«Рашиду, Дзюбе привет, обнял »
В ноябре уроженцу Санкт-Петербурга Егору Сорокину исполнится 30 лет. Дебютировал в Лиге чемпионов он в 2020-м с «Краснодаром» — привез пенальти в матче с «Ренном», не расстроился и уехал домой с ничьей.
Сейчас Егор снова играет в группе ЛЧ, но уже с главной сенсацией европейского сезона — «Кайратом». При помощи Сорокина и его напарника по обороне, в прошлом тоже футболиста «Краснодара» Александра Мартыновича, команда провела насухо два последних квалификационных раунда, со «Слованом» и «Селтиком» (четыре матча по 0:0) и прорывалась дальше по пенальти. Решающий удар в серии с шотландцами — на счету Сорокина.
Сразу после победы Егор выложил серию счастливых сторис, несколько из которых были посвящены бывшим командам. Прежде всего — «Рубину», откуда и уехал в прошлом году в Казахстан (сперва в «Елимай»). «Рашиду, Дзюбе привет, обнял », — речь здесь о главном тренере Рашиде Рахимове и спортивном директоре Константине Дзюбе.
— Это люди, которым я оказался не нужен, — пояснил Сорокин в интервью Sport24. — В первый же мой день в «Рубине» Рахимов сказал мне: «Мы тебя тут не ждали». У меня — своя дорога, у него — своя. Рахимов мне говорил, что я не футболист. А я доказываю ему обратное.
Когда-то в Казани под руководством Курбана Бердыева Сорокин обрел свою славу и даже побеждал «Зенит». Но вот возвращение в «Рубин» — из «Краснодара» — в 2023-м получилось провальным: ни одного матча. «Дзюба сказал искать новую команду, — жаловался ранее Сорокин. — С главным тренером обсуждали проблемы, над которыми я работал, но все равно оказывался то в заявке, то не в заявке».
Весной я встречался с Егором в Алматы и подробнее расспросил о коллизии с «Рубином».
— Что тебе говорили перед трансфером?
— Заверили: клуб во мне нуждается. Говорили: «Будешь проявлять себя, а «Рубин» тебе поможет». Общался со мной президент клуба Сафиуллин.
— Ты был воодушевлен таким шансом?
— Да. Нужно было что-то менять, чтобы снова играть в футбол. Я отказался от определенных финансовых возможностей в «Краснодаре». Пошел на значительное сокращение в доходах. Жертвуя финансами, я перешел за практикой.
— С Рахимовым ты общался?
— Пару раз. Он указал на вещи, в которых, как он считал, я недостаточно хорош. Я выслушал, сказал, что буду работать. Потом началась чехарда: то я в заявке, то не в заявке. В другой раз — по две игры. И так полгода. Смешно.
— У тебя были тогда варианты, кроме Казани?
— У меня было большое желание туда вернуться.
— Ты имел представление, какая в клубе ситуация?
— Нет. Даже не у кого было узнать. Как наивный дурак себя повел.
— Остаться в России ты не мог?
— У меня было «две майки».
— Это как?
— Формально я был заигран за две команды за один сезон — за «Рубин» и «Краснодар» — и не мог перейти в третью. Понял я это только на сборах с «Рубином». Был в полном шоке. Поехать я мог только туда, где начинался новый сезон: Китай, Япония, Скандинавия, Грузия, Беларусь и Казахстан.
— Ад какой-то.
— Представь еще: ноябрь, я дома сижу. Думаю: буду тренироваться на базе. Приехал туда — а помнишь новость о прорыве канализации?
— Была такая.
— Там все говном затопило, заниматься было нельзя. Вонь стояла страшная. Нельзя было находиться. Основное уже убрали, но под плиткой оставались разводы, под обоями. Все это надо вычищать, ремонтировать. Жуть.
А летом я познакомился в Казани с Константином Дзюбой — он, как и Рахимов, по-прежнему в «Рубине». После выпада Сорокина в сторис пришлось уточнить у Дзюбы, получил ли он привет от игрока, с которым пересекся на заре своей работы спортивным директором в казанском клубе.
— Как отреагировали на сторис Егора после выхода в группу ЛЧ?
— Абсолютно нейтрально. Воспринимаю как реакцию обиженного человека. Успехов ему, Саше Мартыновичу и команде на групповой стадии ЛЧ.
— В 2023-м Сорокин перешел в «Рубин» из «Краснодара», но не сыграл ни одного матча, за что обижен на вас с Рахимовым до сих пор. Дело было в том, что Егора подписывали не вы, а другие люди из правления клуба?
— Егор сам прекрасно знает, как оказался в «Рубине». Приехал сюда прям совсем в нехорошем состоянии. Конкуренцию проиграл. Знаю, хотел играть, но выходили другие. Поэтому зимой он уехал.
У Егора уже было «две майки» (в течение сезона Сорокин находился в заявке «Краснодара» и «Рубина»), и перейти он мог только в клуб, где весной 2024-го начинался новый сезон. Я изначально этот момент упустил и начал общаться по Егору с разными клубами. Так вот, никто в РПЛ и никто из топ-6 Первой лиги Егором не заинтересовался. И финансовый вопрос даже не обсуждался — разговор шел только в плоскости «интересен или неинтересен». А один из руководителей клуба Первой лиги даже сказал мне: «Сочувствую, что у тебя с Сорокиным такая тяжелая дилемма. Избавиться от него будет очень тяжело».
Заключительная часть интервью Константина Дзюбы — завтра на Sport24.