«Ромео и Джульетта» Марка Букина на сцене новосибирского «Красного факела» - музыкальный спектакль об уставшей от страха и непонимания молодежи. Шекспир тут не сильно при делах: от него остался лишь архитектурно-сюжетный каркас, да несколько крылатых выражений. Главные герои запели, а часть второстепенных не вышли на сцену.
Вместо занавеса – полиэтиленовая пленка и надпись красной краской, будто кровью: «VERONA». Очень нужное уточнение, без которого мы бы увидели на сцене окраины любого российского города из 90-х и до современности. Бетонные стены с обшарпанной краской, граффити зачаточного периода стрит-арта и долгая нудная морось, переходящая в ливень – какой-нибудь Екатеринбург Бориса Рыжего, а не Верона. Над сценой покачивается шар-баба (такой разбивают дома) и грозит разрушением этому миру, заполнившемуся до предела обманом и ненавистью.
"Ком в горле размером с город", - как выразится о своих чувствах один из героев спектакля.
Одни только Ромео (Вадим Гусельников) и Джульетта (Анастасия Плешкань) каждый наедине с самим собой способны признаться в страхе, который внушает им этот жестокий мир. На протяжении всего спектакля поют в основном только они. Композитор Евгения Терехина и поэт Наталия Макуни помогли персонажам обрести голоса современности. Наверное, впервые герои показаны чистыми невинными детьми, способными бояться мира забывших о них взрослых. И в то же время пытаются осознать, насколько они причастны к тому, что происходит:
"Кем этот город создан, и есть ли в том моя вина?" (Ромео)
Большинство персонажей, вплоть до городского хора, одеты в толстовки с капюшонами, джинсы, куртки. На их фоне выделяются «презентационные» герои: в светлом костюме - Герцог, в темном - Капулетти-отец, в черном кожаном плаще - Парис и Капулетти-мать в одежде светской дамы. Чету Монтекки мы так и не увидим. Так кто же настоящий соперник клана Капулетти?
Сюжет движется от хора к соло, от монологов к диалогам. Встречей Ромео и Джульетты Букин дает шанс этому миру на спасение. Какая сила у Шекспира ведет Ромео на бал к Капулетти? Вполне плотское желание найти там возлюбленную Розалину. В спектакле Букина о Розалине нет даже упоминания. В логово врага он попадает в экстатическом состоянии от зонгов, которые кричит и выстукивает по барабанам вместе с Меркуцио и Бенволио: «Бей, барабан, бей! Мир – балаган! Бей, барабан, бей, я сегодня пьян!»
Этот же зонг вы можете послушать в спектакле Федора Климова «Тиль Уленшпигель» в Санкт-Петербургском Городском театре.
Чистый и искренний Ромео, который в начале спектакля то метался по сцене, то сжимался в комок, в одиночестве осознавая ужасы мира, вдруг попал на жертвенную мессу, где агнцем на престоле лежит Джульетта. Одна из самых красивых сцен спектакля моделирует альтернативную судьбу героини. Еще в самом начале спектакля, представляясь зрителю вокальным номером вслед за Ромео, Джульетта-Плешкань демонстрирует не обаяние юности, не бесхребетность (которое отчасти проскальзывает в Ромео-Гусельникове), а энергию, сопротивление и отчаянную готовность умереть в борьбе с этим миром:
«Не оборачиваясь, душа уходит наверх сквозь тупик» (Джульетта)
Для Джульетты один из способов изменить если не мир, то хотя бы свою семью – принести себя в жертву, согласившись на брак с Парисом (хотя и согласия не спрашивали, а угрожали). Появившийся Ромео в буквальном смысле снимает девушку с алтаря. Судьба дает ему шанс спасти хоть кого-то в этом городе. А оказывается, такую же одинокую и чистую душу как он сам.
Встреча Ромео и Джульетты обрывает цепи занесенного над городом шара, и во втором действии он уже лежит на сцене. Что-то свершилось: мир перевернулся ли, или катастрофа миновала? Мир перевернулся, но только для двоих:
"Мне ничего не нужно, мне ничего не страшно <...> Я хочу эту песню петь", - заявляют они дуэтом.
Букин не дал раскрыться персонажу, для которого двое влюбленных – это свои личные счеты с Богом. Брат Лоренцо появляется на сцене с претензией к Всевышнему. Тот заработал слишком много очков, допуская убийства. А он, Лоренцо – настоящий спаситель людей на земле, в абсолютном проигрыше – пока так никого и не спас. Играя роль в неожиданно комедийном ключе, Лоренцо – Егор Овечкин пытается себя поджечь. Бог даже скидывает ему зажигалку. Внезапной возможностью для монаха обставить своего соперника становится любовь Ромео и Джульетты. К сожалению, с этого момента драматическая линия Бог vs Лоренцо перестает развиваться.
Второе действие спектакля вообще получилось очень смазанным. Сложилось впечатление, что юные возлюбленные, как и заявляли песней, остались незамеченными даже при обилии их ярких песенных номеров. Музыка слилась в один поток, несущий их к смерти. Если в первой части у режиссера были многообещающие сюжетные и сценические находки (Меркуцио Никиты Воробьева, отделенный от остальных персонажей маской, денежный уговор Париса и синьора Капулетти и др), то дальше открытий практически не происходит. Атмосфера российских 90-х, где торгуют людьми, отцы бьют дочерей, и жены бандитов – предсказуемо крикливые и глупенькие холеные красотки, не распространяется на Россию 2020-х. Не ближе ли зрителю сегодняшний страх от стука смерти в каждый новый дом? В спектакле так и не понятно, кто с кем борется. Разве что Капулетти - главный злодей. А ради чего? Парис признается, что любил Джульетту, Герцог сильно утомлен Вероной. Вот и не понятно, ради чего все мрут, откуда страх и на какие ОБА дома насылает чуму умирающий Меркуцио. Даже дома-то нет, одна бетонная коробка.
В спектакле Букина кому положено по сюжету, те умрут. Но Ромео и Джульетта, вопреки Шекспиру, будут умирать дуэтом – в прекрасном танце, поддерживая друг друга, то падая, то опять воскресая. И это - безусловно удачный режиссерский ход. Поддержка – то, что необходимо каждому из нас, и не только на пороге смерти.