Яна стояла у порога, сжимая в руках банку с густым, темно-красным вареньем из чёрной смородины. Это был не просто подарок - он был символом её тёплых чувств к семье, которая стала для неё особенной. Она долго думала, что принести, ведь это был дом, где жили отец и дочь, чья история, казалось, была соткана из нитей судьбы, теперь уже переплетённых с её собственной. Бакс как всегда сопровождал её.
Глава 2
- Заходите, - сказал Игорь, открывая дверь с едва заметной улыбкой. - Юля уже всё подготовила. Как на большой праздник.
Яна вошла в уютную, обжитую квартиру, наполненную ароматами тушёных грибов, лука и чем-то неуловимо домашним. Запах старого дерева, чая и детских книг создавал ощущение тепла и покоя. На полу лежал истёртый ковёр с выцветшими орнаментами, словно хранитель множества воспоминаний. На стене висела картина маслом - осенний лес, но более мрачный, написанный в приглушённых тонах, будто художник хотел передать не только красоту природы, но и её тишину. Яна остановилась, чтобы лучше рассмотреть это произведение искусства.
- Это я нарисовал, - тихо сказал Игорь, будто читая её мысли. - Ещё до…
Он не закончил фразу, но Яна поняла, о чём он говорит. «До» - это время, когда его жизнь была другой, когда мир казался более простым и понятным.
Юля выбежала из другой комнаты, её фартук был ей явно велик, но она выглядела счастливой и оживлённой.
- Бакс! - воскликнула она, подбегая к собаке. - У нас для тебя есть особенное блюдо! С курицей!
Бакс, большой и добродушный пёс, вилял хвостом, но не спешил покидать Яну. Он словно ждал её разрешения.
- Можно? - спросила Яна, глядя на собаку.
- Конечно, - Игорь улыбнулся. - Теперь он почти член нашей семьи.
Яна осторожно опустила поводок, и Бакс, с грацией, которая выдавала его опыт, двинулся за Юлей на кухню, словно понимая важность момента. Игорь и Яна последовали за ними.
На кухне всё было так, как и представляла себе Яна: стол, накрытый белой скатертью с вышитыми уголками, на котором уже стояли тарелки с грибами и картошкой, свежий хлеб, солёные огурцы в запотевшей банке и старый фарфоровый чайник, из которого поднимался ароматный пар. Разговор лился легко и непринуждённо. Юля рассказывала о том, как Бакс научился приносить тапочки - её гордость и его трюк, который вызывал у всех улыбки. Они говорили о том, что осенью в парке появился новый пруд для уток, и как здорово там гулять по утрам.
Игорь слушал их, иногда вставляя свои комментарии, но больше молчал, словно давая возможность Яне и Юле насладиться этим моментом. В его глазах мелькали искорки, которые она не могла не заметить, но он не спешил делиться своими мыслями.
Яна, с любопытством оглядывая стены, спросила Игоря:
- Вы часто рисуете дома?
Он задумчиво ответил:
- Реже, чем раньше. Теперь больше в парке. Здесь слишком много воспоминаний. А там - только настоящее.
Её взгляд упал на картину с лесом.
- А эта? - она указала на полотно.
- Писал её, когда мы только переехали. Думал, что начнём новую жизнь. - Он замолчал, словно погружаясь в воспоминания. - Иногда кажется, что начал, но не знаю, закончили ли.
Юля, погружённая в кормление Бакса, не услышала их разговора. Яна внимательно посмотрела на Игоря. В его глазах читалось не жалость, а уставшее понимание. Это был взгляд человека, который каждый день принимает решение: сдаваться или идти вперёд.
После ужина они собрались в гостиной. Юля уединилась в своей комнате, а Бакс улёгся у двери, положив морду на лапы. За окном постепенно темнело, и свет уличного фонаря создавал на полу тонкие, словно музыкальные, полосы.
Игорь неожиданно произнёс:
- Вы странная.
Яна удивлённо приподняла брови.
- В хорошем смысле, - поспешно добавил он. - Вы не пытаетесь казаться кем-то другим. Не играете. Не ожидаете, что я должен быть героем или потерянным ребёнком. Просто... принимаете.
- А вы не пытаетесь казаться сильным, - ответила Яна. - И это... редкость.
Он усмехнулся:
- Я и не сильный. Просто стараюсь не падать. Особенно когда она смотрит.
Тишина, повисшая между ними, была мягкой, как шёрстка Бакса, или тепло чашки в руках. Игорь нарушил её:
- Почему вы остались в тот день? Когда я попросил разрешения чтобы дочка погладила собаку? Многие бы прошли мимо. Или испугались бы.
Яна задумалась, вспоминая тот момент.
- Вы не просили для себя. Вы просили для неё, для Юли. А люди, которые заботятся о других, даже когда сами страдают... их нельзя игнорировать.
Его взгляд задержался на ней, словно он впервые увидел её по-настоящему. Игорь наклонился к ней медленно, без спешки, без пафоса. Его губы легко коснулись её губ, как первый снег, который тает, не успев стать холодным.
Яна не отстранилась. Наоборот, чуть приблизилась, словно подтверждая, что это правильно. Когда он отстранился, она не сразу открыла глаза. Её сердце билось ровно, но сильнее.
- Я не планировал этого, - тихо сказал он.
- Я тоже, - ответила она, открывая глаза. - Но мне кажется, мы оба знали, что это случится.
Его улыбка была искренней, без тени грусти.
- Хотите, покажу вам свою студию? Там полно недописанных картин. Может, вы вдохновите?
- Только если не будете рисовать меня в образе одинокой блондинки у реки, - с улыбкой ответила Яна.
- Не обещаю, - он улыбнулся. - Вы уже давно в моих эскизах. Просто я не знал, как вас зовут.
Она встала и протянула ему руку.
- Теперь знаете.
Они направились к двери в соседнюю комнату. Бакс, услышав их шаги, поднял голову, посмотрел им вслед и снова положил морду на лапы, словно говоря: «Ну наконец-то».