Уже тридцать лет Николай открывал дверь старой бани у речки каждую субботу ровно в шесть вечера.
Баня была не новая — стены потемнели от времени, в углу потрескалась печь, но в ней по-прежнему пахло свежими вениками, липой и горячим камнем.
Люди шли к нему не просто попариться — к нему шли, как к врачу, как к старшему брату, как к тому, кто понимает без слов. — Колян, сделай, чтоб спину отпустило, — просил один.
— А меня паром полегче, я всю неделю на нервах, — говорил другой. Николай слушал, подкидывал воду, и пар ложился мягкими слоями, как тёплое покрывало.
Он знал: баня любит тишину. Когда в парной стихали разговоры, оставался только звук дыхания, шорох веника и лёгкое потрескивание камней.
И в эти минуты, казалось, что из человека уходит не усталость — а всё, что накопилось в сердце. Однажды к нему зашёл парень — молодой, в спортивной куртке, с телефоном в руке.
— Дядь Коль, научите парить. Мне в фитнес-клубе предложили «банного мастера» изобразить, а я ж не знаю, как правильно.