Получается, что даже став одной из самых ярчайших звезд советского кино, Людмила Гурченко продолжала переживать об утраченной молодости и творческой невостребованности в юные годы.