Усадьба барона фон Мекка. О сколько историй, сколько судеб видели эти стены. Как много разных событий переплетено в этом уникальном месте.
В этой статье я расскажу о владельцах этой усадьбы. О том, как она связана с масонами, как здесь оказались дети-сироты с Волги и при чем тут знаменитый русский композитор Пётр Ильич Чайковский. Также в конце будет ссылка на видеоверсию.
Но давайте обо всем по порядку. Дворянский род фон Мекк берет своё начало с 15 века. Известность в России этому роду принесли несколько его представителей. В частности Карл Федорович фон Мекк и Надежда Филаретовна фон Мекк (урожденная Фраловская), которые являлись родителями последнего хозяина этой усадьбы Максимилиана Карловича фон Мекка из их рода.
Карл Федорович фон Мекк прославился тем, что из обычного госслужащего стал буквально одним из богатейших людей Российской империи. Он был первостроителем частных железных дорог в России. В прессе династии фон Мекк отвели звание -"железнодорожных королей" второй половины XIX века. В юности Карл Федорович окончил Императорский инженерный институт в Санкт-Петербурге с отличием, а затем поступил на службу в Ведомство путей сообщения. Карьера у Мекка складывалась отлично. Волею судьбы в 1846 году он оказался в рабочей командировке в Смоленской губернии, где ему предстояло руководить строительством участка железной дороги. Вскоре, находясь в гостях у местного помещика-дворянина Фраловского он обратил внимание на его пятнадцатилетнюю дочь Надежду Филаретовну Фраловскую. Она была высокой стройной девушкой, её стать и притягательные жгуче-черные глаза в миг очаровали молодого фон Мекка. Упускать свою возможность Карл Федорович не стал и через некоторое время сделал предложение руки и сердца молодой особе, но юная Надежда тактично его отвергла. Лишь спустя два года, после неоднократных попыток со стороны пылающего любовью фон Мекка его мечта сбылась и сердце прекрасной Надежды также прониклось любовью к нему. Они обвенчались. В браке у них родились 18 детей, из которых семеро умерли в младенчестве.
Надежда Филаретовна родом из Смоленской губернии. Её детство и юность прошли в родовом гнезде - отцовской помещичьей усадьбе в деревне Сырокоренье Рославльского уезда. Её отец Филарет Васильевич увлекался игрой на виолончели и с малых лет Надежда прониклась этим чудесным искусством. Трепетная любовь к музыке и музыкальный талант передались некоторым из её детей, а также свели её со знаменитым композитором Чайковским. В раннем возрасте Надежда пережила утрату, её мать Анастасия Дмитриевна скоропостижно скончалась. После этого отцу часто приходилось брать в различные поездки Надежду. Вместе с ним она побывала во многих городах Европы, а страсть к путешествиям у неё осталась на всю жизнь.
Через некоторое время после свадьбы молодая семья фон Мекк стала испытывать финансовые трудности. К тому времени у Надежды Филаретовны родилось пятеро детей, а чиновничьего жалования Карла Федоровича в размере 1500 рублей в год катастрофически не хватало для содержания семейства. От матери Надежда Филаретовна унаследовала деловую хватку и сильный характер. В 1860 году Карл фон Мекк, по наставлению жены, оставляет государственную службу. В те годы в Российской империи начинает набирать обороты строительство железных дорог по частным подрядам. В том же 1860м начинается строительство участка железной дороги Москва-Коломна. Подряд по земляным работам на данном участке получил Карл фон Мекк. Благодаря его организаторским качествам и инженерным способностям строительство вышеуказанного участка железной дороги было завершено всего за два года. Российское правительство понимало экономическую значимость данного направления деятельности и предлагало контракты на выгодных условиях. В дальнейшем, участие в государственных контрактах приносит фон Мекку миллионы рублей. Его немецкая педантичность и преданность своему делу позволяла с успехом завершать сложные и тяжелые стройки в срок. Помимо предпринимательской деятельности он занимался и благотворительностью. Помогал бедным, жертвовал различным организациям для поддержки студентов в множестве учебных заведениях, спонсировал различные выставки, приобрел землю и пожертвовал её под строительство православного Го́рненского Казанского монастыря и многое другое. В 1876 Карл Федорович скоропостижно скончался в результате сердечного приступа. Все его дела и имущество перешло по наследству Надежде Филаретовне фон Мекк. Не смотря на свалившееся на неё горе и целую гору новых для неё обязательств она с успехом продолжила дело своего почившего мужа. Трепетная любовь к музыкальному искусству и большое финансовое состояние позволило воплотить желание Надежды фон Мекк помогать различным начинающим музыкантам и композиторам, а также другим талантливым людям. В частности она начинает оказывать значимую финансовую поддержку композиторам — Николаю Рубинштейну, который в то время возглавлял консерваторию, и начинающему Клоду Дебюсси, наставнику по музыке дочерей и сыновей фон Мекк, Генрику Венявскому, который перед смертью жил в одном из домов Надежды Филаретовны, братьям Владиславу и Генрику Пахульским.
Но особую известность покровительнице искусств - фон Мекк принесла связь с тогда еще малоизвестным композитором Петром Ильичем Чайковским. Их знакомство началось в декабре 1876 года. Письмо от незнакомой отправительницы, в котором она выражала восхищение его музыкой и предлагала Чайковскому выполнить за вознаграждение определенную музыкальную работу, очень удивило его. Сложное материальное положение, долги и неподдельный интерес к новой незнакомке подтолкнули его быстро взяться за дело. С этого и началась их дружба по переписке, которая продолжалась 15 лет и составила более чем 1200 писем! Спонсорство фон Мекк позволило Чайковскому оставить профессорскую деятельность, также дало возможность посещать различные страны и посвятить все свои силы творчеству. В настоящее время большая часть писем из их переписки хранится в музее Чайковского в городе Клин. Удивителен тот факт, что за всю многолетнюю дружбу Чайковского и Надежды фон Мекк они так и ни разу не встретились. В знак признательности Чайковский посвятил свою 4-ю симфонию Надежде Филаретовне. Его траурный марш (ныне утерянный), написанный в 1877 году, и 1-я сюита для оркестра, также посвящены ей. В 1890м году положение дел и различные обстоятельства пошатнули финансовое положение Надежды фон Мекк. Возможность как и раньше поддерживать Чайковского пропала, о чем она с сожалением сообщила ему в очередном письме. В ответ на сообщение о прекращении выплат, заканчивавшееся словами «вспоминайте обо мне иногда», Чайковский пишет 22 сентября 1890 г. :
«...Я рад, что именно теперь, когда уже Вы не можете делиться со мной Вашими средствами, я могу во всей силе высказать мою безграничную, горячую, совершенно не поддающуюся словесному выражению благодарность. Вы, вероятно, и сами не подозреваете всю неизмеримость благодеяния Вашего! Иначе Вам бы не пришло в голову, что теперь, когда Вы стали бедны, я буду вспоминать о Вас иногда!!! Без всякого преувеличения я могу сказать, что я Вас не забывал и не забуду никогда и ни на единую минуту, ибо мысль моя, когда я думаю о себе, всегда и неизбежно наталкивается на Вас.
Горячо целую Ваши руки и прошу раз навсегда знать, что никто больше меня не сочувствует и не разделяет всех Ваших горестей.
Ваш П. Чайковский».
Увы, но после этого их общение прекратилось. Умерла Надежда Филаретовна от туберкулеза в начале января 1894 года, пережив Петра Ильича Чайковского лишь на несколько месяцев. И была похоронена в семейном склепе на кладбище Ново-Алексеевского монастыря в Москве.
Далее пойдет разговор о последнем из Мекк владельцев данной усадьбы в Хрусловке. Максимилиан Карлович фон Мекк, один из детей Карла и Надежды фон Мекк. Эта земля была подарена Максимилиану в 1888 году. Достигнув совершеннолетия в 1890м и получив свою часть наследства отца, он решает построить в этом месте дом. Архитектором здания является Сергей Александрович Экарев, по его проекту местным подрядчиком по строительству выступил Борис Жулдыбин. В 1891 году фон Мекк поступил на службу в Министерство иностранных дел. Впоследствии стал успешным дипломатом. Работал в США, Европе, Великобритании. В 1911 году ушел в отставку с государственной службы и переехал в Ниццу. Еще с юношества Максимилиан увлекался спиритуализмом, а уже в зрелом возрасте был членом многих модных тогда спиритических обществ. После переезда в Европу он с головой окунается в различные масонские учения, спиритуализм, мистицизм и др., там же он знакомится со своей гражданской женой Элизабет Ватсон, которая являлась практикующим медиумом. После революции, при новом большом притоке русских в Париж, Максимилиан фон Мекк организовал собственную ложу, также был членом других масонских лож. Например в 1919 в ложе Космос сделал доклад «О психологии большевизма».
Является автором следующих книг:
«Краткий исторический очерк современного спиритуализма» (1906),
«Гармоничные мысли. 1904–1907» (1913),
«Метапсихизм и оккультизм: двенадцать лекций» (1928),
«Эзотерика и выживание: этюды современного мистика» (1930),
«Мистическая жизнь Максимилиана фон Мекка» (1931).
Скончался 15 мая 1950 года. (дата тоже с налетом мистики, как много цифр 5!).
Послереволюционный период в истории этой живописной усадьбы не менее интересен, чем предыдущий. С 1923 года в усадьбе расположился детский дом им Фомина. Благодаря дневнику одного из сотрудников этого детского дома, а именно Николаю Никитичу Соломенцеву можно много узнать о жизни усадьбы и новых её обитателей. Николай Никитич вместе с женой и детьми переехал сюда в 1923 году и заселился в один из домиков на территории усадьбы. Запись в его дневнике по прибытии сюда:
«Это красИвейшее место. В центре усадьбы белеет двухэтажный дом. С восточной и северной стороны находится парк из толстых лип. С южной и западной почти в плотную к нему примыкают фруктовые сады. В западной части сад спускался и примыкал к дороге, мощенной булыжным камнем. За дорогой начинался огород, огибаемый с трех сторон рекой Осётр. В разных местах усадьбы находились служебные домики и хозяйственные пристройки. К одному такому домику, стоящему на окраине усадьбы, я в апреле месяце в погожий день подвез на подводе свою семью…»
В то время в детском доме находилось 70 детей и 20 человек обслуживающего персонала. Хозяйство детского дома было пущено практически на самотек, приусадебные огороды пустовали, луга окашивались деревенскими, хотя на балансе в то время состояло две лошади, которые из-за скудного питания были очень худыми. Санитарное состояние также было плачевным, дети лохматые и грязные, в оборванной одежде. Во время празднования юбилея годичного существования детского дома всё приводилось в порядок. Вот как вспоминает об этом Николай Соломенцев: «К этим дням из города завозили много продуктов и из них варилось, пеклось, жарилось много разных блюд. В самые дни съезжались множество гостей из города. По всей усадьбе начинались гуляния, у дома играл баянист. Потом и гости, и хозяева садились за накрытые в зале дома столы и начинались речи и угощения. Дети детского дома с жадностью все уничтожали, что им подавали, они чище выглядели – на них чистенькие платья, рубашки. Выражение на их лицах были радостные.»
Через полтора года в детском доме сменилось руководство, был обновлен воспитательский состав. Руководителем стал Павел Семенович Трудолюбов. Это дало свои плоды. Жизнь дома изменилась в лучшую сторону. Стали организовываться различные кружки, из города начала приезжать передвижная библиотека. Драмкружок стал давать спектакли, на которые часто собирались деревенские жители. Для детей организовали столярную, швейную и сапожную мастерские. Появилась пасека. Восстановили оранжерею для выращивания ранних овощей и цветов. Занялись животноводством, завели коров, свиней, овец, кроликов. Также стали обрабатывать фруктовые сады и накашивать траву для животных. Детский дом быстро стал пользоваться авторитетом среди местного деревенского населения, о нем заговорили в городе и области, он стал ежегодным участником районных с/х выставок. Налаженный порядок и размеренную жизнь детского дома нарушил трагический случай, который произошел там в 1928 году. В детский дом был заново принят один воспитанник – Алеша Лягушкин, который ранее устроил дебош, за что был лишен свободы на три месяца. Заведующий его принял, дал ему второй шанс. Прошло время, воспитателям показалось, что Алеша влился в коллектив и стал жить, соблюдая порядки и обязанности детского дома. Но 2 декабря 1928 года случилась беда. Утром началась какая-то суета. Прибежали ребята с криками:
- Пожар, пожар! Горят конюшни.
- Смотрите, смотрите, горит рига!
Рига это такое небольшое хозяйственное помещение для сушки. На место пожара прибыл председатель райисполкома. Он сообщил, что поджёг совершил Лягушкин. А затем побежал к железной дороге и бросился под колеса проходящего пассажирского поезда. Поезд остановился. Из него вышли пассажиры. Из-под вагона извлекли человека. Ноги у него были отрезаны, но он ещё был жив. Это и был Алеша Лягушкин. От боли он страшно кричал и ругался. Но, когда он успокоился, то успел сказать, что это он совершил поджог в детском доме и что все подробности указаны в письме, находящемся при нём. Письмо извлекли. Оно было в целости. Из письма узнали, что воспитанник детского дома Алексей Лягушкин был сирота. Его отца, участника эсеровского восстания в 1918 году, расстреляли, и поэтому он и решил мстить советской власти за отца. Он мстил чем мог. Летом 1927 он попробовал совершить поджёг главного здания детского дома, но не удачно. Поэтому же он и участвовал в дебоширстве. И, выйдя из тюрьмы и устроившись снова в детский дом, он решил прежде убить одного воспитателя и рабочего, в отместку за то, что на суде они были главными свидетелями и что только из-за них он попал в тюрьму. Это намерение ему выполнить не удалось, т.к. у него не оказалось хорошего оружия. А после решил сделать поджог. Под поезд он бросился из-за отчаяния, он болел и вскоре мог полностью ослепнуть, так и жизнь ему стала не мила. Об этом он написал в своей записке.
Этот и многие другие случаи более подробно описывает в своих воспоминаниях Николай Никитич Соломенцев. Можно почитать по ссылке.
После посещения подобных мест у меня сложилось впечатление, что помимо всего остального современная Россия находится в глубоком духовном кризисе. Всё величие прошлого нашей страны разбивается о стену равнодушия настоящего. Утрачивая подобные объекты мы просто разрываем связь поколений. Изо всех рупоров нам, обычному народу, вещают о патриотизме, а где он этот патриотизм? Глядя на эту усадьбу и множество подобных ей закрадывается мысль, что патриотизм лишь пустое слово для чиновников, которые ответственны за утрату подобных памятников культуры, исторических мест с богатейшей историей. Глядя на все эти развалины всё больше убеждаешься, что разговоры по центральным каналам о русской культурной идентичности - лишь трёп и замыливание глаз на сложившуюся ситуацию. Пора уже очнуться…
Видеоверсия: https://youtu.be/l2NqxZeNhlk?si=QoYCoAcUz0u4DWUi