Морозный день, такой, что щеки горели, а ноздри слипались от ледяного воздуха, выдался для директора райкома, Петра Ивановича, особенным. Решил он, значит, нанести визит в лес, на лесозаготовки. Не просто так, а с проверкой. Взял с собой главного инженера, Степана Петровича, начальника участка, Ивана Семеновича, и, конечно, инструктора райкома, молодого и амбициозного Виктора.
Дорога к лесосеке представляла собой живописное, но непроходимое для обычного транспорта зрелище – сугробы по пояс. К счастью, на месте уже трудился тракторист Федя, аккуратно прокладывая путь для УАЗика начальства. Пока трактор медленно, но верно, расчищал дорогу, руководство решило не терять времени и выйти покурить. Попутно позвали и и тракториста Федю.
- Эх, мороз какой, братцы! – разнесся по лесу голос Степана Петровича, когда он, ежась, вылез из теплого салона.
- Да уж, не май месяц, – согласился Иван Семенович, растирая замерзшие руки.
Виктор, инструктор, как всегда, был полон энергии и желания проявить себя. Он глубоко вдохнул морозный воздух, и тут его ноздри уловили что-то… знакомое.
- Петр Иванович, – осторожно начал Виктор, – а тракторист наш… он случайно не того?
Петр Иванович, уже собираясь закурить, замер. «Того» – это, как известно, означало «пьян».
- Действительно пьян! – принюхавшись, пробормотал Степан Петрович. - Федя, ты что, с утра пораньше?
Иван Семенович тоже не остался в стороне. Принюхавшись, он лишь покачал головой. - Федя, дорогой, ты же у нас на ответственной работе. Как так?
-Ты, Федя сегодня свой трактор сдашь и завтра я тебя уволю! – грозно заявил Петр Иванович, отбрасывая недокуренную сигарету. - За пьянство на рабочем месте!
Федя, замер. Он хотел было что-то сказать, показать на свой трактор, который, был без стекол и дверей, и объяснить, что в такую стужу без «градуса» просто не выжить, что руки мерзнут, а ноги отваливаются. Но, увидев решительные лица начальства, понял – бесполезно. Его уже «приговорили».
В этот момент в Феде что-то щелкнуло. Он, видимо, решил, что раз уж его все равно увольняют, то можно и «показать класс». Он решительно направился к своему трактору, взял с него монтировку. Не обращая внимания на открытые рты начальства, подошел к УАЗу, и с размаху… разбил лобовое стекло.
- Что ты делаешь, Федя?! – ахнул Степан Петрович.
Федя, невозмутимо почесав затылок, развернулся и с той же силой разбил заднее стекло. Затем, словно ни в чем не бывало, залез в кабину, где была печка, и с хрустом сломал ее. Оглядев свое «творение», Федя удовлетворенно кивнул.
- Ну вот, теперь другое дело, – пробормотал он себе под нос.
Затем он достал из-за пазухи початую бутылку водки, недолго думая, сунул ее прямо в руки стоявшему с отвисшей челюстью Петру Ивановичу.
- На, Петр Иванович, – сказал Федя с какой-то странной, почти философской улыбкой, – тебе пригодится. А то мороз, знаешь ли, не шутка.
С этими словами Федя, ничуть не смущаясь, забрался в кабину своего трактора, и, дав газу, скрылся за поворотом, оставив начальство в полном недоумении и на лютом морозе.
До посёлка было ещё километров сорок, а мороз за тридцать. В УАЗике, в котором ехало руководство, без стёкол, дверей и печки было очень холодно.
- Ну и дела… – пробормотал Иван Семенович, пытаясь согреть замерзшие пальцы.
- Федя… он же… – начал было Степан Петрович, но осекся. Что он мог сказать? Что тракторист, которого хотели уволили за пьянство, оказался самым здравомыслящим в этой ситуации?
Через каких-то пять километров, когда зубы уже начали стучать друг о друга, а пальцы ног превратились в ледышки, Петр Иванович, словно очнувшись от шока, поднял бутылку.
- Ну что, братцы, – сказал он, – согреемся…
И они, по очереди, приложились к бутылке. Водка, хоть и была не первой свежести, но согревала, и, как ни странно, придавала сил.
По приезду в поселок, когда все, наконец, оказались в тепле, Петр Иванович, немного помявшись, вызвал к себе начальника участка, Ивана Семеновича.
- Иван Семенович, – начал он, – ситуация, конечно, неприятная. Но урок из нее мы должны извлечь. Ты увольняешь механика участка. Немедленно. За то, что допустил такую технику до работы.
Иван Семенович, хоть и был в шоке от такого поворота, но кивнул.
- А тебе, Степан Петрович, – обратился Петр Иванович к главному инженеру, – я даю два дня. Два дня, чтобы все тракторы на нашем участке были оборудованы стеклами, дверями и, черт возьми, печками! Если этого не произойдет, ты пойдешь следом за механиком. Понял?
Степан Петрович, бледный как полотно, тоже кивнул.
А тракториста Федю… не уволили. Про него даже как бы забыли.
Федор больше не хулиганил. Он просто хорошо работал. А история о пьяном трактористе, разбившем начальству машину, еще долго ходила по району, обрастая все новыми и новыми подробностями. И каждый раз, когда ее рассказывали, все смеялись. Потому что в каждой шутке, как известно, есть доля правды. И в этой истории правды было больше, чем казалось на первый взгляд. Правды о том, как суровая русская зима и немного водки могут изменить даже самого строгого начальника. И о том, что иногда, чтобы достучаться до начальства, нужно разбить пару стекол.
Спасибо за прочтение. Автор будет благодарен подписке и лайку.