Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Походный лекарь

Три дочки

Бал в Мурзянске Бал такого размаха как этот, по случаю митрополичьего приезда, был в заштатном, только что вышедшим в уездные, городе Мурзянске огромной редкостью, и по воспоминаниям старух, подобного ему не было уже лет сорок, ежели не более, а потому, все три молодых княгини Виноватовы, готовили к нему самые свои лучшие наряды. Их старая матушка, сидя парализованной в передвигаемом особым слугою кресле на колёсиках, отдавала горничным приказы, и сетовала, что не может сопровождать на бал дочек, временно лишённых волею Господа и Государя, отца своего, морского офицера, вместе со своим кораблём сражавшегося под Севастополем... В тот недобрый час, когда в самый разгар бала разгорячённые весельем девушки только что начали отплясывать объявленную «белым» танцем мазурку, с вновь пришедшими в город уланскими офицерами, сменившими ушедших в поход егерей, пришли сказать сёстрам, о смерти матери их, и конечно же танец при известии таком сам собою прервался. Старшая, Катерина, вежливо закончи

Бал в Мурзянске

(художественный рассказ на основе реального случая)

Бал такого размаха как этот, по случаю митрополичьего приезда, был в заштатном, только что вышедшим в уездные, городе Мурзянске огромной редкостью, и по воспоминаниям старух, подобного ему не было уже лет сорок, ежели не более, а потому, все три молодых княгини Виноватовы, готовили к нему самые свои лучшие наряды. Их старая матушка, сидя парализованной в передвигаемом особым слугою кресле на колёсиках, отдавала горничным приказы, и сетовала, что не может сопровождать на бал дочек, временно лишённых волею Господа и Государя, отца своего, морского офицера, вместе со своим кораблём сражавшегося под Севастополем...

В тот недобрый час, когда в самый разгар бала разгорячённые весельем девушки только что начали отплясывать объявленную «белым» танцем мазурку, с вновь пришедшими в город уланскими офицерами, сменившими ушедших в поход егерей, пришли сказать сёстрам, о смерти матери их, и конечно же танец при известии таком сам собою прервался.

Старшая, Катерина, вежливо закончив беседу с хозяйкой, оделась, и не стала искать извозчика, а несмотря на мучивший её ревматизм пошла как могла быстро пешком, заходя в каждую церковь, помолиться об обмытой и положенной во гроб уже, покойнице, младшая Евпраксия, бросив своего кавалера-подпоручика кинулась в переднюю, не торгуясь вскочила в пролётку первого попавшегося ей извозчика и назвав адрес дома своего, начала читать молитву, хотя пришлось ей заплатить извозчику полтину, вместо обычного двугривенного. А средняя Анна, крикнув оркестру продолжать, возобновилаила свой прерванный танец, и, не обращая внимания на недоумённые взгляды хозяев и остальных гостей, оставалась в гостях до самого конца бала, весело танцуя и мило беседуя с понравившимся ей штаб-ротмистром.

Когда же Анна вошла выслушав упрёки домашних, в бальный зал дома своего, то вдруг начала кружиться в безумной мазурке, под не слышимую никем музыку и с не видимым никому кавалером, и так танцевала, танцевала, танцевала, пока не рухнула от изнеможения замертво...