Гурзуф небольшой уютный поселок на Южном берегу Крыма. Это место привлекало многих известных людей своего времени. Чехов провел здесь замечательные годы жизни, построив дачу, ставшую в наши дни местом паломничества театралов. Константин Коровин – первый русский импрессионист– также возвел виллу в Гурзуфе, регулярно принимая у себя столичную богему. Бывал у него в гостях и Шаляпин, полюбив Гурзуф с первого взгляда. Здесь Федор Иванович пел с прибрежных обрывов и лелеял мечту о строительстве "замка искусств" на скале, названой позже его именем.
И сегодня ежедневно и круглогодично на вилле "Саламбо" можно услышать голос великого русского певца.
Здесь же у входа в музей разместилась бронзовая фигура Федора Ивановича, позирующего художнику и другу Константину Коровину.
На вилле "Саламбо" Шаляпину посвящены две комнаты экспозиции музея.
А вот собственного музея у Шаляпина здесь нет. А ведь мог бы быть целый замок искусства!
После посещения музея Константина Коровина я начала "рыть" информацию о пребывании Федора Шаляпина в Гурзуфе.
Почему меня заинтересовал Шаляпин? Ну как минимум то, что он родился в Казани, в городе, где я живу.
Хочу поделиться этой историей и с Вами.
1913 год.
Федор Иванович Шаляпин отправляется в гости к своему другу художнику Константину Коровину в Гурзуф.
В пути с Шаляпиным случилась неприятность. Он плыл с военным министром Сухомлиновым на миноносце, и Федора Ивановича продуло.
Когда бархатным сентябрьским днём художник Константин Коровин, только что отстроивший в Гурзуфе дачу, раскрыл объятия дорогому другу, тот закряхтел:
– Костя, осторожно! Ни вздохнуть, ни охнуть. Эк продули меня черноморские ветра!
Проснувшись утром у Коровина, он почувствовал себя плохо — не мог ни головы повернуть, ни подняться с постели.
«Рядом жил доктор — он проводил лето и зиму в Гурзуфе. О нем стоит сказать несколько слов.
Архитектор, который строил мою гурзуфскую дачу, Петр Кузьмич, был болен туберкулезом. Доктор его вылечил — архитектор стал толстый, как бочка, такой же, как доктор. А лечил его доктор водкой и коньяком — оба пьяны каждый день с утра».
Доктор, едва взглянув на Шаляпина, и ему прописал коньяк: «Когда я пришел, доктор и его пациент дружно дули коньяк. Так, серьезно, молча, лечил наш доктор и ушел от Шаляпина поздно, еле можаху…»
Из книги Константина Коровина
«Воспоминания"
На следующий день пациенту существенно полегчало. Он потихоньку добрался до террасы, прилёг на кушетку и, смакуя эликсир, прописаный доктором заявил:
– Во-он, скалы в море. Как их… Адалары. Я буду просить государя, чтобы мне их подарили.
Коровин давно привык к прихотям «солиста императорского величества», но здесь только руками развёл:
– А зачем?
– Что значит, зачем?! – возмутился прагматический романтик. – Я их взорву. Выровняю, навезу чернозёма, посажу пальмы, выстрою дом. Поселюсь на острове. Каково?! С этого момента Шаляпин исцелился и стал чуть ли не ежедневно плавать на лодке к полюбившимся Адаларам и ездить на извозчике в Ялту – хлопотать о безвозмездном получении от казны «пустынных скал». Процесс, однако, затягивался. Поручив вести дела местным знакомым, царь-бас отбыл в столицу – петь «Годунова»...
Следующий визит в Крым состоялся в 1916 году.
Шаляпин привёз семью в Гурзуф, на курорт Суук-Су. С просторного балкона отеля открывался вид на море и Медведь-гору. Фёдор Иванович скользнул взглядом по Адаларам. Хмыкнул, вспомнив, как три года назад безуспешно намеревался обжить эти скалы.
И тут его внимание привлёк эффектный береговой утёс. Потом, когда отдыхал на пляже, сплавал к нему, полюбовался отвесными обрывами, заглянул в таинственный грот.
Поинтересовался названием чудного места. Хозяйка имения Ольга Соловьёва рассказала легенду о том, что именно здесь юному Пушкину явились бессмертные строки: «Воображенью край священный…» И отметила, что с тех пор утёс носит имя поэта.
Вслед за Пушкиным вдохновение снизошло и на Шаляпина. Выбрав момент, когда Соловьёва, дама с характером, пребывала в добром расположении духа, артист обратился к ней с высокопарной речью:
– Ольга Михайловна, есть у меня заветная мечта: основать в красивом месте замок искусств. Такую, знаете ли, обитель, где, окружённый даровитыми и серьёзными молодыми людьми, я передал бы им весь мой художественный опыт и жар к благородному делу театра. Так вот, ваша Пушкинская скала подходит для моего замысла идеально. Давайте я её куплю?
Владелица ответила с плохо скрываемым высокомерием:
– Голубчик! Ничего и никому продавать я не намерена.
«Эге. Не на того ты напала, Оленька!» – подумал любимец публики. Но только вежливо поклонился и перевёл разговор на другую тему.
Прошло несколько дней. Большой компанией решили поехать к рыбакам, их артель размещалась у подножия Аю-Дага. Вечеринка выдалась шикарной! Полыхали костры, булькала наваристая уха, шкворчала запечённая на углях кефаль, плескалось в бокалах отменное вино.
– Может, споёшь, Фёдор Иваныч? – негромко спросила Ольга.
Шаляпин поднялся, прислонился к корявой фисташке, наперекор стихиям выросшей у самой воды, прикрыл глаза – и над морем разнёсся проникающий в душу голос: «Ах ты, ноченька, ночка тёмная…»
С восходом солнца Соловьёва озвучила своё решение:
– Твои песни растопили моё сердце. Так и быть, уступлю тебе скалу. Пойдём, обсудим детали.
Договор прописывал, что участок «Одоллары» состоял из скалистого мыса и примыкающей к нему территории. Особый пункт гласил: «Скала, именовавшая прежде Пушкинской, должна отныне называться Шаляпинский утёс».
«О скалы грозные дробятся с рёвом волны…» – с былинной мощью исполнил покупатель арию варяжского гостя из оперы «Садко» и поставил размашистую подпись.
Сумма проекта составила 150 тысяч рублей. Баснословная цена не смутила Шаляпина. В пересчёте на гонорары ему требовалось выступить всего-то на 25 концертах. Но главное – воплощалась его задумка!
Начались приятные хлопоты. Шаляпин взял ящик шампанского и отправился к верному соратнику Константину Коровину. Всю ночь художник набрасывал образы, рождённые фантазией друга. Под утро пришли к согласию. За основу взяли итальянский стиль. В мощных стенах обители муз уже, казалось, в полную мощь зазвучало bel canto.
– Чудесный край – это наше к-римское побережье! – весело скаламбурил владелец эксклюзивной недвижимости, нарядившись в тогу римского патриция.
Рисунки Коровина легли в основу проекта, разработать который взялся профессиональный зодчий Иван Фомин. Замок состоял из двух частей: двухэтажной виллы на берегу и венчающей скалу высокой башни, похожей на маяк. Постройки связывал ажурный мостик. Утвердив эскизы, заказчик занялся покупкой гобеленов для украшения будущих стен.
На участке закипела работа. Рабочие расчистили подступы и приступили к возведению ограды. Мастера, знающие секреты узорной кладки, выложили из мраморовидного известняка опорные стены для моста.
Между тем наступил 1917 год, и над измождённой войной Россией сгустились революционные тучи. Несмотря на то, что в Крыму обстановка была относительно спокойной, предусмотрительный Шаляпин попросил архитектора продумать подземный ход к морю: «Там постоянно будет стоять яхта, чтобы я мог уехать, когда возникнет необходимость».
Политика, однако, диктовала поклоннику муз новый репертуар. Летом 1917 года к нему на дачу в Мисхоре нагрянула делегация моряков с настоятельной просьбой: оказать помощь делу революции – выступить с благотворительным концертом в Севастополе. Подарили новенькую матросскую форменку и бескозырку с георгиевскими лентами. Растроганный певец согласился без раздумий и предложил обширную программу: «Марсельеза», народные песни, романсы и гвоздь программы – «Песня революции» собственного сочинения.
Казалось бы, власть народа даст виток новой жизни. И что же? Новые времена для Шаляпина ознаменовались тем, что совет матросских и солдатских депутатов Ялты экспроприировал из местного банка 200 тысяч рублей, отложенные на строительство волшебного замка.
– Я нажил эти деньги не путём эксплуатации чужого труда, а тратой моего таланта, силами моего духа! – возмущался маэстро.
Правительство прислушалось к гласу вопиющего и решило подсластить пилюлю. Шаляпину присвоили только что учреждённое почётное звание – «народный артист республики».
Под предлогом совершения мировых гастролей Шаляпин покинул СССР. Совдепия громогласно лишила эмигранта и звания, и собственности, и гражданства. В книге «Маска и душа» Фёдор Иванович пишет: «Мечту свою я оставил в России разбитой. Иногда мне говорят: ещё найдётся меценат, который создаст вам ваш театр. А я в ответ спрашиваю: «А где он возьмёт Пушкинскую скалу?»
Эхо прежнего бытия докатывалось и до Парижа. Всего-то год прошёл с того дня, как родимая страна показательно выпорола «блудного сына», а тут старый друг Алексей Максимыч доверительно сообщает: «Очень хотят тебя послушать в Москве. Мне это говорили Сталин, Ворошилов. Даже скалу в Крыму возвратили бы тебе».
«Насчёт скалы – это вздор, – отвечает Шаляпин Горькому. – Скалу я хотел иметь тогда, когда грезил о замке искусств. Все фантазии утонули, и мне уже не вытащить их ни на какую скалу: на что мне она?»
Последний раз Шаляпин наткнулся на «обломок иллюзии» уже на излёте жизни. «Одна из лондонских газет напечатала фотографию какого-то замка, а под ней подпись: «Подарок советского правительства Шаляпину». Присмотрелся: это эскиз, нарисованный архитектором по моему заказу. Вероятно, он где-нибудь его выставил и вот тебе: «подарок советского правительства», – с горечью пишет несостоявшийся скаловладелец.
Вот такая история...
Хочется верить, что идея великого певца когда-нибудь получит воплощение и на Шаляпинской скале в Гурзуфе появится обитель мира творчества.
Только странно получается... В 1917 новая власть решила, что всё должно принадлежать народу, никакой частной собственности, никаких замков и собственных скал! И построила на этих землях детский лагерь Артек! И обнесли Артек высоким забором, за которым оказалась и скала Шаляпина, и особняк Суук-Су, и теперь обычному простому народу не попасть туда... Не говоря, уже о творческих людях, типа меня))
Все фотографии в статье принадлежат автору, то бишь мне.
Если вам понравилась статья, то можете поблагодарить автора чашечкой кофе, послав скромный донат)
Это послужит отличной мотивацией для посещения еще нескольких музеев и написания следующих интересных статей.
Спасибо, что читаете мои #заметки_на_полях.
А чтобы не пропустить новости нажмите кнопку "ПОДПИСАТЬСЯ" и "like" если понравилось, мне будет приятно.