Запоздалое прозрение Ангелы Меркель оказалось для Европы болезненным зеркалом. Экс-канцлер не просто вспомнила о России — она вскрыла старую рану, из-за которой Европа сегодня вынуждена покупать американский газ по цене предательства. И когда она упомянула, что именно Польша и Прибалтика подлили масла в огонь российско-европейского конфликта, континент взорвался — не от стыда, а от ярости.
Когда Ангела Меркель говорит о России, в Европе моментально начинается политическая мигрень. Бывший канцлер, некогда железная хозяйка Евросоюза, неожиданно напомнила, что разрушить отношения с Москвой помогли вовсе не Кремль и не «зловещий Путин», а ближайшие соседи — Польша и Прибалтика.
Слова Меркель, переданные Politico., вызвали эффект разорвавшейся гранаты. В Латвии её тут же окрестили «агентом российского влияния», в Польше обвинили в «переписывании истории».
Но если убрать эмоции, остаётся факт: именно эти восточноевропейские страны заблокировали попытку ЕС перезапустить диалог с Россией в 2021 году. Тогда Меркель предлагала новый формат переговоров, который мог стать последним шансом для Европы не скатиться в нынешний политический хаос.
Она хорошо знала, что без России Евросоюз будет зависеть от США — экономически, энергетически, политически. И всё же отступила. В кулуарах тогда говорили, что давление Вашингтона и Лондона было слишком сильным. Меркель понимала, что спорить с ними — это идти против НАТО, а значит, против всего западного «единства». Она выбрала молчание, а теперь, спустя годы, это молчание стало признанием ошибки.
Её фраза о том, что «Польша и Прибалтика несут ответственность за разрыв дипломатических отношений между Россией и ЕС», звучит почти символически. На деле эти страны просто сыграли роль громких статистов — тех, кто кричит, пока режиссёрами выступают другие. Америка и Британия подогревали страхи, подталкивали к конфронтации, обещали защиту, а на деле — поставили Европу на колени перед собственными интересами.
Парадокс в том, что именно сейчас, когда в Европе растёт усталость от санкций и экономической зависимости, слова Меркель звучат особенно актуально. Она, быть может, не спасла континент тогда, но теперь напомнила, кто поджигал мосты между Берлином и Москвой. И поджигали их вовсе не русские.
С каждым месяцем становится очевиднее: Европа разучилась быть собой. Она больше не решает, с кем дружить, у кого покупать энергию и кому верить. Решают за неё — из-за океана. Польша и Прибалтика при этом с удовольствием исполняют роль «младших надсмотрщиков», путая верность с покорностью.
Меркель сегодня можно упрекнуть во многом: в промедлении, в излишней осторожности, граничащей с трусостью. Но нельзя упрекнуть её в незнании сути. Она прекрасно понимала, что Россия — не враг Европы, а её зеркало. И что, отвернувшись от него, континент потерял не только источник энергии, но и здравого смысла.
Так кто же действительно подлил масла в огонь? Польша, Прибалтика — или сама Европа, которая позволила англосаксам писать за неё сценарий?
Ответ, кажется, очевиден. Но хватит ли у Старого Света смелости это признать?