Новое пространство открылось на Бассейной улице, 59, напротив Московского парка Победы. Это полностью музейная площадка, на которой представлено многое из того, что собрано за тридцать лет.
Центром экспозиции стала «блокадная квартира», наполненная подлинными предметами эпохи. Здесь развертывается аудиоспектакль, в основе которого несколько литературных произведений: рассказ Николая Тихонова «Ленинград в феврале», напечатанный в Ленинграде еще в 1943 году, а также блокадные воспоминания поэта Эллы Фоняковой и скульптора Виктора Новикова.
«Блокадная квартира» наполняется звуками, голосами, а герои возникают условно, как тени, образно прорисованные художником. Но мы представляем их настолько отчетливо, что, кажется, до них можно дотронуться руками.
Виктор Новиков вспоминал, как пришел к своему школьному другу, который был уже совсем слабым от голода. Тот попросил почитать ему «Тома Сойера». Когда он выполнил просьбу, то увидел, что его друга нет в живых. «Мне никак не верилось в это, потому что на лице его была та же улыбка, что и минуту назад. Но рука его сползла из‑под одеяла и безжизненно повисла»…
Среди экспонатов музея — блокадный дневник 17‑летнего Льва Яковлева, раскрытый на записи за апрель 1942 года. В ней говорится о прочитанной книге Новодворского «Путешествие Эраста Крутолобова в Москву и Петербург в 30‑х годах XIX столетия», которая по замыслу сходна с «Недорослем» Фонвизина.
— Автор дневника описывал тяжелые дни, которые переживал город, как само собой разумеющееся. И практически на каждой странице упоминал, какую книгу читает. Дневник был начат 1 января 1942 года, а заканчивается в начале июля того же года, когда семья была эвакуирована из Ленинграда. Лев Яковлев окончил военное училище, сражался на фронте, несколько раз был ранен. После войны окончил Ленинградский электротехнический институт связи имени М. А. Бонч-Бруевича и потом долгие годы в нем преподавал. Дневник передали в библиотеку его родственники три года назад, — рассказала заведующая библиотекой Надежда Каширцева.
Еще один очень любопытный экспонат — альбом, в котором собраны обращения фронтовиков в Публичную библиотеку. Эти письма, а также ответы на них хранятся в архиве РНБ и в Центральном государственном архиве литературы и искусства Санкт-Петербурга.
Старший сержант Владимир Ромашов с Ленинградского фронта просил прислать для него и товарищей стихи Лермонтова: «желательно издание маленького формата, чтобы носить в кармане или полевой сумке». Произведения классиков просил и лейтенант Владимир Коновалов. Его письмо было датировано 23 декабря 1943 года, а спустя месяц он погиб во время освобождения Ленинграда от блокады. На письме — библиотечная пометка: «Бандероль вернулась обратно. 27 января 1944 года»…
Матрос Черноморского флота Сергей Матвеев благодарил, что летом 1943‑го ему прислали в ответ на его запрос четыре английские книги. «Они принесли мне большую пользу, не дав забыть английский язык». Теперь, спустя год, он просил прислать «что‑нибудь из Шекспира или из прозы».
В ответ Матвееву отправили книги заказной бандеролью, однако в сопроводительном письме говорилось: «К сожалению, не смогли в данный момент удовлетворить ваше желание почитать Шекспира, но к вашему сведению, Шекспира никак нельзя подвести под категорию легкого чтения и простого сюжета. Просьба подтвердить получение книг и по прочтении вернуть их нам».
Сохранилась переписка, которую вели с библиотекой сразу три бойца: Александр Барков, Наум Лойцкер и Николай Шолохов. Они просили произведения Пушкина, Гоголя, Зощенко и Катаева. «Безмерно вам благодарны за чуткое и отзывчивое отношение к нам, — говорили бойцы в следующем письме, подтверждая получение книг. — …Ни вой снарядов, ни назойливое жужжание пуль — ничто не останавливает культурного роста русского воина — советского богатыря».
— Наш музей пока еще не совсем полностью готов, — говорит Каширцева. — Будет еще один зал, который расскажет о работе библиотек и типографий в осажденном Ленинграде. Но мы уже активно работаем. Придумываем такой интерактивный формат для школьников, как «экскурсия с блокнотом»: ребятам предстоит выполнить задания, «разгадывая» экспозицию. Мы хотим, чтобы они прикоснулись к историческим предметам и нашли то, что не бросается в глаза, — то, что мы «спрятали» чуть поглубже…
Читайте также:
Музей обороны и блокады Ленинграда продолжает проект «Народы СССР в освобождении Ленинграда»
Вступая в комсомол. В Староладожском музее-заповеднике открылась необычная выставка