Ну что, погуляем? Пока хрустальны дни и лучезарны вечера. В настоящем лесу, где всё для людей: освещение, тренажёрный комплекс, асфальтированная дорожка. Хочешь - летом на велосипеде или роликах, зимой - на лыжах. А у нас, разумеется, ходьба со скандинавскими палками.
Темп современной жизни стремителен. А пешие прогулки – дело неспешное и доступное.
В выходные здесь много людей. К радости женщины, купившей нескладные палки и ждущей от родни складные, "среди этих людей бывает много пожилых людей, людей пенсионного возраста." Ей было бы приятно видеть, что очень много людей занимаются таким доступным, безопасным и полезным видом спорта.
А нам приятно, что никого нет, потому что прогулка - это уединение и безмолвие.
На пути палки-указалки. Движемся в указанном направлении на расстояние, равное длине двух палок. Вот она, весточка от Арно. Первая редакция "Вишнёвого сада". Мы помним: Раневская деньги от продажи сада получила и отправилась в Европу, к любимому, который её ждал и посланиями настойчиво вызывал. Оказалось, женщина наличные сложила в синий ридикюль, заказанный на петербургской верфи, и двинулась к своей любви "через Пыскор на Орёл", как у нас говорят. Не прямо в тихий зелёный уголок империи, а через Стамбул. А там лишений натерпелась, мама не горюй! Обувь опять подвела, неудобная оказалась. Вроде не первый раз Раневская путешествует, пересекает границу с багажищем, а не везёт ей с обувью: что ботинки с треснутой подошвой, что сапожки серебристые, что старинные туфли. И вот опять. В самый ответственный момент, когда тырнета нет, а нужно любимому позвонить. Турки совсем не добрые оказались люди. Не улыбаются, тырнет не дают. И бедная Раневская в первой редакции, обессиленная, с мозолями на обеих своих личных ногах, села в зале ожидания перевести дух...
Хорошенько прогуляться на лоне природы, а потом, устав, найти тихое местечко, чтобы немного поваляться и отдохнуть, — один из самых восхитительных опытов, который только можно испытать. Просто лежать и смотреть на уходящие в небо деревья и расслабляться. Японцы называют это занятие "купание в лесу".
Покупались - шагаем дальше. Замечаем палки-доставалки. Над нашими головами благая весть от Онотолия (молодец! отрабатывает свои сребреники)... Очнулась Раневская в зале ожидания, легко как-то спине и рукам, глянула, а ридикюля, заказанного на петербургской верфи, нет! Пропали дачные денежки вместе с логотипом. Нет слов у меня, чтоб передать написанное на бумажке. Одни чуйства от этой страшной потери. Мечется, бедная, взывает, а никто там Чехова не читал, на помощь не приходит. Бесчуйственные турки. (У кого там на кухне и не только "Ку-ку, Ку-ку" каждый час, я сейчас чему должна позавидовать: высшей справедливости, людской глупости, тупому упорству? Кукните, будьте добры.)
Как не вспомнить, что нам намедни сказано: "Тело неделимо с духом, и не надо об этом никогда забывать." Возможно, в ходьбе, в том, чтобы делать шаг за шагом, отражается любовь к земле, способность познать себя и позволить своему телу перемещаться в пространстве со скоростью собственной души.
А душа останавливается перед чудом природы - памятником муравьиной архитектуры. Осторожно с помощью палки-доставалки добываем следующую, неизвестную читателям сцену "Вишнёвого сада". А там случилось чудо: встретила Раневская нашу бывшую, и милая девушка, сотрудница аэропорта, вызвалась помочь, прижимая это рыдающее нечто к своей великодушной груди. Ридикюль, заказанный на петербургской верфи, был найден. Денежки Лопахина целы и невредимы. Спасительница проводила бывшую землевладелицу в самолёт. Передала с рук на руки эти полуходячие конвульсии. Не дай бог, потеряется на лётном поле, застрянет меж шасси, не улетит. И тут Раневская снимает с себя серебряную цепочку с кулончиком "сердечко" и с барского плеча надевает на сотрудницу, которая ещё раз подтвердила: бывших русских не бывает. Расстались наконец, обнимая друг друга и орошая слезами умиления. (Чейная она там, будущая супруга или безнадежно бывшая? Повели любимым глаголом в повелительном наклонении, чему в этом месте редакции завидовать. Умению благодарить цЕпочкой, зажав спасённые евро? Или умению наступать на собственные грабли? Гыкни погромче, как умеешь.)
Зачем мы вообще ходим? Откуда мы идем и куда направляемся? У каждого человека есть ответы на эти вопросы. Даже шагая рядом друг с другом, каждый из нас, как правило, переживает этот опыт по-своему.
Сестра переживает свой опыт уже со скандинавскими палками!
Ну а мои скандинавские палки - лучшие в мире, и ни в какой рекламе не нуждаются.
"Попеременно ставить одну ногу перед другой – одна из самых важных вещей, которые человек делает в жизни. Ведь жизнь — это наша общая долгая прогулка." (Эрлинг Кагге)
Мы гуляли с Юлией Наумовой. 💐💐💐
В стенах научно-исследовательского института филологии царит оживление – начался новый этап исследований. На этот раз ученые погрузились в размышления о самой сути движения и перемещения.
Ходить или не ходить? С палками-помогалками, или с попутным ветром в литцо? Что движет человеком? Стремление к цели, подталкиваемое внутренним порывом, или же внешние обстоятельства, направляющие (куда?зачем?) к перемещению? Как преодолевать трудности пути, будь то физическое усилие или метафорическое движение сквозь жизнь? И что такое истинная свобода в передвижениях – возможность летать во сне, ощущая невесомость, или же спокойный, умиротворенный сон в тишине ночи?
Откуда начинается свой личный путь и куда лежит своя личная дорога? Эти вопросы, словно невидимые нити, связывают все аспекты нашего бытия.
Особое внимание исследователей привлекли полеты – как в прямом, так и в переносном смысле. В отличие от земных путешествий, где опорой могут служить даже самые простые палки-помогалки, в небесах такой поддержки нет. Аэропорты же предстают как отдельные миры внутри нашего мира, со своими законами и порядками. Здесь, подобно огромной стране, кипит жизнь: люди спешат, куда-то идут, и, к сожалению, зачастую не находят ни капли доброты, ни какой врожденной эмпатии, улыбки, объятия всех мимо проходящих. Никому нет дела до тех, кто прилетает, улетает, находится в транзите или просто оказался не в том месте. Исключение составляют лишь работники этих "государств в государстве", выполняющие свою работу за вознаграждение. Это, впрочем, вполне объяснимо – они получают зарплату за свой труд, и их действия вполне приземленны, далеки от возвышенных ощущений полетов во сне. Каждый такой "мир" имеет свой язык, а знание❗ нескольких международных языков открывает двери для общения с его обитателями, сокращают бесцельные скитания по аэропортам для получения элементарного (найти WC, Wi-Fi-сети аэропорта, зону отдыха и многое другое, очень необходимое для жизнеобеспечения пассажиров).
И вот, в этом бурлящем котле вопросов и размышлений, филологи НИИ пытаются вычленить суть. Они копаются в текстах, анализируют метафоры, препарируют фразы, словно хирурги, ищущие источник движения в самом языке. Может быть, ответ кроется в древних мифах о крылатых богах и героях, в сказках о коврах-самолетах и сапогах-скороходах? Или же в современных романах, где герои, преодолевая внутренние и внешние препятствия, совершают свои собственные полеты – полеты духа, полеты мысли, полеты к мечте?
Они изучают лингвистические конструкции, описывающие движение, пытаясь понять, как язык формирует наше восприятие пространства и времени. Как слова "идти", "бежать", "лететь", "ползти" влияют на наше ощущение скорости, направления, цели? Как метафоры, связанные с движением, проникают в нашу повседневную речь, окрашивая наши мысли и чувства? "Жизнь идет", "время летит", "мы движемся к успеху" – эти фразы, ставшие клише, на самом деле отражают глубоко укоренившееся в нашем сознании представление о жизни как о непрерывном движении.
И, конечно, аэропорты. Эти странные, искусственные миры, где время течет по своим законам, где смешиваются языки и культуры, где люди, оторванные от земли, на короткое время зависают между прошлым и будущим. Филологи рассматривают аэропорты как микрокосмос современного мира, как отражение его противоречий и парадоксов. С одной стороны – технологический прогресс, позволяющий нам преодолевать огромные расстояния за считанные часы. С другой – отчуждение, безразличие, бюрократия, превращающие путешествие в испытание.
Они собирают истории пассажиров, анализируют объявления по громкой связи, изучают надписи на указателях, пытаясь понять, как язык формирует атмосферу аэропорта, как он влияет на поведение людей, как он создает ощущение временности и неопределенности. Может быть, в этих коротких, случайных встречах, в этих обрывках фраз, в этих потерянных взглядах и кроется ключ к пониманию человеческой природы, к пониманию нашей вечной тяги к движению, к перемене мест, к новым впечатлениям?
И пока за окнами НИИ филологии медленно плывет осенний день, ученые продолжают свои исследования, погружаясь все глубже в лабиринты языка и мысли, в поисках ответов на вечные вопросы о движении, о перемещении, о полетах во сне и наяву. Ведь, в конечном счете, все мы – пассажиры, летящие сквозь время и пространство, каждый по своему маршруту, каждый со своей целью, каждый в поисках своего места под солнцем. И, возможно, именно язык – это тот самый компас, который помогает нам ориентироваться в этом бесконечном путешествии.
Директор НИИ филологии, доктор филологических наук, профессор, ответственный представитель Российской Федерации в ООН по вопросам сохранения и продвижения русского языка и литературы в странах, резко увеличивших количество русскоязычных неграждан
Юлия Наумова.