Он одинаково виртуозно управляется и с нарушителями порядка, и с рифмой. Днём Вячеслав Климахин обеспечивает безопасность полётов в международном аэропорту Новокузнецк, а в свободное время поднимается в небо на одномоторном самолёте и читает стихи.
О том, как совместить строгие инструкции с творческим полётом души, он рассказал kuzbass.aif.ru.
От таксопарка до штурвала
Путь Вячеслава к авиации был извилистым, как горный серпантин. Сначала автомобильное образование, работа слесарем, потом должность директора таксопарка в Новокузнецке. «Понял, что дальше скучно, и ушёл», — смеётся он.
Затем служба в МВД, Росгвардии, где дослужился до начальника охраны. «Меня в жизни всегда интересовала большая техника, — признаётся наш герой. — Едет фура, думаю: как человек ею управляет, почему я не умею? Научился ездить на всём — от трактора до мотоцикла. И на самолёты так же смотрел — с завистью».
Дед Вячеслава был лётчиком, и небо манило с детства. В 43 года он решился: пошёл учиться на пилота частной авиации в Новосибирске. «Многие говорили: "Да ты куда? Тебе уже 43!" А я принял решение и пошёл». Чуть позже Вячеслав перешёл в Новокузнецкий аэропорт начальником смены службы авиационной безопасности. И вот уже шестой год любуется самолётами и летает за штурвалом.
Каждый день — новые вызовы
Работа нашего героя — это круглосуточная ответственность за безопасность аэропорта. В его подчинении — досмотр пассажиров, багажа, грузов, предполётная проверка воздушных судов. Каждый день — новые вызовы. То пассажир попытается пронести запрещённые предметы, то кто-то начнёт дебоширить ещё на земле или в воздухе. «Люди разные, подход нужен дифференцированный. Когда у человека что-то изымаешь или не допускаешь к перевозке, всегда негативная реакция. Приходится работать, разъяснять», — поясняет Вячеслав.
Есть и необычные вещи, которые попадались на досмотре: шлем с рогами, страусиное яйцо, бубен, шаманская рубаха, самовар. Однажды везли мешок кедровых шишек! Но самая серьёзная проблема сегодня — литиевые батареи в пауэрбанках, которые могут воспламеняться при изменении давления. Их везут практически все. И перевозка в багаже настрого запрещена, только в ручной клади.
Небо не разлюбить
«Нельзя небо разлюбить. Если туда пришёл, это до конца жизни», — убеждён Вячеслав. Он летает на одномоторных самолётах всех типов — Cessna, Saccato, Rally. Дальность полёта ограничена только топливом и финансами: час полёта стоит около 25 тыс. руб., литр авиабензина — 183 руб.
Вместе с товарищем они первыми за 30 лет прилетели на Таштагольскую посадочную площадку. Тогда там принимали только вертолёты, взлётно-посадочную полосу не эксплуатировали со времён СССР. Идею возродить межрегиональные перевозки поддержал директор АЭРОКУЗБАССа Кирилл Ермаков — управляющий компании аэропортов Новокузнецк и Таштагол.
И инициатива «полетела». В 2022 году на площадку слетелись больше 20 пилотов одномоторных самолётов со всей Сибири.
«Была бы возможность — вообще из кабины не выходил бы, — мечтательно говорит пилот. — Я не боюсь летать, не боюсь экстренных ситуаций. Когда учишься, инструктор просто выключает двигатель и говорит: "Ищи место для посадки". Главное — не паниковать и принимать решения с холодной головой».
Стихи против конфликтов
Творческая жилка проявилась у нашего героя ещё во время восьмилетней жизни в Таиланде с женой. Там он вёл свой канал, снимал юмористические ролики. В проект федерального телеканала «Страна поэтов» его пригласила коллега. Было условие — читать произведения поэтов XX века, а Вячеслав так прокомментировал: «Пушкин не писал про самолёты, потому что не летал на них. Давайте что-нибудь про любовь и самолёты — это мною движет». Выбрал стихотворение Долматовского «И опять я сажусь в самолёт...»
Свои предпочтения Вячеслав объясняет так: «Люблю короткие, жизненные стихи, желательно с юмором. Иногда в конфликтной ситуации проще что-то сказать в рифму — это разгружает обстановку и гасит конфликт. Юмор и рифма жить помогают».
Мечты о «Витязях»
У человека, который научился управлять почти всем на земле и в воздухе, осталась одна заветная мечта: «Хотел бы полетать на истребителе с "Русскими витязями". Это нереально — они не катают пассажиров, но мечтать не вредно».
А идеальную пенсию Вячеслав видит так: «Где-то у моря, с собственным самолётом и хорошим мотоциклом. Жить, ездить, летать — и чтобы любимый человек был рядом. Наверное, это и есть счастье».
Пока же он продолжает совмещать жёсткие требования авиабезопасности с полётами души — в прямом и переносном смысле. И доказывает, что даже в самой серьёзной профессии есть место поэзии.