Необходимо было в кратчайшие сроки дать возможность жителям страны и зарубежным слушателям получать информацию об обстановке на всех

Необходимо было в кратчайшие сроки дать возможность жителям страны и зарубежным слушателям получать информацию об обстановке на всех фронтах, постоянно и эффективно разъяснять цели Москвы, а главное – вселять в людей веру в то, что враг будет разгромлен.

Первоначальная структура Совинформбюро была построена в соответствии с задачами постановления: военный отдел (военные статьи и обзоры), международный отдел (политические статьи и обзоры) и литературный отдел (новеллы, художественные очерки). В 1942 г. к ним добавились отдел контрпропаганды, отдел внутренней жизни и отдел печати. В каждом отделе по 8 человек. Самым многочисленным был секретариат – 23 человека.

С первых дней войны приходилось решать три совершенно разные по форме, хотя и единые по своей направленности, задачи. Сами сводки с фронтов составлялись Генеральным штабом по материалам Верховного Главнокомандования и дорабатывались в аппарате Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б). Затем они поступали в Совинформбюро.

Сложнее оказалось с решением второй задачи – информированием общественности зарубежных стран о событиях, происходящих на советско-германском фронте, а также о работе советского тыла. У бюро отсутствовали международные связи. Между тем противники СССР, прежде всего Германия, имели мощный пропагандистский аппарат, большое количество радиостанций, разнообразную прессу. Необходимо было в предельно сжатые сроки наладить контакты с зарубежными газетами, журналами, радиостанциями, агентствами, через которые можно было бы передавать информацию о Советском Союзе. Наибольшие трудности заключались здесь в подборе квалифицированных кадров: требовалось знание иностранных языков, опыт пропагандистской работы и, конечно, политическая благонадежность.

Совинформбюро руководил кандидат в члены Политбюро, секретарь Центрального комитета компартии Александр Сергеевич Щербаков, уже проявивший себя как серьезный организатор. Заместителем был назначен С. А. Лозовский, заместитель наркома иностранных дел СССР.

Именно при Щербакове в Совинформбюро пришли работать выдающиеся писатели, публицисты и журналисты. В их числе – Валентин Катаев и Леонид Леонов, Александр Фадеев и Константин Симонов, Алексей Толстой и Корней Чуковский. Более трехсот материалов написал в годы войны для Совинформбюро Илья Эренбург.

При этом только американское агентство «Юнайтед Пресс» передавало статьи Эренбурга более чем в полутора тысячах печатных изданий. Его яркая и злободневная публицистика не оставляла равнодушным никого.

Писал для Совинформбюро очерки и Михаил Шолохов – будущий лауреат Нобелевской премии. И это была самая настоящая фронтовая, а не кабинетная правда о войне. На передовую ездили Александр Фадеев, Евгений Петров, другие мастера слова. В 1942 г. самолет, в котором летел Евгений Петров, возвращавшийся из одной такой командировки, был сбит немецким истребителем под Ростовом. Писатель погиб.

Одним из главных авторов Совинформбюро был Константин Симонов. С первых дней войны он занял место в строю. Пожалуй, не было такого участка на фронте от севера до юга, где бы он ни побывал. Симонов был награжден медалями за оборону Москвы, Одессы, Кавказа, Сталинграда.

Во всех своих выступлениях и Эренбург, и Симонов, и Алексей Толстой, и другие писатели, рассказывая о войне, прежде всего, говорили о своей вере в Победу. Они считали своим долгом донести эту веру всеми возможными способами до слушателей: на фронте и в тылу, в Советском Союзе и за его пределами.

И, конечно, Совинформбюро и сводки с фронтов нельзя представить без Юрия Левитана. В годы войны его голос стал настоящим символом справедливости, силы, веры в Великую Победу. Юрий Левитан был и остается уникальным явлением в истории всего мирового вещания.

Считается, что в судьбе работавшего в Радиокомитете Левитана решающую роль сыграла счастливая случайность: в середине 1930-х гг. однажды ночью Сталин услышал, как диктор читает в эфире передовицу «Правды». Глава государства немедленно потребовал, чтобы именно этот диктор прочитал по радио текст его доклада на ХVII съезде партии. Возможно, так оно и было.