То, что жители мегаполисов массово грезят о побеге из бетонных коробок — это уже факт, не требующий доказательств. Причем тенденция эта цветет буйным цветом: каждую весну соцсети накрывает цунами из фотографий деревянных веранд, клетчатых пледов, чашек с травяным чаем и философских постов о том, как важно «замедляться», уходить от суеты и «слушать матушку-природу».
Люди до зубного скрежета устали от утренних пробок, от соседей с перфораторами, от того, что в этих каменных человейниках даже дышать приходится по расписанию и графику отключения горячей воды. Кажется: вот брошу всё, уеду в глушь, буду слушать пение птичек, сажать укропчик, а по вечерам писать мемуары при свете камина под мурчание пушистого кота.
Увы, у 99% таких вот «замедлившихся» мечтателей вся спесь и романтика отпадают ровно в тот момент, когда они впервые пройдутся по раскисшей осенней дороге в ближайшее сельпо. А оно, по закону подлости, окажется закрытым на амбарный замок с прибитой картонкой «Ушла на базу, буду в четверг». Или когда в минус тридцать у них наглухо перемерзнет труба септика, а ближайший сантехник — это дед Митяй, который сегодня «не в ресурсе», потому что у него вчера был праздник.
Насмотревшись глянцевых видеороликов про идеальную фермерскую жизнь, где даже коровы выглядят так, будто им по утрам делают укладку, наши люди забывают одну суровую истину.
Как говорили древние: ТУТ — это вам не ТАМ! Деревня — это не дача с шашлыками по выходным.
В наших реалиях выжить там и не поехать кукушкой может только человек с определенной прошивкой в голове, которому все бытовые невзгоды побоку. И я в очередной раз убедился в этом буквально на днях, когда случайно столкнулся в центре города со своим давним приятелем Максом.
Выглядел он слегка помятым, но каким-то... просветленным, что ли. Жадно вцепившись в стаканчик с рафом на банановом молоке, он поведал мне историю, от которой мы оба то смеялись на всю кофейню, то хватались за головы.
Пару лет назад Макс со своим лучшим другом Илюхой решили, что всё, баста. Они слишком долго терпели этот город. Обоим перевалило за сорок, удалёнка позволяла работать откуда угодно, и в их светлые головы пришел гениальный план: купить два дома по соседству в какой-нибудь живописной глухомани. Логика была железобетонная: вместе веселее, если что — помогут друг другу, машину из сугроба вытолкают, инструмент одолжат. Эдакая мини-колония городских интеллектуалов на выезде.
Искали долго. Наконец, нашли! Деревенька в сорока километрах от райцентра. Лес, речка, два крепких бревенчатых дома-близнеца, разделенных только хлипким штакетником. Как признался Макс, челюсти от восторга у них упали на капот машины синхронно. Купили, оформили, переехали с помпой в начале июня.
Слушая его, я прямо живо представил эту картину. Поначалу у ребят всё было просто как в сказке. Лето, шашлыки каждый вечер, закаты такие, что хочется плакать от умиления. Они ходили друг к другу в гости прямо через дыру в заборе, пили вино на веранде и снисходительно, с высоты своего нового «дзена», посмеивались над нами, бывшими коллегами, которые там, в душном мегаполисе, давились в метро.
А потом наступил ноябрь.
Знаете, что такое ноябрь в нашей полосе, когда ты живешь в деревне? Макс описывал это так, что у меня мурашки побежали. Это когда серое небо падает тебе прямо на макушку, светает в десять, темнеет в три, а под ногами образуется субстанция, способная засосать не только модные трекинговые ботинки, но и всю тягу к жизни.
Тут-то пути двух друзей и начали резко расходиться.
Макс сидел в доме, слушал, как тоскливо завывает ветер в трубе, смотрел на мышь, которая нагло доедала его пармезан прямо на кухонном столе, и чувствовал, как накатывает паника. Его бесило абсолютно всё: необходимость постоянно топить печь, чтобы не околеть (электричество вырубали стабильно раз в неделю), слякоть, пугающая, звенящая тишина. Городская натура давала критический сбой. Он хотел читать Хемингуэя в кресле-качалке, а вместо этого воевал с кротами и пытался понять, почему насос в скважине издает звуки умирающего кита.
А что Илюха?
А Илюха, как ни странно, расцвёл! Этот человек, который в городе мог вызвать курьера, чтобы ему привезли батарейки для пульта, вдруг превратился в какого-то одержимого Кулибина. Он купил бензопилу и радостно валил сухостой. Он часами обсуждал с местным трактористом качество дров и уровень грунтовых вод. Он ходил в засаленной телогрейке, с красным от мороза лицом и искренне радовался тому, что сам, своими руками, починил прохудившуюся крышу веранды.
Макс рассказывал мне это с округленными глазами:
— Понимаешь, меня так и подмывало спросить: Илюх, тебя что, инопланетяне похитили и подменили? Где тот парень, который впадал в депрессию, если вай-фай падал на пять минут?!
Макса хватило ровно до февраля. В один из дней, когда он в очередной раз пытался откопать свою машину из-под метрового сугроба, чтобы просто съездить за хлебом, он плюнул в снег, бросил лопату и понял: всё, финита ля комедия. Капитуляция. Он захотел горячую ванну, центральное отопление и чтобы еду ему приносил молчаливый парень в жёлтой куртке.
Он продал дом с приличным дисконтом и сбежал обратно в свой «человейник». А Илья... Илья остался. Живёт там до сих пор, завел кур, достроил баню и, по словам Макса, выглядит абсолютно счастливым, цельным человеком.
И вот, сидя в той кофейне, Макс выдал фразу, над которой я потом думал весь вечер. Он сформулировал для себя то самое Главное Правило Переезда, о котором почему-то не пишут модные блогеры.
Оно звучит до обидного просто: в деревню нельзя уезжать ОТ чего-то. В нее можно уезжать только К чему-то.
Мой приятель бежал от усталости, от выгорания, от городского шума. Он наивно думал, что деревня — это такой бесплатный санаторий, который сам его вылечит и развлечет. Но деревня — это не санаторий. Это жесткий, требующий полной самоотдачи образ жизни. Илья же приехал туда не прятаться. Ему стало интересно созидать. Ему оказался в кайф физический труд, в кайф решать реальные, осязаемые проблемы — дрова, вода, тепло, а не перекладывать виртуальные бумажки в офисе.
Получается, дело вообще не в наличии асфальта за окном или красивых видов. Дело в том, что у тебя внутри. Деревня просто безжалостно срывает с тебя все городские фильтры и показывает, кто ты есть на самом деле. Макс честно признался себе, что он — типичное комнатное растение, продукт бетона и доставки еды. Зато теперь он знает о себе правду. А летом с огромным удовольствием ездит к Илюхе на шашлыки. В качестве гостя деревня ему очень даже нравится!
А я шел домой и думал... А ведь так во всем, не только с переездом. Мы часто пытаемся сменить декорации, надеясь, что вместе с ними изменятся наши внутренние настройки. Но от себя, как известно, не убежишь даже за высокий деревянный забор.
А вы что думаете по этому поводу? Бывали ли у вас такие моменты, когда красивая мечта о загородной жизни вдребезги разбивалась о суровую реальность? Или вы из тех самых кремней, кому любые бытовые невзгоды побоку и вы готовы променять городской комфорт на свободу? Давайте обсудим, мне прям интересно, много ли среди нас таких — не прошедших проверку деревней?