Приключенческая повесть
Все части повести здесь
Когда они с Агнией уходят, мы с Ромашкой устраиваемся в песочнице и начинаем строить замки – это наше любимое с ним занятие. Недалеко от нас трутся животные – им лезть в чистый песок строго запрещено – для них Вадим построил отдельную, и теперь что собаки, что Бегемот, иногда очень любят там поваляться. Хан периодически скулит, и я прекрасно понимаю, в чем тут дело – он давно не видел своих подружек лис, и наверняка, скучает по ним, только вот пойти в сторону дома китаянок наверное не решается, потому что чувствует, что там достаточно опасно.
Агния возвращается тогда, когда в нашей песочнице выстроен великолепный замок, со множеством подземных ходов и выходов, а вершину украшает яркий флаг из коллекции Ромашкиных игрушек. Глядя на наше монументальное сооружение, она кривится и говорит, тыча в него пальцем:
Часть 35
– Ну, и что это? Вернее, кто? – спрашиваю я у Агнии.
– Ася, разуй глаза! – говорит Агния – вот Мин, а это ее кавалер, тот самый, которого мы видели в ночном клубе.
– О, так у них отношения! – удивляюсь я – они целуются!
– Именно! Но это еще не все! Они пили кофе, сидя на скамейке около дома, в котором Мин снимает квартиру, а потом выкинули стаканчики в урну. Я их подобрала.
– И что? Как мы сделаем анализ ДНК? Придем в лабораторию и скажем: «Вы можете сделать анализ ДНК абсолютно посторонних нам людей?». Сама подумай, в какое далекое путешествие ты пойдешь после этого предложения!
Агния протягивает руку и стучит кулаком мне по лбу.
– А Лелик мой на что? У него, между прочим, знакомых масса! И в лабораториях тоже. А здесь нужен всего лишь тест на родственную принадлежность, так что думаю, он сумеет договориться, тем более, я ему уже и стаканчики эти отдала!
– Ну, ты молоток! – говорю я восхищенно – вырастешь – кувалдой будешь! Значит, Саюри не знает, что у ее дочери любовь, а если бы узнала, скорее всего, точно это не одобрила бы, потому что иначе... Иначе Мин не за чем было скрывать свои чувства, наоборот, она бы советовалась с матерью и доверяла бы ей, все-таки первая любовь. Еще один момент – тот мужик, которому наши парни носят рога – хвосты – копыта точно знает Саюри, но скорее всего, цель у них одна, но каждый из них будет стараться забрать книгу себе. В общем, в этой книге, – следи за руками – которая не работает без всех этих составляющих заинтересованы: сама Саюри, этот «хозяин», которого мы не знаем и... И кто-то третий...
– Я думаю, что это Мин – говорит Агния.
– А цель?
– Мне кажется, она хочет обойти маменьку и самой стать правительницей клана Ху наперед ее. Или... сделать правителем своего этого кавалера, если влюблена в него, как кошка.
– Хорошо, а причем тут тогда эта неизвестная, которая босиком, в парике и хвостах, бродит по нашим лесам? Она-то чего хочет?
– Скорее всего, работает на этого же самого хозяина, да и все.
– А ты не пыталась следить за этим самым возлюбленным Мин?
– Он сел на мотоцикл и уехал, а мой был далековато – когда я до него добежала, этого возлюбленного уже и след простыл.
– Интересно все же – где книга...
– Кстати, знаешь, по поводу термометра в этой самой кладовой, где ты коробочки нашла... Лелик сказал, что необходимо устанавливать там температуру, для семян. Они должны храниться при определенной, структура у них нежная, чтобы правильно расти и развиваться, необходимо уже на стадии хранения семян поддерживать температуру в порядке.
Итак, Эд был следующей «жертвой». Еще спасибо надо сказать, что они мужчин наших не убивают, видимо, а то после того, как им трофеи приносят в виде рогов, копыт и голов, могли бы и убивать, как бы это жутко не звучало. Но где же все же Марк?
Вадим снова в городе, потому мы с Агнией занимаемся делами, а после сидим в беседке, я с бумагами из фермы, Агния плетет браслет из плотной кожи на запястье. В последнее время у нее это стало чем-то вроде увлечения.
– Хорошо бы было за этим парнем проследить – говорю я задумчиво – узнать, кто он такой, где живет, чем вообще дышит.
– Мне кажется, он тоже японец... И вообще... что-то у них есть общее с Мин, словно они брат и сестра, а вовсе не возлюбленные.
– Теперь мы хотя бы знаем, как книга попала к Таисье, но возникает вопрос – как об этом узнала Саюри.
Агния пожимает плечом:
– Да обычно – отец Саюри нашел следы Таисьи, а дочь потом довершила дело – нашла саму Таисью, как бы та не пряталась.
– Отец Саюри умер.
– Ну, напасть на след он мог при жизни, просто Таисья скрывалась же – Саюри нужно было время, чтобы ее найти.
Сидя с бумагами фермы, я вдруг улавливаю какой-то непонятный звук, идущий со стороны ворот. Агния, глядя на меня, тоже начинает прислушиваться.
– Это у Анютки, что ли?
– По всей видимости. Что там за крики?
Мы идем к воротам, и слышим довольно громкий разговор троих – самой Анютки, отца Харитона и Эда. Этот-то как смог вырваться из лап заботливой Анфисы?!
– Анна, детка! – ласково увещевает ее отец Харитон – пойми, так будет лучше для всех! Китайцы внесут в ферму свои инвестиции, обеспечат новые рабочие места, денег у них – куры не клюют, а ты женщина, тебе замуж надо, детей рожать! Не в силах ты справиться с этой фермой, ой, не в силах!
– Вы что, с катушек слетели? – громко отвечает им Анюткин голос – не собираюсь я продавать ферму – она моя! И я прекрасно справляюсь! Так что в обратном вы меня не переубедите!
– Ань, ну правда! – это уже Эд – зачем тебе она? Одни заботы, хлопоты и растраты. Китайцы тебе за нее кучу бабла отвалят!
– Меня не интересует куча бабла! Я люблю свое дело и буду заниматься им, пока мне это не надоест!
Интересно, а где же тетка Дуня? Она бы сейчас быстро поставила на место и батюшку, и Эда!
Мы с Агнией переглядываемся и выходим за ворота. Нужно идти, спасать подругу.
– Что здесь происходит? – спрашиваю я, когда мы появляемся рядом с отцом Харитоном и Эдом – Эд, тебя Анфиса, наверное, потеряла!
Не успеваю я это произнести, как в конце улицы показывается встревоженная Анфиска, которая идет в нашу торону. Мужчины затихают.
– Так что происходит-то? – спрашивает на этот раз Агния.
– Бабушка в город уехала, а эти вон два... – Анютка кивает на мужчин – пришли и уговаривают меня продать ферму. Не знаю, что на них нашло. Это не их дело вообще...
– Ну как же не наше?! – начинает отец Харитон – кто же будет печься о прихожанах и своей пастве, как не я?
– Так, все, расходимся! – говорю я, подталкивая отца Харитона к тропинке, а Эда – в сторону приближающейся Анфиски – это ферма Ани, и только она вправе ей распоряжаться. Отец Харитон! Вам не кажется, что в последнее время вы суете свой нос в дела светские, которые вас абсолютно не касаются? У нас государство пока, слава богу, церкви не подчиняется, и поскольку этот бизнес принадлежит Анютке – она и только она вправе распоряжаться своим имуществом! Заметьте, ни вашим, ни моим и даже не имуществом деревни, а своим имуществом, которое представляет из себя ее ферма.
– Мы хотели, как лучше – бубнит отец Харитон и уходит.
– Как лучше они хотели! – хмыкает Анютка – видно же, что кто-то эту мысль им в башку втемяшил!
Подходит Анфиска и начинает причитать:
– Эдик, ну ты куда пропал? Я вся испереживалась! Пойдем домой – у тебя режим постельный, надо отдохнуть! Девочки, что тут происходит?!
Мы кратко рассказываем ей о том, что случилось, и она говорит возмущенно:
– Они точно с ума посходили! И ведь скорее всего, им и правда кто-то внушил это! Эд, пойдем! Эд послушно направляется за женой, насупившись, а Агния насмешливо говорит:
– Похоже, Анфиска его совершенно достала!
– Похоже на то! Честно говоря, она реально его кошмарит!
– Это называется – держать в ежовых рукавицах! Нам всем поучиться надо!
Не успеваем мы разойтись, как примерно через час Анфиска возвращается. Мы с Агнией вопросительно смотрим на нее – вид у нее встревоженный. Интересно, я и мои друзья когда-нибудь будем жить спокойно?! Что еще могло произойти всего лишь за час?!
– Девочки, не знаю – говорит она – значит это что-нибудь или нет, но мать и отец Марка бегают по всему Заячьему с очень встревоженным видом, и словно что-то ищут.
– Или кого-то – вставляет Агния – пойду, попытаюсь что-то разузнать.
– Пойдем вместе – говорит ей Анфиска – я до дому, у меня там ребенок с соседней детворой остался. Ась, можно, мы придем? Эда запру на замок, тем более, он спит.
– Конечно приходите, чего спрашиваешь?!
Когда они с Агнией уходят, мы с Ромашкой устраиваемся в песочнице и начинаем строить замки – это наше любимое с ним занятие. Недалеко от нас трутся животные – им лезть в чистый песок строго запрещено – для них Вадим построил отдельную, и теперь что собаки, что Бегемот, иногда очень любят там поваляться. Хан периодически скулит, и я прекрасно понимаю, в чем тут дело – он давно не видел своих подружек лис, и наверняка, скучает по ним, только вот пойти в сторону дома китаянок наверное не решается, потому что чувствует, что там достаточно опасно.
Агния возвращается тогда, когда в нашей песочнице выстроен великолепный замок, со множеством подземных ходов и выходов, а вершину украшает яркий флаг из коллекции Ромашкиных игрушек. Глядя на наше монументальное сооружение, она кривится и говорит, тыча в него пальцем:
– Я бы хотела такой. Но походу, там запутаешься в ходах – выходах.
– Узнала что-то?
– Ну, еще бы! В общем, Марку помогли бежать из больницы его мать и отец. Думали, залечат сына, психом сделают...
В этот момент открываются ворота и входит Анфиска с сыном, который тут же бросается в песочницу помогать Ромашке с дальнейшим строительством, и собственно, родители Марка с обеспокоенными лицами.
– Легки на помине! – говорит Агния, даже не пытаясь уменьшить громкость голоса.
– Асенька! – кидается ко мне мать Марка – что делать-то – не представляем мы с дедом!
– Так ваш муж – бывший участковый! – говорю я женщине – он же должен знать, куда его сын может пойти!
– Да мы представления не имеем! Он словно с ума сошел, Маркуша наш!
– А зачем вы ему из больницы помогли бежать? Он не долечился – по вашей, кстати, вине!
– Да мы думали – залечат, в психушку определят потом, и потеряем мы сына, Ася! Мы ведь не думали, что так-то оно будет! Горе-то какое!
– Мать его травками успокаивающими лечила – гудит отец Марка – высокий, грузный мужчина с седым ежиком волос – держали его в дальней комнате, она у нас закрыта постоянно, мать там все оборудовала! Он вроде как временами придет в себя, а потом снова про какую-то девушку с серебристыми хвостами, про трубку, которую курил, про голову медведя, про хозяина! Мы не понимали ничего, из того, что говорил он, думали, бред у него! Он же ведь нормальный – нормальный, а потом снова за свое! Мы уж серьезно опасаться начали, сами, что зря его забрали с клиники-то! Хотели обратно определить, а он со слезами – не отдавайте туда, с ума там сойду, колят меня там всякой гадостью, что мозги потом в тумане!
– Когда он исчез-то? – спрашиваю я.
– Да вот, три часа назад в окно вылез – и был таков, в сторону озера побег. Я, говорит, найду ту лису, которая по ночам у нас в лесу-то поет! И Аньку, говорит, заставлю ферму продать, и вообще – всех врагов уничтожу!
Мы с девчонками переглядываемся.
– Он точно с катушек съехал! – убедительно говорит Агния – большой ошибкой было забрать его из больницы.
Отец Марка машет рукой:
– Это я теперь и сам понимаю! И не представляю, где его искать!
– Ребятам сказать надо – неуверенно заявляет Анфиска.
– А может, вернется? – говорю я – ну, сами подумайте... Он в пижаме, ни еды, ни воды... Долго он сможет так ходить? Тогда и сдадим его назад в больницу.
– Самое главное, чтобы ничего не натворил... – бормочет Анфиска – а то чует мое сердце, что снова что-то случится. Лису он пошел искать... Лучше бы он мозги свои нашел.
Мы укладываемся спать рано в этот вечер. Я по привычке оставляю открытым окно – обожаю, когда ночью свежий воздух проникает в комнату.
Сквозь сон я слышу со стороны своего окна какие-то странные звуки – мне кажется, что совсем недалеко кто-то ходит и что-то бормочет, потом что-то булькает, и снова шаги и бормотание. Просыпаюсь окончательно, щурясь с непривычки – окно, наверное, придется закрыть, потому что посторонние звуки выхватывают меня из сна. Очень хочется пить, и когда я встаю и накидываю сверху пижамы халат, я вдруг понимаю, что чувствую странный запах, доносящийся снаружи. Пахнет... бензином...
Отодвигаю портьеру, выглядываю наружу, и вижу, как спиной ко мне дом обходит странная фигура, которая держит в руке что-то тяжелое. Фигура тихо бормочет, а в этом тяжелом что-то странно булькает при каждом ее движении. Кроме того, фигура периодически останавливается, поднимает это тяжелое и тогда на землю прямо около дома что-то льется.
– Твою мать! – вырывается у меня – Агния!
Разбуженная подруга смотрит непонимающе, но потом быстро приходит в себя и несется следом. Босиком, мы выскакиваем с ней на террасу, а потом на крыльцо. Прямо напротив нас стоит Марк, глаза его горят безумием, и сам он похож на сумасшедшего.
– Ася! – он злобно усмехается – ты хочешь поймать мою возлюбленную, и уничтожить ее, сжить со света, чтобы она не захватила деревню и ферму. Но не бывать этому! Получи, фашист, гранату!
В руках у него появляется зажигалка, он щелкает ею, язычок ее пламени отражается в его глазах, а потом, словно в замедленной съемке, она летит на землю почти у его ног.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.