Екатеринбург. 10 октября 2025 года разыгралась сцена, которая заставила жителей района Втузгородский замереть в недоумении и раздражении. Мечеть на Бажова, 219в — скромное двухэтажное здание с минаретом, — оказалась в центре событий, когда судебные приставы опечатали её двери пломбами и табличкой "Доступ запрещён".
В тот день, когда солнце ещё висело над крышами, около двухсот человек, в основном приезжие из Средней Азии, не стали расходиться — они развернули молитвенные коврики прямо на асфальте у входа, встали на колени и начали пятничный намаз, полностью заблокировав проезд по узкой улочке. Машины сигналят, жильцы выглядывают в окна, а в воздухе висит напряжение, смешанное с рецитацией из Корана, усиленной портативным микрофоном. Это был не просто молитвенный импровиз — это стало вызовом, который растянулся на час, парализовав движение и вызвав жалобы от местных.
Опечатка на двери: причины закрытия мечети
Мечеть на Бажова, построенная в 2010-х годах на месте старого склада, всегда была тесной — её зал вмещал максимум сто пятьдесят человек, а на пятничные службы приходило втрое больше. В сентябре приставы, после жалоб жильцов и проверки инспекторов, наложили арест: нарушения пожарной безопасности выявились в полной красе — узкие выходы шириной в метр, отсутствие огнетушителей и проводка, обмотанная изолентой. Один из инспекторов отметил: "Это не прихоть, а норма — здание не прошло аудит, и службы могли обернуться бедой".
Опечатка прошла тихо: утром 9 октября рабочие повесили пломбу на дверь. Но верующие, привыкшие к этому месту как к второму дому, не смирились — они продолжали приходить, стуча в дверь, пока всё не вылилось в уличный намаз. Жильцы района уже давно жаловались: "Куча машин с утра пораньше, парковка как на вокзале, а песни через микрофон гремят до поздна". Мечеть обслуживала общину из трёхсот семей, и по пятницам улица превращалась в импровизированный паркинг. Закрытие стало каплей: приставы пригрозили штрафами, но верующие решили: вера не знает стен.
Пятничный намаз на асфальте: как всё началось
Пятница в исламе — день джумы, когда мужчины обязаны собираться на коллективный намаз. 10 октября, несмотря на опечатку, около полудня машины начали съезжаться. Когда верующие увидели пломбу — красную ленту с печатью, — шепот перерос в гул: "Как так? Джум'а не ждёт".
Имам, пожилой мужчина с седой бородой, вышел на крыльцо и объявил: "Молимся здесь, на улице — Аллах видит сердца". И толпа, около двухсот человек, развернула коврики — яркие, с узорами минаретов и пальм, — прямо на асфальте у входа, где трещины от машин змеились как вены. Они встали на колени лицом к Мекке, ряды сомкнулись плечом к плечу, и намаз начался: такбир, рецитация суры, поклоны, где спины изгибались в унисон, как волны. Микрофон имама гудел, разнося слова по улице: "Бисмилляхир-рахманир-рахим", и эхо отражалось от стен домов. Проезды заблокированы мгновенно — машины припарковались в два ряда, и водители, пытаясь проехать, сигналили, но верующие не шелохнулись.
Перекрытые проезды: хаос на бажова
Улица Бажова в Втузгородском — узкая артерия, и она не рассчитана на такие сборища: ширина в десять метров, и когда двести ковриков легли поперёк, проезд сузился до тропинки шириной в метр, где еле проходил велосипед. Машины встали колонной — "Лада Гранта", сигналящая вхолостую, "Тойота" с прицепом, заблокированная сзади. Жильцы из дома напротив звонили в управляющую компанию: "Не выехать, не заехать — толпа на коленях, машины везде". Один из них, механик по имени Сергей, пытался протиснуться пешком: "Я на работу опаздываю, а здесь намаз, и ни шагу — уважай, говорят, но как жить-то?"
Толпа не агрессивная, но упрямая — мужчины в белых одеждах скандировали суры. Микрофон гремел громче обычного — имам повышал голос, чтобы перекрыть гул машин, и слова "Аллах акбар" эхом отскакивали от стен. Проезд на Червонную встал намертво: "Газели" мигрантов стояли фарами в фары, а водители спорили по-русски с акцентом: "Подождите, намаз кончится". Но час растянулся — намаз с проповедью, где имам говорил о терпении и единстве, — и хаос нарастал: курьер на скутере объехал по тротуару, а пенсионерка с тележкой для продуктов стояла в пробке.