Без Мальдив и порше: как я перестала завидовать, родив ребёнка

Давным-давно, в далекой-предалёкой жизни до появления дочери я была… профессиональной завистницей. Нет, господи, конечно, не в том злом смысле, когда я желала людям зла (этим я не занималась даже в самые тяжёлые дни ПМС). Я завидовала культурно, тихо, по-европейски. Лайкала фото коллеги на фоне бирюзовой воды, сидя в трениках на диване, рыдала в плед и шептала сквозь слёзы: «Ну почему не я на этих Мальдивах, с этим коктейлем и с этим мужчиной с кубиками на животе?!»

В другой жизни я мечтала о большом чёрном БВМ. Ну или порше. Короче, о дорогой немецкой машине, сияющей мечте на колёсах, в которой я въезжаю в подземный паркинг элитного бизнес-центра, а мужчины-бредпитты в костюмах роняют кофе от восхищения. Я, вся такая в очках и на каблуках, выхожу, хлопаю дверью и уверенной походкой иду покорять мир... А потом я родила ребёнка.

И знаете что? Зависть испарилась. Ушла, как токсичные подруги после трёх месяцев отсутствия макияжа и разговоров о памперсах. Исчезла, как мой пресс. Испарилась, как мои деньги.

Как перестать завидовать? Родить!

Вот вам честная инструкция, как перестать завидовать, — родите. Да, вот так просто. Если коротко, на эти лишние мысли просто не останется времени. Мальдивы? Нет, спасибо, у нас тут шезлонг из подушек и пятно от «Агуши».

Пока кто-то постит фото с надписью «Витамин Sea. Наслаждаемся жизнью и солнышком!», я сижу в детской палатке, построенной из одеял, и пытаюсь уговорить дочь хоть пять минут поиграть в «маму-улитку», потому что только в этом сценарии я могу лежать.

Когда ты не спишь третью ночь подряд, Мальдивы теряют свою привлекательность. Море? У нас в ванной море! Пена по щиколотку, уточки и осьминожки плавают, только расслабляться нельзя — ребёнок может в любой момент нырнуть, зарычав, как акула (разве они рычат?), и всё, купание заканчивается эвакуацией.

Порше? У меня теперь коляска, которая, кстати, тоже стоит как подержанный седан. Скажу по секрету, я даже кое-что продала из украшений, чтобы жизнь моего ребёнка началась с майбаха в мире детского транспорта.

Когда ребёнок говорит: «Мама, я тебя люблю, даже когда ты злая, как медведь», ты понимаешь, что порше тебе не скажет такого. Даже если он с автопилотом.

У моей коляски — амортизация, тормоза и три режима езды. Иногда мне кажется, что если к ней прикрутить мотор, она выиграет «Формулу-1». Правда, вместо «Феррари» на ней будет написано «Карапуз Делюкс Лакшери Плюс». Но кому это важно?

Зато зависть ушла. Потому что теперь, когда я вижу человека, который садится в порше, я не думаю: «Ах, как ему повезло». Я думаю: «У него, наверное, чистая машина внутри… Боже, как это вообще возможно? Без печенья в щелях сидений! Без пятен от банана! Без запаха сырника, забытого в бардачке!»

Зависть не выдерживает конкуренции с хроническим недосыпом

Как я уже сказала, ты просто не успеваешь завидовать. Потому что пока кто-то постит фотографии с ужина в ресторане с мишленовской звездой, ты ешь макароны с сосисками, которые не доел ребёнок. Причём макароны холодные, а сосиска уже несколько раз побывала на полу. Но ты не отчаиваешься, поднимаешь её, дуешь — и вуаля, ты её ешь. Это твоя собственная звезда Мишлен. Не Мальдивы, конечно, но и так нормально.

Ребёнок — это не бизнес-проект. Это не про деньги, успех или карьеру. Это гораздо больше. Я думаю, что именно дети учат нас любить себя такими, какие мы есть, ну и радоваться простым вещам: когда ты сидишь на полу, весь в пластилине, и видишь, как два пластиковых динозавра целуются (а не дерутся, как обычно), — это момент счастья. Это и есть твой мерседес и твои Филиппины. Только пахнет не кокосами, а молоком.

Зависть исчезает, когда есть любовь

Когда ребёнок говорит: «Мама, я тебя люблю, даже когда ты злая, как медведь», ты понимаешь, что порше тебе не скажет такого. Даже если он с автопилотом.

Родить ребёнка — это как бесплатная (и бессонная) психотерапия. Ты смотришь на мир иначе. Ты не завидуешь тем, кто на яхте, ты просто думаешь: «Интересно, где у них там хранят подгузники?» Твой фокус зрения меняется. Как и приоритеты.

Ты перестаёшь гнаться за чужим успехом, потому что у тебя растёт свой, самый главный в жизни успех. И пусть она слегка лохматая, в пижаме с капибарой, орёт, что хочет мультики в 10 вечера. Я смотрю на это и думаю: «Я не на Мальдивах. У меня нет порше. Но у меня есть это чудо. И кофе. И живы все мягкие игрушки. А это уже ого-го».