19 апреля 2008 года в больницу австрийского города Амштеттен поступила девушка в критическом состоянии. Ей было всего девятнадцать лет, но выглядела она намного старше своих лет — сильно истощённая, с проблемами с зубами, словно никогда не видевшая солнца. Тело сотрясали судороги, её состояние было крайне тяжёлым.
Медики не могли понять причину такого упадка здоровья. А через час в больнице появился пожилой мужчина, который представился дедом девушки и заявил, что его непутёвая дочь снова подбросила ребёнка к порогу его дома.
Никто тогда ещё не знал, что этот 73-летний дед был настоящим отцом умирающей девушки. И что её мать, Элизабет, вовсе не сбежала в секту 24 года назад, а всё это время находилась в подземном заключении, которое он построил специально для неё.
Девочка, которую выбрали жертвой
Йозеф Фритцль был уважаемым человеком в Амштеттене — электроинженер на пенсии, владелец недвижимости, образцовый семьянин с виду. У него было семеро детей от жены Розмари, и все в городе знали его как строгого, но порядочного гражданина.
Но за закрытыми дверями царила совершенно другая атмосфера. Фритцль управлял семьёй с железной рукой — дети замолкали, когда он входил в комнату, жена и дети жили в постоянном страхе наказания. Единственным спасением для детей был ранний брак, чтобы вырваться из этого дома.
Особенно доставалось четвёртой по старшинству дочери — Элизабет. Фритцль называл её своей любимицей, что означало постоянный контроль и психологическое давление. Где была, с кем общалась, кто её друзья — он требовал отчёта о каждом шаге.
Позже Фритцль объяснит, почему выбрал именно её:
«Из всех моих детей она больше всего похожа на меня — сильная, упрямая, своевольная».
Она единственная пыталась перечить ему, отстаивать свои границы. И именно это он решил сломить.
Подземная тюрьма готовилась годами
Когда Элизабет было всего двенадцать лет, Фритцль начал строить бункер под собственным домом. Он говорил жене, что обустраивает мастерскую и бомбоубежище на случай ядерной войны. На самом деле он возводил место заключения для собственной дочери.
К 1983 году строительство было завершено. Площадь подземелья — всего 35 квадратных метров, потолок в самом высоком месте — 170 сантиметров. Восемь стальных дверей, пять из которых открывались специальным ключом, три — кодовым замком. Вход замаскирован стеллажом с инструментами — дверь высотой всего метр.
В этом крошечном пространстве Фритцль уместил кухню, душевую, туалет, узкий коридор и спальню. Всё было продумано до мелочей. Стены звукоизолированы — никто не услышит призывов о помощи.
Ночь, когда детство закончилось
29 августа 1984 года — эту дату Элизабет запомнила навсегда. Ей было восемнадцать лет, она только недавно закончила курсы гастрономии и мечтала переехать к старшей сестре в соседний город. Но отец не собирался её отпускать.
Той ночью Фритцль разбудил дочь и попросил помочь перенести тяжёлую стальную дверь в подвале. Элизабет привыкла выполнять любые приказы отца — просьба не показалась странной. Когда они спустились вниз, он усыпил её с помощью специального вещества.
Девушка очнулась в темноте. Руки зафиксированы к металлическому столбу. Электронный замок на двери заперт. Первые два дня она почти не могла двигаться. Потом отец установил ограничение свободы передвижения — это давало возможность двигаться только по комнате.
Элизабет звала на помощь часами, стучалась в стены, надеясь, что кто-то услышит. Но никто не слышал — звукоизоляция работала идеально.
Письма из секты
Фритцль заставил дочь написать письмо родителям, в котором она сообщала, что сбежала и вступила в секту. Просила не искать её, иначе покинет страну навсегда.
Розмари и полиция поверили. За годы к письмам привыкли — они приходили редко, обычно вместе с младенцами, которые появлялись на пороге дома Фритцлей. Всего их было трое, и все воспитывались Йозефом и Розмари как приёмные дети.
Соседи и знакомые жалели семью Фритцлей — непутёвая дочь бросает детей, а добрые родители их растят. Никто не задавал лишних вопросов. Социальные службы даже выплачивали пособия на усыновлённых детей.
Дети подземелья
В течение следующих 24 лет Фритцль несколько раз в день спускался в подвал. Он совершал преступления против дочери, применял физическое насилие, полностью контролировал её жизнь.
В 1988 году у Элизабет родился первый ребёнок. Когда начались схватки, отец дал ей книгу по акушерству, тряпку, ножницы и несколько салфеток. Так появилась на свет Кристин — та самая девушка, которая окажется в больнице в 2008-м.
Через два года родился сын Стефан, ещё через два — дочь Лиза. Девочка родилась с проблемами здоровья и часто плакала. Фритцль испугался, что её могут услышать наверху, и заставил Элизабет написать очередное письмо. После этого он положил младенца в коробку и подбросил на порог собственного дома.
Так же он поступил с Моникой в 1994 году и Александром в 1997-м. Трое детей оказались наверху, трое остались в подвале. Позже Фритцль объяснял свой выбор просто: тех, кто требовал большего внимания, он подбрасывал себе, остальных оставлял с Элизабет.
Всего Элизабет родила семерых детей от собственного отца. Один младенец, Михаэль, не выжил на третий день после родов — медицинскую помощь Фритцль не стал вызывать. От тела он избавился самостоятельно.
Жизнь без солнца
Несмотря на адские условия, Элизабет пыталась быть матерью для детей, которые никогда не видели солнца. Она готовила им еду на крошечной кухне, учила читать по книгам, которые приносил отец, рассказывала, как устроен мир снаружи.
Дети росли в пространстве с потолком 170 сантиметров, без естественного света, без свежего воздуха. Они не знали, что такое небо, трава, ветер. Их мир ограничивался бетонными стенами подвала.
Стефан и Кристин провели в подземном заточении 18 и 19 лет соответственно. Младший сын Феликс родился в 2002 году и пять лет не поднимался на поверхность.
Крах империи лжи
Весной 2008 года Кристин, старшей дочери Элизабет, стало плохо. У девушки серьёзно ухудшилось состояние здоровья, она задыхалась, теряла сознание. Элизабет умоляла отца отвезти дочь в больницу. Фритцль понимал, что если девушка не получит помощь, полиция может начать расследование. Он решил рискнуть.
19 апреля 2008 года Кристин доставили в больницу Амштеттена. Врачи требовали историю болезни и присутствия матери. Фритцль предъявил очередное письмо от Элизабет про секту, но на этот раз оно вызвало подозрения.
Случай попал в СМИ. Полиция вспомнила о пропаже Элизабет 24 года назад. Давление усиливалось. Фритцлю пришлось привести Элизабет в больницу.
Когда они вошли в палату, полиция немедленно их арестовала и изолировала друг от друга. Следователи заверили Элизабет, что она больше не вернётся к отцу, а дети не останутся без присмотра. Только тогда она рассказала правду — всю, до последней детали.
Приговор
16 марта 2009 года начался суд над Йозефом Фритцлем. Процесс длился четыре дня. Сначала он не признавал вину, но после просмотра видеопоказаний Элизабет полностью признался во всём.
19 марта 2009 года присяжные признали его виновным по всем пунктам обвинения: многократное изнасилование, инцест, незаконное лишение свободы, рабовладение, жестокое обращение и причинение смерти по неосторожности (в связи со смертью младенца Михаэля).
Приговор — пожизненное заключение с содержанием в психиатрической лечебнице для опасных преступников. Врачи установили, что Фритцль страдает расстройством психики и представляет угрозу для общества.
В 2024 году его перевели в обычную тюрьму — состояние ухудшилось, развилось слабоумие, и суд постановил, что 89-летний заключённый больше не опасен. В феврале 2025 года появились сообщения, что его могут условно-досрочно освободить к 2026 году.
Новая жизнь
После суда Элизабет сменила имя — по закону, раскрытие её личности грозит уголовной ответственностью. Она живёт в австрийской деревне вместе с детьми под защитой государства.
Ей удалось устроить личную жизнь — её партнёром стал телохранитель Томас Вагнер, которому поручили её охранять. По словам психиатра, эти отношения помогли Элизабет справиться со старыми травмами.
Постепенно она вернулась к нормальной жизни — научилась водить машину, ходит по магазинам, общается с соседями. Долгое время ей было тяжело общаться с матерью — она не верила, что Розмари не знала о подвале. Но постепенно связь наладилась.
Элизабет твёрдо заявила: она не простит отца и не встретится с ним никогда. Когда в СМИ появились новости о возможном освобождении Фритцля, ни она, ни дети не пожелали иметь с ним ничего общего.
Шрамы, которые не заживают
История Элизабет Фритцль стала символом чудовищной жестокости, которую может творить самый близкий человек. Двадцать четыре года в подземном заточении, семеро детей от собственного отца, один не выживший младенец — и всё это в центре тихого австрийского городка, где никто ничего не подозревал.
Соседи годами жили рядом, не зная, что под их ногами разворачивалась трагедия. Полиция и социальные службы верили письмам и не задавали лишних вопросов. Даже жена Фритцля, по её словам, ничего не знала о подвале.
Элизабет выжила. Она смогла защитить своих детей даже в невыносимых условиях, дать им любовь, образование, надежду. Она нашла силы начать жизнь заново, полюбить снова, простить мать. Но отца — никогда.
Её история — это рассказ не о слабости, а о невероятной силе духа. О том, что даже после 24 лет в темноте можно выйти на свет. О том, что материнская любовь сильнее любого кошмара. И о том, что некоторые преступления не имеют срока давности — ни в юридическом, ни в моральном смысле.
Что Вы думаете по поводу этой истории? Делитесь своими мнениями в комментариях.
❗️ Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новые истории!
👍 Ставьте лайки, чтобы мы увидели, что стоит освещать больше подобных историй!