А Вы в курсе, что Есенина убили по личному приказу Сталина? Да-да, злые чекисты долго мучали его на Лубянке, а потом секретным подземным тоннелем перенесли в гостиницу Англетер. Правда, Лубянка в Москве, а Англетер, всё же в Ленинграде, но разве это может смутить пытливого либерального исследователя?
Обязательно нужно упомянуть, что Сталина аж перекашивало от каждого упоминания народного поэта. Потому упадническая антисоветчина Есенина при живом Сталине никогда не издавалась.
Нет, серьёзно. Попалась тут передача очередных деятелей искусства. И на полном серьёзе с экрана – Есенин был запрещён!
Полез на дальнюю полку. Есенина когда-то читал запоем, сильный был поэтище. Не та дрянь, что в школе преподают – тихо струится река серебристая и вот эти сопли про соловья.
Нет, учил наизусть поэмы настоящие: поэма о тридцати шести героях девятьсот пятого года. Пугачёв у него потрясающий, он сам когда монолог Хлопуши читал, так кулаки сжимал, что кровь капала. И Высоцкий потом Хлопушу аж рычал:
«Ах, в башке моей, словно в бочке!
Мозг, как спирт, хлебной едкостью лют!»
Потрясающе же! Какие, к шутам соловьи и речки? Да у него слог был похлеще Маяковского, по памяти пишу, до сих пор в голове сидит:
«Много в России троп,
Но что ни тропа, то гроб
Что ни верста, то крест
До енисейских мест
Шесть тысяч один сугроб!»
Прямо рубит же слогом. А «Страна негодяев»? Вы думаете, это он Советский Союз так назвал? Ничуть не бывало. Это про штаты, где ему пожить довелось.
Ну вот, попробуйте найти тут хоть одно плохое слово о родной стране:
«Чем больше гляжу я на снежную ширь,
Тем думаю все упорнее.
Черт возьми! Да ведь наша Сибирь
Богаче, чем жёлтая Калифорния.
С этими запасами руды
Нам не страшна никакая
Мировая блокада.
Только работай! Только трудись!
И в республике будет, что кому надо».
Почему эти строки в школе не преподают? Зачем детям упадочные стишки и рекламы про персидских кур? Да, как у нас, в соломенной Рязани.
А ведь довелось мне в его родном селе побывать. Какой там дом-музей потрясающий. Не сам дом, так избушка, то, что за ним открывается.
Стоял дом Есенина на высоком бугре, а с него до горизонта поля и речки. Казалось конца-краю России нет. Я такого нигде больше не видывал, потрясающие места. Какое тут упадничество?
Да, бумажки о последнем дне поэта заполнены криво. Но это 1925 год, чудо, что хоть такое сохранилось. Но как бы сомнений-то никаких.
Натура поэт был чувствительная. Ещё и завзятый любитель приложиться к бутылочке. Извините, из песни слов не выкинуть. И белочка к нему приходила не раз, воспоминаний достаточно.
Погиб, бывает, очень жаль, ещё и такой молодой. Но в поэтической среде, увы, не редкость. Зачем притягивать сюда каких-то ленинградских чекистов? Что мог рассказать им приехавший буквально вчера гуляка?
Нет, в годы разгула демократии очень хотели накопать какой-нибудь ужас о Сталинских преступлениях. В 1989 году создали Есенинскую комиссию. И это вовсе не литературоведы.
Там сплошные судебно-медицинские эксперты, включая докторов наук и заведующих профильных кафедр. И самые опытные прокуроры, да криминалисты из Генпрокуратуры. Таким составом убийство Кеннеди раскрыть можно было, не то что Есенина!
Проработала комиссия пять лет. Рыли на полный штык, благо все архивы им открыли. Вывод комиссии неутешителен – не нашли. Никаких следов убийства нет, дело закрыто.
После этого заключения лезть на экран с байками как прятали Есенина от чекистов в дурдоме. Как тащили по подземному тоннелю убитого поэта… Рассказывать даже как-то неприлично. Но ведь рассказывают!
С запретом поэта ещё смешнее. Оцените пассаж из модной современной книжки о поэте:
«Поэзия Есенина была запрещена, имя его было приказано забыть. За чтение стихов поэта полагалась 58-я статья. И её получали.
Революционному народу упадническая поэзия вредна - кампания борьбы с есенинщиной продолжалась не одно десятилетие».
Есть ещё удивительный персонаж – бывший следователь Хлысталов. Тот вовсе рассказывал, что его родной отец так любил Есенина, что каждый день рисковал – тихонько под гармошку напевал его песни.
Арестовали, конечно, кто-то донёс. Так и сгинул любитель поэта в ГУЛАГе без следа. Интересно, по какой статье? Кровь в жилах не стынет?
Я на дальнюю полку-то долез. Потому что собрание сочинений Есенина мне досталось от предков ещё Сталинского издания. Проверил, нет, всё точно, при живом вожде напечатано неслабым тиражом, это как?
Попался тут список советских изданий поэта. Уже после его ухода, прямо начиная с 1926 года. Издавали, причём много и большими тиражами «запрещённого» поэта! Каждый год по несколько изданий!
В 1926 и 1927 аж четыре тома собрания вышли. Каждый по десять тысяч тиража. Сталин занят был, наверное, не заметил, что запрещённого им поэта вредители вовсю печатают на весь Союз.
В 1928 году ещё один четырёхтомник, тут уже двадцать тысяч тиража! Издания сборников Есенина продолжалось и все тридцатые, почти каждый год по изданию.
Даже в тяжёлую военную годину выходит сборник Есенина! Да-да, Сталинград, Курская дуга, тяжелейший 1943 год. До Есенина-ли теперь? Издали двадцать пять тысяч тиража!
Издавали и после Победы. Это при живом-то Сталине! Тиражи всё росли, уже и 57 тысяч и 75 тысяч. Вот это разгулялись антисоветчики в советских издательствах!
Глупости это, конечно. Никто Есенина не запрещал. Больше того, сохранились воспоминания советской поэтессы Холиной как она стояла за Сталиным в очереди к книжному киоску в перерыве слёта ударников! За Есениным стояла!
«В 1933 году в Москве шёл слёт ударников… В кремлёвский киоск, в вестибюль, привезли много книг, в том числе сборники Есенина. В перерыве многие делегаты встали в очередь. Встал и Иосиф Виссарионович Сталин.
Мы уступали ему очередь, но он сказал: Нельзя, нужен порядок. Вдруг я возьму книгу, а кому-то впереди стоящему не достанется. Значит, я кого-то обижу».
Сталин в очереди шутил, что никто его «Вопросы ленинизма» брать не станет. Всем «Всадника без головы» или «Королеву Марго» подавай. Сам, мол, по своим детям знаю.
«Нет, Иосиф Виссарионович, все почти купили вашу книгу… Сталин засмеялся: Для коллекции?
А вот Есенина книжечка – это отлично, это большой русский поэт. Его память надо чтить и беречь. Слышали, что сказал Михаил Иванович? Книжка Есенина должна быть в каждом доме.
Маяковский и Есенин – это лучшие поэты нашего века. Небрежное отношение к их памяти и творчеству – преступление».
Удивительно, правда? Можно ли после таких воспоминаний рассказывать о плохом отношении Сталина к Есенину. Да и не говорил он никогда дурного ни о родной стране, ни о советской власти. Ровно наоборот.
Увы, сегодня на уроке нельзя представить, что будут читать вот такие строки Есенина. Сегодня они не запрещены, конечно, но что-то мне подсказывает, школьная учительница не рискнёт. У неё «уроки о важном», а тут какая-то советская власть.
А вот у меня в Сталинском издании Есенина эти строки есть. Послушайте видного «антисоветчика» Сергея Есенина, за песни которого сразу волокли в ГУЛАГ и давали 58-ю статью. Послушайте:
«Калифорния — это мечта
Всех пропойц и неуемных бродяг
Тот, кто глуп и мыслить устал
Прозябает в её краях
Эти люди — гнилая рыба,
Вся Америка — жадная пасть.
Но Россия — вот это глыба!
Лишь бы только — Советская власть!»