Пушкинская больница имени профессора Розанова Владимира Николаевича. Забытые герои. Часть 9-я

Исследование большой семьи хирурга Владимира Николаевича Розанова подняло значительный пласт давно забытых лиц и фактов. Пройти мимо сюжетов, казалось бы, лишних, автору не позволила их причастность к истории города Пушкино и сооружению Старо-Екатериненской больницы, в которой Розанов начал свою врачебную практику. Семьи Истоминых, Кавериных, Гнесиных, Гусевых, Белкиных и Цургозен оказываются участниками увлекательного поиска одной из самых загадочных дач посёлка Клязьма. Продолжаем публикации краеведа Андрея Дударева о забытых героях Пушкинской больницы.Предыдущие материалы:- Пушкинская больница имени профессора В.Н. Розанова: Забытые герои. Часть 1-я- Пушкинская больница имени профессора В.Н. Розанова: Забытые герои. Часть 2-я- Пушкинская больница имени профессора В.Н. Розанова: Забытые герои. Часть 3-я- Пушкинская больница имени профессора В.Н. Розанова: Забытые герои. Часть 4-я- Пушкинская больница имени профессора В.Н. Розанова: Забытые герои. Часть 5-я- Пушкинская больница им. проф. Розанова В.Н. Забытые герои. Часть 6-я- Пушкинская больница имени профессора Розанова Владимира Николаевича. Забытые герои. Часть 7-я- Пушкинская больница имени профессора Розанова Владимира Николаевича. Забытые герои. Часть 8-я Исследование большой семьи хирурга Владимира Николаевича Розанова подняло значительный пласт давно забытых лиц и фактов. Пройти мимо сюжетов, казалось бы, лишних, автору не позволила их причастность к истории города Пушкино и сооружению Старо-Екатериненской больницы, в которой Розанов начал свою врачебную практику. Семьи Истоминых, Кавериных, Гнесиных, Гусевых, Белкиных и Цургозен оказываются участниками увлекательного поиска одной из самых загадочных дач посёлка Клязьма. Восстанавливая биографию выдающегося хирурга Владимира Николаевича Розанова (1872-1934), я невольно был вовлечён в историю легендарной семьи Абрикосовых. Напомню, первая супруга Розанова - Наталья Сергеевна Заяицкая (1878-1927) была их внучкой. В моих руках оказались целых семь семейных альбома Николая Алексеевича Абрикосова (1850-1936): за 1892-й (48 снимков), 1893-й (142 снимка), 1895-й (127 снимков), 1896-й (78 снимков), 1898-й (78 снимков), 1899-й (48 снимков) и 1903-1904-е (24 снимка) годы. Итого - 545 широко распахнутых окон в прошлое. Их любезно предоставил мне праправнук Николая Алексеевича - Борис Сергеевич Стечкин (1950 г.р.). Фотоснимки в основном выполнены в Подмосковном посёлке Клязьма, где некогда находилась дача Абрикосовых «Дубки». Живописное место на высоком берегу одноимённой реки, располагало автора альбомов к пейзажным съёмкам. Из окон главного усадебного дома открывался великолепный вид на луга клязьминской поймы. Пять пейзажных фотографий заинтересовали меня, но не видами, а деталями, которые открывало качество и высокое разрешение снимков. При увеличении, на горизонте, левее Абрикосовых, проявился комплекс домов с башнями, больше напоминавший средневековый замок, чем дачу. В лодке сидят дети Николая Алексеевича Абрикосова (1850-1936): Вера (1875 г.р.), Августа (1880 г.р.) и Павел (1888 г.р.). Что это за сооружения и почему я никогда не встречал их в историях дачной Клязьмы? В надежде на то, что старые постройки могли уцелеть – запланировал выезд на место. Судя по фотоснимку, башни располагались на высоком берегу Клязьмы, там, где река начинает удаляться от улицы Боткинская. Для уточнения обратился к плану посёлка 1913 года: чётная сторона улицы, участок не пронумерован. Согласно приведённому там же именному списку владельцев – без номера по Боткинской была только дача Истомина М.А.: «собств. дом» 1. Сделаем пространное, но важное отступление. О фабриканте Михаиле Алексеевиче Истомине (18 декабря 1869-1930) 12-го и 17-го марта 2024 года на портале «Пушкино Сегодня» были опубликованы две краеведческих статьи Владимира Алексеевича Парамонова: «Томление по Истомину» https://pushkino.tv/news/kray-rodnoy/180325/?ysclid=m9ld7a20rz79004747 и «От Истоминых к Миловановым». https://pushkino.tv/news/kray-rodnoy/180347/?ysclid=m9ehe6gz56263507290 Источником оригинальной информации, как я понял, стал коллега автора – генеральный директор НПО им. С.А.Лавочкина и потомок семьи Истоминых – Алексей Пантелеймонович Милованов (1918-2012). Работы, наряду с завидным исследовательским азартом и безусловной уникальностью, имеют досадные лакуны – необычный при наличии члена семьи дефицит фотоматериала и точное местоположение клязьминской дачи Михаила Алексеевича. Истомины, не смотря на их заметное социальное положение в конце XIX – начале XX веков, будто вымараны. В 1888 году это купцы уже 1-й гильдии, к 1890-му их, основанное в 1874 году, «Товарищество Московской Голутвинской ткацкой мануфактуры средне-азиатских и внутренних изделий» вырабатывало до 65% от общего выпуска тканей в Москве. По сети гуляет единственная фотография одного из основателей семейного дела Алексея Михайловича Истомина (1835-1893) и та неясного происхождения. Поэтому для меня это изображение остаётся под сомнением. Попытка отыскать первоисточник данного снимка привела к выпуску Независимой народной газеты «Вечерняя Москва» от 7 декабря 1994 года. Здесь на второй странице размещена статья : «Ткацкое дело Алексея Истомина». Лаконичный материал – рекомендую: https://viewer.rusneb.ru/ru/000199_000009_011743263?page=2&rotate=0&theme=white Видимо отсюда фото и разошлось по сети. Опираясь на него, Владимир Алексеевич приводит фотографию 1911 года, где в одном из гостей приписного прихода Гребневской Богоматери в Клязьме предполагает сына Алексея Михайловича – Михаила Алексеевича Истомина (1869-1930). Последний артефакт, правда в изменённом виде, из архива Михайла Семёновича Шарикова (1862-1929) был опубликован мною 21 декабря 2021 года на «Пушкино Сегодня» в материале «От Николая II до Александренко…» https://pushkino.tv/news/kray-rodnoy/174996/ Вообще снимок этот, но с другой подписью, впервые был выложен на моей странице в «Facebook.com»* (Запрещенный в РФ ресурс): Отсюда, на следующий день - 4 декабря, данный кадр попал и на «Pastvu.com»: https://pastvu.com/p/1469171Во-первых, пользуясь случаем, представляю данный артефакт в первоначальном виде. Израильский ресурс «MyHeritage», в своё время, избаловал нас разными чудодейственными инструментами, речь идёт о раскрашивании чёрно-белых снимков. В таком «освежённом» виде данное фото и было растиражировано. Надо признать, что качество цвета подкупило даже специалистов. На круглом столе «Творческий мир С.И.Вашкова (1879-1914). К юбилею мастера», состоявшемся 31 октября 2024 года в Российской Академии Художеств, обсуждаемое цветное фото стало важным аргументом. Орловская Евгения Александровна - преподаватель Школы дизайна НИУ ВШЭ, кандидат искусствоведения, декоратор, преподаватель Школы Дизайна Интерьера «Детали», лектор Всероссийского музея декоративного искусства представляла на данном мероприятии проект: «Иконографическая программа художественного оформления экстерьеров Дачи И.А.Александренко по проекту С.И.Вашкова, объект культурного наследия федерального значения». Евгения Александровна предъявила данный снимок в качестве подтверждения выбранной ими системы калоризации Дачи Ивана Афанасьевича Александренко (1840-1921), которую собственно мы и видим на заднем плане кадра. Специалист, по-видимому, счёл фото 1911 года одним из новых в то время видов светописи. К примеру, легендарный проект Сергея Михайловича Прокудина-Горского (1863-1944) тогда уже гремел по стране (1909-1915). Фотография, датированная мною в 2021-ом - 1911 годом, запечатлевшая группу лиц на фоне Дачи Александренко выполнена на бумаге размерами: 285 Х 225 мм и оформлена в паспарту: 415 Х 350 мм. В нижнем левом углу логотип фотографа: «Фот. В.Портновъ-Купр iяновъ. Москва». Василий Васильевич Портнов-Купрянов фигура весьма любопытная. Симбирский мещанин (1870-ых г.р.) вёл частную фотографическую практику в направлении «Москва-Клязьма». Его развёрнутый логотип, по-моему, не имеет себе равных: «МОСКВА-КЛЯЗЬМА. «ИдейнО фотография. Василий Васильевич ПОРТНОВ-КУПРИЯНОВ. СНИМКИ ПО ПРИГЛАШЕНИЮ при дневном и вечернем свете. В фотографии с 8 часов утра до вечера». Во-вторых, в отношении возможного присутствия на данном снимке Михаила Алексеевича Истомина. Владимир Парамонов пишет следующее: «Но самое интересное, что на фотографии у дачи Александренко купцов и духовенства Клязьмы у дачи Александренко я разглядел в мужчине с бородой (стоит справа по центру – В.П.) знакомые черта Истоминых. И с большой долей вероятности могу утверждать, что это Михаил Алексеевич Истомин! Судите сами!». Действительно, черты русских богатырей объединяют персонажей двух снимков но, увы… На клязьминском снимке, господин указанный Владимиром Алексеевичем, как и стоящий по левую руку от него – члены Государственной Думы II-го созыва (20 февраля - 3 июня 1907-го): Тихвинский Фёдор Васильевич (1861- после 1928) и Тучков Николай Николаевич (1869-1928)2. Тот, который был принят за Истомина – депутат от Вятской губернии, миссионер, основатель революционной организации «Всероссийский крестьянский союз» в Уржумском уезде, священник села Чудинова Орловского уезда Фёдор Васильевич Тихвинский. Из Уржума священник был переведён ввиду несоответствия во взглядах с епархиальным начальством на Манифест 17 октября 1905 года, положивший начало формированию в стране парламентаризма и многопартийной системы. 12 мая 1907 года Святейший Синод принял определение «О священниках, состоящих членами Государственной думы и принадлежащих к крайним революционным партиям». Ключевым словом в определение является «крайним…», так как не революционных партий в российском парламенте не было тогда вовсе. Отец Фёдор был членом самой многочисленной думской фракции, так называемых «Трудовиков» 104 из 518 членов. Последние не являлись собственно партией, а лишь объединяли с апреля 1906 года - I-го созыва (с 27 апреля по 6 июля 1906-го) в своих рядах депутатов из крестьянской курии в «Трудовую группу». Не смотря на это, Тихвинский и ещё трое народных избранников-пастырей были запрещены в священнослужении, а в последствии лишены сана. Но Фёдор Васильевич не потерялся в жизни, а стал выдающимся доктором и в декабре 1925-го был делегатом состоявшегося в Москве 1-го Всесоюзного съезда сельских участковых врачей. Думские же выступления отца Фёдора, касающиеся аграрной политики цитировал сам Ленин. https://vk.com/wall-188236203_269?ysclid=ma0sgvodqb362202367 Второй же представитель Думы – депутат от Ярославской губернии, родившийся в дворянской семье героев Отечественной войны 1812 года, камер-юнкер Двора Его Императорского Величества, с 1899 года - Угличский уездный предводитель дворянства , почётный мировой судья по Угличскому и Мышкинскому уездам, почётный гражданин города Углича Николай Николаевич Тучков (1869-1928). Николай Николаевич был членом «Конституционно-демократической партии народной свободы» или «Кадеты». Во II-ой Думе Кадеты - вторая после Трудовиков по численности партия – 98 из 518-ти голосов. 10 апреля 1907 года Тучкова исключили из придворного звания за то, что на первом заседании Государственной Думы «камер-юнкер» не соизволил встать, во время пения Государственного гимна. Николай Тучков представлял Ярославскую губернию и в IV Думе (15 ноября 1912 - 25 февраля 1917). После установления данных лиц появились основания для коррекции датировки снимка. Скорее всего, он был выполнен в период с 23 апреля (Светлый Понедельник – первый день после Пасхи) по 2 июня (предпоследний день II-го Думского созыва) 1907 года, возможно на открытии колокольни Гребневской церкви. Правда, оставались сомнения, мол, данные лица теоретически могли присутствовать на встрече и в 1911 году, уже после окончания скоротечного - 104-дневного срока своих депутатских полномочий. Сомнения заставили меня искать другие реперные точки и они были обнаружены. Молодая пара, доселе неизвестных лиц с клязьминского фото, оказалась молодожёнами Назоровами: выпускник Астраханской Духовной Семинарии (1908) Александр Дмитриевич Назоров (1885-1914) с супругой Анной Васильевной (урождённой Буртасовской) (1885-1980) 3. 27-ой номер «Саратовского Духовного Вестника» 1908 года в части «Официальных известий» сохранил резолюцию местного Преосвященства от 25 июня за №376, согласно которой, «Александру Назорову предоставлено священническое место при Николаевской церкви села Меловаго Камышенского уезда». Это место умершего 21 декабря 1907 года родителя Александра Дмитриевича – священника Дмитрия Фёдоровича Назорова. Соответственно снимок был сделан не позднее 24 июня 1908 года и это верхняя граница. Установить нижнюю дату помог священник Александр Васильевич Ильинский (1873-1936) – сидящий на фото в Клязьме крайний справа, а в Пушкино переведённый только в конце 1907 года. Указ о переводе отца Александра сохранился в 42-ом номере «Московских Церковных Ведомостей» за 1907 год «Официального отдела» о «Перемещении»: «На вакансию священника к Боголюбской, при станции «Пушкино», церкви, Московского уезда, священник церкви с. Спас-Купли, Подольского уезда, Александр Ильинский, 9 октября». Фактически же в Подольском уезде отец Александр находился вплоть до 26 октября, что подтверждается Метрическими книгами Преображенской церкви в Спас-Куплях4. В Боголюбском же храме первая треба была совершена им 4 ноября 1907 года5 (ЦГА Москвы, ф.203, оп.780, д. 3533, л.359об.-360). Это и есть нижняя граница новой датировки. Кстати, первой требой отца Ильинского в Пушкино стало крещение сына небезызвестного нам Василия Алексеевича Вячеславова (1874-1938) – Григория. Василий Алексеевич через 15 лет будет сдавать свою дачу на Акуловой горе поэту Владимиру Маяковскому. В результате, запечатлённое церковное мероприятие могло состояться в Клязьме с 4 ноября 1907-го по 24 июня 1908-го годов. На фото тёплое время года, поэтому смело сокращаем период и нижний предел переносим на послепасхальный период с 14 апреля 1908 года. Кстати, новая датировка переносит дату постройки Дачи Александренко с 1909-го минимум на два года раньше – строительный сезон 1907 года. Однако, вернёмся к даче Михаила Алексеевича Истомина (1869-1930) по улице Боткинская. В Территориальном отделе по Городскому округу Пушкинский ГБУ МО «ЦГАМО» или проще - Пушкинском архиве сохранился документ, описывающий бывшее владение Михаила Истомина: «Документы (договоры, акты, ведомость, опись, переписка) по инвентаризации земельных площадей и имущества бывшего частного владения Истомина Пушкинской волости Московского уезда Московской губернии, находящейся в пользовании МОНО - детской колонии «Вишневый сад» (23.03.1923- 19.08.1924) на 31 листах»6 . В деле зафиксирована аренда детской колонией «Вишнёвый Сад» 7-ми десятин земли (7,63 га), построек и инвентаря находящихся по адресу: Московский уезд, Пролетарская волость, станция «Клязьма» Северных железных дорог, улица Боткинская, дом Истомина в 1923-1924 годах. При этом, своё название Колония получила по именованию совхоза которому в этот период принадлежало данное имущество. Совхоз же, вне всякого сомнения, был назван по задуманной летом 1902-го Антоном Павловичем Чеховым (1860-1904) в полутора верстах по течению Клязьмы, в усадьбе «Любимовка» (ГО Пушкинский), пьесе «Вишнёвый сад» (1903).Дело из Пушкинского архива сохранило и схематичные планы арендуемых строений дачи Истомина , а именно - четырёх домов:1) «Главный дом» с объёмом жилых помещений – 212,76 кубических сажень (453,2 м3), террас – 40,6 (86,5 м3);2) «Старый жёлтый», жилых помещений – 82,23 (175,2 м3), террас – 9,22 (19,6 м3);3) «Зелёный дом», жилых помещений – 62,12 (132,3 м3) террас – 6,89 (14,7 м3);4) «Новый жёлтый», жилых помещений – 55,11 (117,4 м3) террас – 24 (51,1 м3). В списке, дома расставлены по размеру жилых помещений. В документе же, судя по всему, в зависимости от жилой пригодности, следующим образом: «Главный дом», «Новый жёлтый», «Зелёный дом», «Старый жёлтый». Схемы арендуемых хозяйственных построек не приводятся. В колонии проживало до 100 человек. Так же документ содержит важную деталь – смена адреса. Заявленный в 1923 году объект по улице Боткинская, в 1924-ом оказался на Репинской улице. Документ на листах 10-11: «Акт обследования Детской колонии «Вишнёвый сад» от 19 августа 1924 года» сообщает следующее: «Расположена на реке Клязьма Московского уезда, Пушкинской волости у посёлка Клязьминская Образцовая усадьба. Адрес Колонии: станция Клязьма Северных железных дорог, Репинская улица Колония «Вишнёвый сад». Заведующий – Борис Павлович Богородский. От Москвы Колония отстоит на 24 версты, от волости 5 вёрст, от станции Клязьма 1,5 версты. Владение бывшее Истомина. Эксплуатируется Детской Колонией МОНО (Московский Отдел Народного Образования) «Вишнёвый сад». Договора нет, есть ордер на пользование от МОЗО (Московский Земельный Отдел) №1830 от 21 марта 1923 года. В порядке землеустройства совхоз не отграничен. Земли Колония имеет приблизительно по фактическому пользованию 10 (десять) десятин». Итак, речь идёт об одной территории, но в 1923-24 годах происходит смена волостного центра с Пролетарского на Пушкинский и название улицы с Боткинской на Репинскую. Репинская, одна из коротких улиц в Клязьме, всего 250 метров, перпендикулярно железной дороге связывающая улицы Чайковского и Боткинская - 1800 метров и вливающаяся в последнюю. При этом, память выдающихся живописцев запечатлена здесь ещё двумя улицами. Посредине Репинской, параллельно железной дороге к ней примыкает улица Айвазовского (270 метров). Последняя с другой своей стороны Т-образно соединяется с улицей Верещагина (276 метров на 1913 год). Илья Ефимович Репин (1844-1930), Иван Константинович Айвазовский (1817-1900) и Василий Васильевич Верещагин (1842-1904) образовали в Клязьме квартал великих художников. Новое название улицы Боткинской - Репинская сохранялось как минимум до апреля 1928 года. В списке муниципализированных дач посёлка Клязьма Пушкинской волости дома Истомина указаны именно по улице Репинская: №№ 46,47,48,497. С одной стороны, логика ясна - в советской Клязьме и улица Лейб-медика - врача царской семьи? С другой, Сергей Петрович Боткин (1835-1889) – одна из самых социалистических фигур второй половины XIX века, о чём подробно было сказано в 5-ой части данной публикации.- https://pushkino.tv/news/kray-rodnoy/180760/?ysclid=ma9s9j8kth752927064 Достаточно вспомнить московскую больницу его имени. В декабре 1920 года, в рамках празднования 10-летия Солдатенковской больницы, Московский совет постановил переименовать её в больницу имени С. П. Боткина. Но, как выяснилось, в истории с клязьминской улицей дело было не в Боткине. 22 мая 1924 года на заседании Политбюро ЦК РКП(б) Генеральным секретарём ЦК РКП(б) Иосифом Виссарионовичем Сталиным (1878-1953) была поставлена задача вернуть Репина в СССР. Формально это выражалось в резолюции: «Разрешить Репину вернуться в СССР, поручив товарищам Анатолию Васильевичу Луначарскому (1875-1933) и Илье Ионовичу Ионову (1887-1942) принять соответствующие меры». Позже в ноябре 1926 года стимулируя 82-летнего художника вернуться из Финлядии, куда, кстати, он не сбегал, а жил в купленном имении с 1900 года в Куоккала – тогда ещё Российской Империи, член ЦК ВКП(б) Климент Ефремович Ворошилов (1881-1969) написал Илье Ефимовичу письмо, где лаконично выразил заинтересованность Советского государства в его персоне. Здесь Ворошилов подчёркивал: «Решаясь переехать на Родину, вы не только не делаете личной ошибки, но совершаете поистине большое, исторически-полезное дело». Репин не вернулся, однако в мае 1924-го администрация посёлка Клязьминская Образцовая усадьба поспешила отозваться на резолюцию восходящего вождя увеличением Репинской улицы. Так же бросается в глаза практика, которую, как правило, приписывают коммунистам, подчёркивая при этом их навязчивость – называть улицы именем живых ещё персонажей. Вот вам другой пример - Репинская улица в Клязьме. Как минимум 28 лет, считая от 17 апреля 1902 года – дня первого Общего Собрания учредителей Общества благоустройства посёлка Клязьма, эта улица сосуществовала со своим заслуженным героем. Из них 15 лет до 1917 года. В ЦГА Московской области удалось разыскать ситуационный план бывшей дачи Истомина с архитектурными чертежами всех его построек на 1924 год «ПЛАН д/колонии «ВИШНЁВЫЙ САД» при Клязьме по Северной жел-дор.»8 . Всё те же четыре жилых дома под литерами «1-4»:1) «Главный дом» общей площадью 85,25 квадратных сажени (181,6 м2) двухэтажный деревянный, используется как общежитие детей; 2) «Зелёный дом», 35,67 (76 м2), одноэтажный деревянный, квартиры администрации; 3) «Новый жёлтый», 65 (138,5 м2), двухэтажный деревянный, квартиры администрации; 4) «Старый жёлтый», 36,45 (77,6 м2), одноэтажный деревянный, общежитие детей; Пару зданий с незначительной площадью: 15 (32 м2) и 5,75 (12,3 м2) под литерами «А» и «Б» так же являлись жилыми - квартирой технических служащих и прачечной. Остальные восемь были «надворными постройками: «К» - конюшня, «В», «С», «N», «М» и «Е» - дровяники, «Д» и «е» - сараи. В связи с фотографиями из альбома Абрикосовых нас интересуют двухэтажные дома, которыми оказались : «Главный» и «Новый жёлтый». Здания, в соответствии с ситуационным планом, располагались вдоль течения Клязьмы на равном от неё удалении, что вполне соответствует изображению на снимках 1892-1895 годов. Но почему же «располагаЛИСЬ», вдруг, что-либо да уцелело. Выезжаем на место. В данной локации сегодня находится пугающее своей монументальностью строящееся здание. По данным архива БТИ эта территория с 1940 года принадлежала НКИД СССР (Народный Комиссариат Иностранных Дел), а затем его приемнику (1946) МИД СССР. По извилистой тропе, огибая мидовское сооружение, неожиданно встречаем старое деревянное двухэтажное здание. Это жилой дом №22А по улице Боткинская. Рядом с ним, на самом краю обрыва обнаруживаем остатки загадочного объекта из кирпича – скорее всего, фундамент небольшого сооружения, возможно беседки с возможностью удобного спуска к реке. В том же архиве находим план этого здания внешне напоминающего «Новый жёлтый дом» истоминской Дачи и получаем подтверждение нашего предположения. Полное соответствие контуров и размеров. Единственно, дом лишился привлекавшей наше внимание башни, точнее её вершины. В отношении башен важно заметить. Двухэтажные дома дачи Истомина, в 1892-ом, имели по одной башне обращённой одна к другой, то есть внутрь усадьбы. Здания, таким образом, имели идентичную планировку, зеркальную друг по отношении к другу. При этом кровля одной из башен – «Нового жёлтого дома», имела шашечный рисунок. К 1895 году «Главный дом» обретает вторую башню. Теперь есть привязка, позволяющая точно расположить ситуационный план на современной карте. Совмещаем «Новый жёлтый дом» на плане 1924 года, с домом 22А по Боткинской с современной кадастровой картой и видим где именно располагались строения дачи Михаила Алексеевича Истомина. При этом, наш маршрут от Боткинской улицы до дома 20А, запечатлённый выше на видео, пересекает истоминский участок по диагонали. Где же разыскать фотоархив Истоминых, если даже потомки - Миловановы ничем, в этом отношении, не смогли обогатить работу Владимира Парамонова? С апреля 2024 года я знаком с правнуком пушкинского дачника, человека-Оранжереи, Леонтия Леонтьевича Цургозен (1852-1932) – Леонидом Александровичем (1941 г.р.). Леонид Александрович, будучи членом-коресспондентом АИН РФ, кандидатом химических наук, старшим научным сотрудником много времени и сил уделяет истории своей семьи. О Леонтии Леонтьевиче достаточно, но далеко не исчерпывающе было сказано в 6-ой части данной публикации. Помимо Цургозен предки Леонида Александровича представлены семьями: Кавериных и Белкиных. Как только старший Цургозен был явлен пушкинской публике, я стал ломать голову каким образом познакомить её с увлекательнейшей историей и Кавериных-Белкиных. Теперь же не хватало сил оторваться от Михаила Алексеевича Истомина. С магнетизмом в поиске мне приходилось сталкиваться не раз. Люди прошлого продолжают жить, и когда мы ищем их - идут нам навстречу. Шёл, как оказалось, и Истомин… Периодически переключаясь на остальных предков Леонида Александровича Цургозен, я вновь и вновь возвращался к Михаилу Алексеевичу. Вернувшись в 10-ый раз, решил поискать метрические документы Истоминых с целью выявления родственных им семей – фотоархив которых, мог и сохраниться. Тут выясняется, что с Истоминым рука об руку шли цургозенские Каверины… Метрическая запись о браке Михаила Алексеевича Истомина за № 6 от 17 октября 1893 года в книге Пречистенского сорока города Москва Духосошественской у Пречистенских ворот церкви: «Московский второй гильдии купеческий сын Михаил Алексеевич Истомин, православного вероисповедания, первым браком, 23 лет и Дочь Московского первой гильдии купца Александра Павловича Каверина девица Лидия Александровна Каверина православного вероисповедания, 18 лет»9. Поручителями брака были: «По женихе – мать его родная Московская купчиха Александра Николаевна Истомина… По невесте – отец ея родной Московский первой гильдии купец Александр Павлович Каверин…». Тут же звоню Леониду Александровичу: «Лидия Александровна Каверина ваша?». «Конечно, наша… Истомина…, и доживала в нашей семье. Хорошо помню прогулки с ней в детстве и хоронили её - мы… А портрет Лидии Александровны всегда висел у нас на стене, и висит до сих пор» - отвечает мне мой друг Цургозен. Вот такой поворот… Александр Павлович Каверин (1850-1924) – Московский купец 1-й гильдии – фабрикант, Потомственный Почетный Гражданин, Московский домовладелец, Выборный Московского биржевого общества, Почетный член Совета Дома призрения и ремесленного образования бедных детей в Санкт-Петербурге. После смерти отца, Павла Дмитриевича Каверина (1822-1893), пешком пришедшего в Москву в 1840 году из уездного города Сапожок Рязанской губернии, Александр Павлович становится совладельцем Московской фабрики шерстяных изделий «П.Д. Каверинъ и Ко». Согласно «Атласу мануфактурной промышленности Московской губернии» за 1872 год фабрика была основана в 1867 году. Трудилось на ней 182 мужчины и 16 малолетних за 180 станками по производству «фая полушерстяного, викторина и тибета» с годовым оборотом - 182000 рублей. Для сравнения, основанная в 1843-м фабрика Евгения Ивановича Арманд в Пушкино, производившая в то же время - тот же товар, имела 475 станка, за которыми стояло 318 мужчин, 365 женщин и 156 малолетних с годовым оборотом в 383104 рублей. Удивительно, что Каверин почти не использовал детский труд, а женский и вовсе. Вероятно, это являлось следствием того, что Павел Дмитриевич знал детскую долю . В семье его родителей было 24 ребёнка. Что же касается женщин, в 1908-1909 годах на 3-й Мещанской Александром Павловичем, по проекту архитекторов Александра Ивановича Рооп (1864-после 1913) и Ивана Андреевича Герман (1875-1933), был выстроен гинекологический корпус Старо-Екатериненской больницы, получивший имена: «А.П. и Е.В. Кавериных». Екатерина Васильевна Каверина (урождённая Гусева) (1850-1940) – супруга Александра Павловича происходила из Богородских старообрядцев, жителей легендарных Гуслиц. Её отец – Богородский купеческий племянник Василий Фёдорович Гусев (1823-1853) 2 июля 1845 года в Воскресенской села Гуслиц церкви венчался с средней дочерью священника Покровского храма села Запонорье Ивана Ивановича Скворцова (1801-1853) – девицей Верой Ивановной Скворцовой (1828 г.р.)10. Запонорье или «Заход» расположенное к западу от Гуслиц входило в ареал старообрядческих населённых пунктов с общим названием «Гуслицы». « Мы – «Заход», без «Захода» нет Гуслиц» - любили повторять жители Запонорья. В 1853 году холера унесла жизни мужа и отца Веры Ивановны, оставив её 24-летней вдовой с тремя детьми: Анной - 4 лет, Екатериной – 3 лет и годовалым Николаем11. Екатерина Васильевна Гусева родилась уже в Москве 9 ноября 1850 года в приходе Сретенского сорока церкви святителя Николая в Столпах12, так как в 1849 году отец с дядей Семёном Егоровичем Гусевым (1807 г.р.) и родным братом Иваном (1828 г.р.) стал Московским купцом Новогородской слободы13. После смерти отца Вера Ивановна Гусева 20 июля 1855 года венчалась с Московским Большой садовой слободы мещанином Александром Ивановичем Капустиным (1822-1857). Таинство совершилось в родной для неё церкви Богородского уезда Покрова Богородицы села Запонорье14 Но и этому браку суждено было закончиться смертью супруга. В 1860 году Вера Ивановна Капустина в третий раз выходит замуж. На сей раз её избранником стал, перешедший в Московское купечество Ряжский мещанин Иван Иванович Кочедыгов (1831-1899). Окончила свой многотрудный земной путь Вера Ивановна Скворцова – Гусева – Капустина – Кочедыгова: в Московском приходе Замоскворецкого сорока Космо-Дамианской церкви в Кадашеве 4 апреля 1914 года15. Столь неожиданное отступление было сделано для того что бы оттенить подвиг мамы Екатерины Васильевна Кавериной – женщины слёзы которой не озлобили, а расширили её сердце. Последним местом жительства Веры Ивановны стал собственный дом в Денежном, сегодня Старомонетном переулке в приходе церкви Косьмы и Домиана близ Малого Каменного моста - с моста налево, за угол направо, первые ворота. Усадьба постройки Василия Ивановича Баженова (1738-1799) была куплена у разорившихся князей Прозоровских – из которых, в частности, происходила жена А.В. Суворова. Раз в месяц к этому владению выстраивалась очередь, как правило, тянувшаяся от самого Малого Каменного моста, около 100 метров, и состоявшая из нуждающихся в щедром подаянии Московской купеческой вдовы - Кочетыговой. Буква «Т» в последней фамилии Веры Ивановны сменила неудобную «Д» ещё при жизни Ивана Ивановича. Параллельно с отделением для женщин, Каверин с теми же зодчими строит в Старо-Екатериненской и новый Хирургический корпус. Напомним - последнему Лечебном учреждению отдал 51 год: 9 июля 1860 – 5 июля 1911, Николай Николаевич Розанов (1835-1911), а его сын, наш главный герой, Владимир Николаевич (1872-1934) – 16 лет: 1 сентября 1894-го – 1 сентября 1910-го, начав здесь свою блистательную хирургическую практику. Фабрика Кавериных располагалась напротив Старо-Екатериненской больницы по чётной стороне 3-й Мещанской улице, дома № 58, № 60 и, вместе с домом хозяина, занимала практически весь квартал до 2-ой Мещанской между Капельским и Больничным или Екатериненским переулками. Сегодня, это улица Щепкина , переименованная в 1962 -м, в честь жившего на ней актёра Михаила Семёновича Щепкина (1788-1863) - основоположника реализма в русском театре и улица Гиляровского, сместившая 2-ю Мещанскую четырьмя годами позже (1966) в память о легендарном жильце Владимире Алексеевиче Гиляровском (1855-1935) - «короле московских репортёров» и авторе выдающегося произведения «Москва и москвичи» (1926) . На 1 мая 1918 года за «Фабрично-Торговым Товариществом П.Д.Каверин» числилось 17 зданий16: 1) Каменное трёхэтажное здание крытое железом, занятое фабрикой; 2) Склады, дворницкая и погреб. Строение каменное одноэтажное крытое железом; 3) Котельная, машинная и слесарная. Строение каменное одноэтажное крытое железом; 4) Каменное трёхэтажное крытое железом, занятое квартирами семейных рабочих, складами и мастерской; 5) Строение каменное одноэтажное крытое железом, занятое кухней и столовой; 6) Сарай каменный крытый железом; 7) Фабричная туба; 8) Строение деревянное в один этаж с простым внутренним устройством, занятое квартирами; 9) Шатёр над весами деревянный крытый железом. Согласно приведённому документу непосредственно-занятое фабрикой каменное трёхэтажное здание г-образно соединяет в себе старый и новый корпуса. Фабричные сооружения Кавериных сохранились в значительном объёме: улица Щепкина: дома №58 строение 3, и по улица Гиляровского: дом № 47 строение 5, и дом № 47 строение 2 – надстроенный в советское время двумя этажами, который сегодня служит офисом Научно-исследовательского и проектного института Градостроительства Московской Области. Перед этим домом, левее, располагался скромный хозяйский дом. Сохранился ряд снимков этого здания. Уцелел и трёхэтажный дом под квартиры семейных рабочих по Больничному, прежде, Екатерининскому переулку, дом № 2. Все уцелевшие строения объединяет оригинальный фасадный рисунок. Поскольку, в этом квартале Каверины не только работали, но и жили, здесь располагался большой фруктовый сад, пруд и уникальная двухэтажная оранжерея с зимним садом, соединённая с домом хозяев закрытой галереей. Александр Павлович являлся ктитором Ново-Алексеевского женского монастыря в Красном Селе. В 1896-1899 годах на собственные средства на территории Старо–Екатерининской больнице им была воздвигнута двухъярусная церковь Иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость», где нижний храм посвящался небесному покровителю отца – святителю Павлу Исповеднику (350). Проект церкви был выполнен архитектором Владимиром Павловичем Десятовым (1855 — после 1924), который через четыре года станет зодчим хорошо известной жителям Пушкино Покровской церкви в селе Черкизово (1903). Каверин стал ктитором и Скорбященского храма Старо-Екатериненской больницы, с освящения в 1899-ом и вплоть до её закрытия в 1924 году. Трудно обойти вниманием и беззаветную любовь Александра Павловича к музыке, памятником которой стало легендарное учебное заведение – «Российская академия музыки имени Гнесиных». После еврейского погрома в Ростове-на-Дону, разразившегося 10 мая 1883 года, именно Каверин помогает дочерям ростовского раввина Фабиана Осиповича Гнесина (1837-1891) перебраться в Москву и получить музыкальное образование. В 1884-ом Александр Павлович принимает в свой дом старшую - Евгению Фабиановну, а на следующий год – Елену Фабиановну, которые были ровесницами его дочерей: Анны (1871-1957), Веры (1872), Лидии (1875) и Людмилы (1876). Домашний учитель сестёр Ковериных - Татьяна Васильевна Фигуровская (1851-1921), стала наставницей и сестёр Гнесиных: Евгении (1869-1940), Елены (1872-1967), Марии (1874-1918), Елизаветы (1876-1953) и Ольги (1881-1963). Впоследствии, Татьяна Васильевна практически заменит Гнесиным, оставшуюся в Ростове-на-Дону родную мать – певицу Бейлу Исаевну Флейтзингер-Гнесину (1838-1911) и скончается на их руках. Фигуровская станет и крёстной девочек. Известны две фотографии на которых запечатлены Елена Фабиановна Гнесина и Татьяна Васильевна Фигуровская во дворе перловской дачи Александра Павловича Каверина в 1910-ые годы. Семья Кавериных, безусловно, заслуживает отдельной публикации, которая непременно последует. Здесь же остановимся на том, что основатель фабрики Павел Дмитриевич Каверин (1822-1893) внёс значительный вклад в деятельность Императорского Православного Палестинского Общества, основанного в Российской Империи в 1882 году с целью содействия православному паломничеству на Святую Землю, а так же развития востоковедения и гуманитарного сотрудничества с народами Ближнего Востока. В 1885 году Павел Дмитриевич отправил в Палестину иконостас для храма Вознесения на Елеонской горе – с 1924 года Елеонский Спасо-Вознесенский монастырь . Наконец, перейдём к ключевому в нашей истории с Истомиными моменту, которым и было обусловлено погружение в историю семьи Кавериных – фотографии из архива Леонида Александровича Цургозен. Здесь вокруг самовара запечатлены старшие Каверины: Александр Павлович (1850-1924) (сидит в шляпе) и Екатерина Васильевна (1850-1940) (сидит 3-я справа) с дочерьми: Анной (1871 г.р.) (сидит по центру), Верой (1872) (сидит 2-я справа), Лидией (1875) (сидит 1-я справа), Людмилой (1876) (стоит) и зятьями: Сергеем Алексеевичем Белкиным (1866-1934) (сидит) и искомым Михаилом Алексеевичем Истоминым (1869-1930) (стоит). Род московских бояр Белкиных, берущий своё начало в 1267 году, по древности и знатности является вторым после Вельяминовых. Корнем и основателем семейного дела стали Алексей Ильич Белкин (1838-1894) и его супруга Любовь Михайловна, урождённая Ускова (1839-1907). Их старший сын - Сергей Алексеевич Белкин (1866-1934) – Действительный Тайный Советник, Потомственный Почётный Гражданин, владелец текстильного предприятия «А.И.Белкин и сыновья», член московского Коммерческого суда, попечитель Новиченковской богадельни. 20 февраля 1891 года «Московский 1-ой гильдии Купеческий сын Сергей Алексеевич Белкин, 24 лет в Иаковлевской, что в Казённой, церкви Ивановского сорока города Москвы, венчается с дочерью Московского 1-ой гильдии Купеческого сына девицей Анной Александровной Кавериной, 19 лет»16. Именно эта семья в роковые 20-ые приютит младшую сестру хозяйки - Лидию Александровну Истомину, тем самым, сохранив истоминский фотоархив. 24 июля 1893 года на свет появится Любовь Сергеевна Белкина (+1972)18, мужем которой 20 апреля 1914 года станет известный нам по 6-ой части данной публикации - Александр Людвигович Цургозен (1879-1940-ые) 19 – сын пушкинского дачника Леонтия Леонтьевича Цургозен (1852-1932). Удивительно, но семья Леонтия Леонтьевича, как и семья Розановых оказалась причастной к жертвенной любви приёмных родителей. Определением Московского Окружного Суда от 13 Марта 1910 года рожденный 7 октября 1888 года сын Германской подданной девицы Розалии Пфоль, римско-католического исповедания Александр был усыновлён бездетным Потомственным Почётным Гражданам: Людвигу Людвиговичу Цургозен и его законной супруге Марии Дмитриевне, с присвоением ему отчества и фамилии усыновителя20. О родной матери Александра Леонтьевича Цургозен удалось найти лишь следующее. Германская подданная Розалия Пфоль 1863 года рождения, согласно Билетам полученным в канцелярии Иностранного отдела московского Генерал-губернатора21, проживала в Москве с 23 октября 1885-го по 31 октября 1889-годов и с 10 декабря 1890-го по 22 января 1894 годов. При этом она имела следующие приметы: рост – ниже среднего, волосы и брови – русые, глаза – карие, нос и рот – пропорциональные, лицо – овальное. Ещё немного о Белкиных, вот фото этой семьи от 1916 года. Сидят слева на право: Александр Сергеевич Белкин (1896 г.р.), Сергей Алексеевич Белкин (1866-1934), Любовь Сергеевна Цургозен (1893 г.р.) у неё на руках первенец Леонтий Александрович Цургозен (1915 г.р.). Анна Александровна Белкина, урождённая Каверина (1872-1957), Екатерина Сергеевна Белкина (1898 г.р.). Стоят слева на право: Вера Сергеевна Белкина (1899 г.р.), Константин Сергеевич Белкин (1897 г.р.) и Лидия Сергеевна Белкина (1901 г.р.). 8 февраля 1917 года у Любови Сергеевны родилась дочь Марианна (+1999)22 – мама Леонида Александровича Цургозен. Лидия Александровна Истомина (1875-1968) была погребена со старшей сестрой Анной Александровной Белкиной (1872-1957) на 26-ом участке Пятницкого кладбища в Москве. Впоследствии, к ним были подхоронены Марианна Александровна (1917-1999) и дочь Анны Александровны долгожитель - Вера Сергеевна Белкина (1899-2000). Эффектным стартом демонстрации истоминского фото-архива станет снимок с Любовью Сергеевной Белкиной верхом на лошади у знакомого нам по архиву Абрикосовых одного из домов с башней – «Нового жёлтого». Именно это здание, единственное сохранившееся до наших дней, свидетельствует о точном местоположении дачи Истоминых. Перед нами башня с шашечной кровлей, а правее и ниже к реке, видимо, купол той беседки, кирпичное основание которой, также, представлено выше. Здесь необходимо озвучить состав семьи Михаила Алексеевича (1869-1930) и Лидии Александровны (1875-1968) Истоминых. Согласно Исповедной ведомости Пречистенского сорока города Москвы Духосошественской у Пречистенских ворот церкви за 1917 года в доме Истомина проживали: Московская купеческая вдова Александра Николаевна Истомина 70 лет, Московский купец Михаил Алексеевич Истомин 46 лет, жена его Лидия Александровна 41 года, дети их: Александра 20 лет, Екатерина 19 лет, Владимир 17 лет, Ольга 16 лет и Нина 15 лет23. Весьма уместно знакомство с уникальным, единственным в своём роде, снимком дореволюционного вида двора Истоминых в Москве, по Пречистенке. 1910 год, на переднем плане, в санях, Владимир Михайлович Истомин. Остальные снимки Истоминых выстроим в хронологическом порядке. 1) Лидия Александровна Истомина, 1893 год; 2) Лидия Александровна Истомина со старшей сестрой Анной Александровной Белкиной, 1893 год; 3) Лидия Александровна Истомина с первенцем – дочерью Александрой Михайловной, 1897 год; 4) Александра Михайловна Истомина, 1898 год; 5) Лидия Александровна Истомина с дочерью Екатериной Михайловной, 1899 год; 6) Александра и Екатерина Михайловны Истомины, 9 апреля 1900 года; 7) Лидия Александровна Истомина, 1908 год (то самое фото которое до сих пор висит на стене в доме Леонида Александровича Цургозен); 8) Нина Михайловна Истомина, Клязьма, 1910 год; 9) Екатерина Михайловна Истомина, 1910 год; 10) Лидия Александровна Истомина в Крыму с сёстрами и детьми, 1910 год. Слева на право: гувернантка Истоминых, Вера Александровна Каверина, Лидия Александровна, под ней Александра Михайловна Истомина, Владимир Михайлович Истомин, Людмила Александровна Каверина, Екатерина Михайловна Истомина.11) Нина и Ольга Михайловны Истомины, Клязьма, июль 1912 год; 12) Веранда «Главного дома» дачи Истоминых, Клязьма, 29 августа 1912 года. На обороте снимка подпись: «29 августа 1912 года. Ездили на Клязьму (снимок Шуры). Ходили на Шурино рождение (Ист.). Было очень весело: играли в теннис, ездили на лодке. С Клязьмы прямо проехали к Истоминым. Было же всего 17 человек. Н.С. не было, пришёл только вечером»; 13) Екатерина Михайловна Истомина, 4 января 1916 года; 14) Екатерина Михайловна Истомина, 1916 год; 15) Александра Михайловна Истомина, 1916 год. На обороте подпись: «Дорогой моей Любе на память от любящей её Шуры. 1916 г. 16 Января». «Люба» - Любовь Сергеевна Белкина, в замужестве Цургозен, фото которой открыло демонстрацию истоминских снимков. Сердечно благодарю Владимира Алексеевича Парамонова за прекрасный эпиграф к данной работе и моего соратника художника Андрея Гречу за визуализацию поиска. Продолжение следует. Ссылки: 1) РГБ, Р78/607; 2) Составитель М. М. Боиович «Члены Государственной думы (портреты и биографии) : Второй созыв, 1907-1912 г.» Москва : Тип. Т-ва И. Д. Сытина, 1907 - https://rusneb.ru/catalog/000199_000009_003732207/?ysclid=mg0psorn20465696558 3) Семейный архив потомков священников Назоровых из Саратовской губернии – https://forum.vgd.ru/?t=141450 4) ЦГА Москвы, ф.203, оп.780, д. 3721, л.31 (титул), 36об.-37; 5) ЦГА Москвы, ф.203, оп.780, д. 3533, л.359об.-360; 6) ТО по ГО Пушкинский ГБУ МО «ЦГАМО» ф.41, оп.2, д.149; 7) ЦГА МО, ф.5832, оп.1, д.1,л.59; 8) ЦГА МО, ф.966, оп.3, д.174, л.20; 9) ЦГА Москвы, ф.203, оп.776, д.358, лл.214об.-215; 10) ЦГА Москвы, ф.203, оп. 745, д.1664, лл.1418об.-1419; 11) ИВ 1853 год, ЦГА Москвы, ф.203, оп.747, д. 1647, л.617об; 12) ЦГА Москвы, ф.2126, оп.1, д. 631, лл.34об.-35; 13) РС 1850 год, ЦГА Москвы, ф. 51, оп. 8, д.519, лл. 585об.-586; 14) ЦГА Москвы, ф.203, оп.745, д.1935, л.305об.306; 15) ЦГА Москвы, ф. 2121, оп.2, д.101, лл.188об.-189; 16) ЦГА Москвы, ф.334, оп.1, д.452, лл.129-129об.; 17) ЦГА Москвы, ф.203, оп.776, д.1169, лл.122 об.-123; 18) ЦГА Москвы, ф.203, оп.776, д.1169, лл.213 об.-214; 19) ЦГА Москвы, ф.203, оп.782, д.215, лл.64 об.-65; 20) ЦГА Москвы, ф.203, оп.768, д.154, лл. 122об.-123; 21) ЦГА Москвы, ф.16, оп.235, д.3863; 22) ТО по ГО Пушкинский ГБУ МО «ЦГАМО» ф.14, оп.2, д.20, л.175; 23) ЦГА Москвы, ф.2125, оп.1, д.1310, л.2.Андрей Дударев