Дорогие читатели, я, как настоящая женщина, хочу все успеть, все узнать, обо всем рассказать. Поэтому на моем канале есть и рецепты, и книги, и путешествия, и рассуждения о бытие насущном…
Порассуждав на тему плохой погоды, я возвращаюсь к литературе. На сей раз я решила вернуться к классике. Выбор сделан не случайно. В литсалоне, заседания которого я провожу раз в месяц, мы выбрали новую тему: «Кухня в русской классической литературе». Кидайте в комменты под статьей, если у вас есть на примете такие произведения.
Я решила обратиться к творчеству Льва Николаевича Толстого. Поискать рецепты. Уж Лев Николаевич должен описывать трапезу и высшего общества, и крестьянства. Так я рассуждала. С выбором произведения тоже сложности не было. На «Воскресение» я посматривала давно. Читала его я ещё в школьные годы. Вот и решила и память освежить, и поискать необходимое для литсалона. Но, как это часто бывает, ищешь одно, а находишь другое.
Нет, я прекрасно понимала, что скудная тюремная баланда, которая перепадала Катюше Масловой в камере, вряд ли могла сойти за нужный рецепт, но интересно же, как в те годы кормили в тюрьмах.
Коротко для тех, кто не знаком с этим романом.
Если вы читали мемуары российского юриста А.Кони, то знаете, что этот роман написан по реальному делу.
Катюша Маслова, случайно выживший крестьянский ребёнок, воспитывалась в господском доме, но, будучи соблазнённой барским племянником, попала на социальное дно. Читатель знакомиться с историей Катюши параллельно с историей судебного процесса, где эта же Катюша обвиняется в отравлении купца.
По другую сторону судебной скамьи находится Нехлюдов. Я подумала, что неплохо было бы сопоставить то, чем кормят Катюшу и чем питается Нехлюдов, её соблазнитель, тот, из-за кого жизнь девушки пошла под откос.
Скажу честно, я не помню, есть ли в романе упоминание про еду, кроме шампанского и отравленного коньяка. Но что меня действительно задело, так это, как велось судопроизводство в те времена.
Во-первых, режет ухо слог: он похож на кальку с французского: знать делать.
«Женщина эта, — говорил товарищ прокурора, не глядя на нее, — получила образование, — мы слышали здесь на суде показания ее хозяйки. Она не только знает читать и писать, она знает по-французски…» из речи прокурора.
Во-вторых, Толстой великолепный рассказчик. Он не выделяет отдельно персонажа. Он описывает в целом социальный пласт. Судьи и присяжные — это люди, занятые своими личными делами, скучающие и неспособные сосредоточиться на судьбе человека. Сам судья мечтает побыстрее завершить заседание, чтобы встретиться со швейцаркой. Прокурор - самодовольный карьерист, стремящийся к обвинению любой ценой. Ему неинтересна фигура Масловой. Он думает о зрителях и сетует, что их слишком мало. Некому оценить его «блестящие речи». Присяжные (кроме Нехлюдова) — обыватели, не проникающиеся трагедией подсудимой, спешащие домой. Они кимарят во время заседания, сдерживают судорогу зевания…
Сам же Нехлюдов то и дело опасается, что Маслова его узнает.
Парадокс, показанный в романе: тот, кто фактически подтолкнул Катюшу к падению, становится её судьей.
Толстой обличает судебную систему того времени: им безразлична судьба, им неинтересно, что привело человека на скамью подсудимых. Впрочем, им не интересен и потерпевший. Если бы друг погибшего не настоял на повторной экспертизе трупа, то причина смерти так и осталась бы сердечная недостаточность. Да и сама справедливость не является предметом их заинтересованности. О чем свидетельствует фрагмент относительно гражданского дела, где истец неправомерно выигрывает благодаря ушлому адвокату.
Но… я ещё читаю.