Готовятся к выпускнику на волю, птицы– обыкновенные неясыти, коршуны, сипухи. Все они полетят в природу, унося на своих лапках по два кольца – одно цветное, второе номерное – Центра кольцевания. Так кольцуем мы всех своих питомцев, чтобы иметь возможность отследить их судьбу. И сколько же интересного нам удалось узнать благодаря этому.
Так, например, пустельга, выращенная и выпущенная в нашем Центре, была поймана в сети любителями певчих птиц в подмосковном Лыткарино. Ушастая сова, выпущенная в 1978 году в Подмосковье, была найдена в Крыму в 1980 году. Выпущенные ради эксперимента неподготовленные совы в парке Москвы, вернулись все назад в зоопарк в течении недели – их обессиленными подобрали люди. Эти же совы, прошедшие месячную подготовку и выпущенные в том же парке, к людям в руки больше не попали.
С помощью колец узнали мы и о судьбах некоторых мелких птичек и о том, что выпущенный нами серый журавль, проживший в неволе четыре года, хотя и прижился на воле, но так и не создал ни с кем пары в течение вот уже десяти лет. И именно благодаря колечку удалось нам вернуть свою первую пустельгу с покалеченной лапкой, которая случайно улетела от нас в Москве. Четыре месяца она прожила на воле, а с наступлением холодов залетела на балкон дома, стоящего по соседству. Люди ее приютили и по кольцу разыскали нас.
Узнали мы о судьбах некоторых сипух, вот уже несколько лет выпускаемых в Краснодарском крае. Так, одна из птиц погибла через два дня, неудачно сев на линию электропередач, где ее убило током. Зато другая птица спустя год была обнаружена на чердаке дома в Новороссийске. Номер кольца списали, в Центр сообщили и птицу выпустили назад. Вот так работают кольца.
По цветным кольцам хорошо наблюдать и за только что выпущенными питомцами, пока они держатся вблизи нас, и за теми, кто гнездится неподалёку. Именно по ним мы обнаружили наших птиц на воле – большого подорлика, сапсана, пустельгу, канюка, обыкновенных неясытей. Бывают и курьезные случаи: как-то выпущенный нами беркут захотел поживиться индюком в деревне (правда, не совсем удачно), так его по цветному кольцу опознал местный житель и рассказал об этом случае нам. А беркут этот прожил на воле к тому времени не один год.
Стремясь разобраться в механизмах миграций, орнитологи всего мира кольцуют миллионы птиц. И несмотря на появления новомодных и современных способов, порождённых научно-техническим прогрессом, кольцевание и в наши дни остается наиболее распространенным и значимым методом, позволяющим узнавать все новые и новые факты из жизни пернатых. Так можно получить сведения о конкретной птице как минимум дважды: когда кольцо надевают на лапку и когда она вновь попадает в руки человеку, живая и мертвая. Более 90% возвращаемых колец принадлежит окольцованным промысловым птицам: их присылают охотники, снимая с лапок убитой дичи.
Чтобы поймать и окольцевать как можно больше птиц, ученые используют буквально все: тончайшие «паутинные сети», снотворное в корме, силки, разнообразные проволочные ловушки с подкормкой. Конечно, самое простое – кольцевание молодых птиц еще в гнездах, но и самое низкорентабельное, если учитывать, что 50-80% молодняка погибает, не дожив до следующего года.
Как же давно человек начал кольцевать птиц? Французские ученые в 1968 году на острове Мадагаскар нашли кости эпидрниса – бескрылой птицы, родственника страуса, с бронзовым кольцом на ноге. На нем была печать Мохенджо-Даро, индийской цивилизации, существовавшей в пятом тысячелетии до н.э. Эта первая зафиксированная попытка мечения птиц, правда скорее всего не с целью изучения. А древнейшее из найденных римских колец носила цесарка, и датировано оно примерно две тысячи лет назад. Ученые не исключают, что богатые римляне метили своих любимцев кольцами из драгоценных металлов, дабы потешить свое самолюбие.
С XIII века, во время расцвета соколиных охот, владельцы метили своих птиц для опознания, если пернатый охотник улетит. В «Естественной истории» римского ученого Плиния Старшего описаны выпуски голубей и ласточек с посланиями о победах в сражениях. Этих птиц не кольцевали, а окрашивали в различные цвета. Зная о привязанностях ласточек и голубей к местам гнездований, их отлавливали специально и брали с собой в походы, чтобы затем выпускать с места важных событий. (Правда по поводу ласточек есть сомнения. Чем кормили их, содержа в неволе в походных уловиях).
Несомненно, с древнейших времен люди обращали внимание на сезонные появления и исчезновения птиц. Тогда это имело огромное значение и для выживания человека. Птицы совершали кочевки, спасаясь от неблагоприятных погодных условий, и вслед за ними двигались люди. Еще Аристотель, живший в IV веке до н.э., стал одним из первых ученых, изучавших сведения о перелетных птицах.
Были и такие предположения, что исчезающие в зимний период птицы просто прячутся в пещерах и дуплах деревьев, где впадают в спячку. Даже знаменитый шведский натуралист Карл Линней повторял заблуждения тех лет о том, что ласточки зимуют на дне водоемов. Это предположение возникло из наблюдений за стаями мигрирующих ласточек, которые перед отлетом образуют большие дневные скопление в тростниках по берегам водоемов, где отдыхают перед ночным полетом. Утром, как правило, ласточек на берегу водоемов не оказывалось – лишь тушки умерших птиц плавали на поверхности воды. И еще в XVIII веке это поверие не было изжито и ученые всерьез проводили эксперименты, пытаясь узнать, сколько времени ласточки могут проводить под водой, приводя к безвременной гибели последних.
И только в 1740 году У. Фриш, привязав к перелетным ласточкам на лапки красные ленточки, опроверг это опасное для птиц заблуждение. В конце XVIII века французский натуралист Бюффон доказал, что нет птиц, которые впадают в зимнюю спячку, как млекопитающие.
В Америке первый начал «кольцевать» птиц Дж. Дж. Одюбои. Два молодых тиранна (вид крупных воробьиных птиц), чьи лапки он обмотал серебряной ниткой, вернулись на следующий год. А в 1902 году П. Барг попытался метить птиц уже по-научному: он надевал на ноги кваквам широкие ленты с надписью: «Вернуть в Смитсоновский институт». В 1890 году англичанин У. Перси пометил молодых вальдшнепов кольцами с годом мечения и получил часть колец назад.
А новая эра в изучении перелетов началась, когда учитель датчанин Х. Мортенсон начал экспериментировать с цинковыми номерными кольцами, на которых был и почтовый адрес. Ими он впервые окольцевал скворцов. Причем это были уже не единичные птицы – сразу 164 птицы были выпущены с колечками на лапках. И уже в 1901 году его метод получил международное признание. Из 102 окольцованных им чирков были обнаружены 10 птиц в Великобритании, 7 – во Франции, 2 – в Голландии. И с 1902 года его метод стал распространяться по всей Европе, а позже и по всему миру.
В России научное кольцевание стали применять с 1907 года. Журавль-красавка, окольцованный в знаменитом имении Асканио-Нова его владельцем Фальц-Фейном, был обнаружен в Африке. А официальное кольцевание в России началось с 1909 года, в еще больших масштабах – с 1923.
Данные, полученные от миллионов окольцованных птиц, расширили знания о миграциях, выживания многих видов, скорости перелетов. Так, например, выяснилось, что кулик улит пролетает три тысячи километров за шесть дней, вальдшнеп – пятьсот километров за ночь. А кулик-сорока, окольцованный в Нидерландах в 1929 году, был пойман спустя 28 лет и вновь отпущен на свободу.
В наши дни кольцевание проводят на всех континентах. В США более двух тысяч кольцевателей метят ежегодно более шестисот тысяч птиц. В бывшем СССР ежегодно кольцевали свыше двухсот тысяч. И в настоящее время на территории России ведется массовое кольцевание птиц не только учеными, но и любителями.
И именно кольцевание, как и прежде, объединяет орнитологов разных стран в их общем деле – изучении птиц. Ведь только на территории России находят ежегодно несколько тысяч птиц с кольцами почти из сорока стран мира!
Еще больше познавательных историй вы найдете в наших книгах, которые можно купить прямо сейчас, перейдя по ссылке https://planeta.ru/campaigns/226123/updates